Чтение онлайн

И снова мелькнула та же мысль: а знал ли об этом обо всем Брянцев? Нет, о том, что супругу таскают на допросы, разумеется, знал. Но знал ли он до того, чем занимается его ненаглядная женушка вместо того, чтобы вязать пинетки для будущего младенца? Потому что в отличие от ментов, я ни на секунду не сомневалась, что сия девица не просто так числилась хозяйкой загородного дома в полном неведении о том, что на самом деле владеет борделем.

Интересно, а как эти две девицы-красавицы, Наталья и Вера, познакомились? Впрочем, так ли уж это важно? Сейчас меня больше интересовала Чинарева.

Я посмотрела на часы. Половина одиннадцатого. Ну-ка, проверим, где наша лебедушка.

– Чинареву, будьте любезны! – рявкнула я грубо, когда секретарша сняла трубку и проворковала свое: «Фирма “Верэкс”, чем могу помочь?»

– Кто ее спрашивает?

– Налоговая.

– Анна Петровна, это вы? – чирикнула девица.

– Анну Петровну уволили.

– Ой! – испугалась она и замялась. – А-а… А у Веры Леонидовны совещание. Но если очень срочно…

– Не очень, - перебила я. – Когда перезвонить?

– После обеда. После двух, пожалуйста.

Я брякнула трубку и потерла руки. Подождать, пока Ванька скачает информацию? Нет, не стоит терять время. По коням!

Предупредив Алену, что сегодня меня не будет, я влезла в машину и задумалась.

А что я, собственно, собираюсь делать? Это ведь называется поди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что. В надежде, что из этой бурды вдруг что-то само прояснится, как кристалл вырастает из соляного раствора. Поеду-ка я для начала на Верину дачу в Саблино. Авось, разнюхаю что полезное. Не в квартиру же мне к ней забираться. Да я и не умею.

И снова – с пятой цифры, думала я, выехав из города на Московское шоссе.

Итак, я прихожу к следователю и начинаю излагать ему свою версию. Ему, разумеется, все это не нравится, он морщится, потирает свои огненные уши и не хочет верить ни единому моему слову. А я должна его убедить. Мало того, я должна так его убедить, чтобы он совсем от меня отвязался и со всем своим следственным вниманием переключился на мадам Чинареву.

Для любого расследования необходимо найти мотив преступления. Предположим, господин следователь, Брянцева убила Вера. Если, конечно, допустить, что та фраза, сказанная Полосовой в туалете, действительно имеет отношение к его убийству. Согласитесь, мало ли что она могла иметь в виду. Ведь кто о чем, а вшивый, известно, о бане. В смысле, кто о чем может говорить, а я все равно о своем думаю.

И все-таки, господин следователь, предположим, она имела в виду то самое. А чем же таким Брянцев мог Вере насолить, спросит Добролобов.

В черновом варианте версия выглядела так. Брянцев вздумал Веру шантажировать, она его и прикончила.

И тут же у следователя возникает хренова туча вопросов. И первый, самый главный: где доказательства? Почему именно она?

Вообще мысль о шантаже казалась мне вполне разумной. Особенно если вспомнить, что Вова очень любил это занятие. Достаточно вспомнить Тамару Котову, Любу Зеленовскую и… некоторые другие эпизоды. Но зачем ему приставать с подобными глупостями к своей начальнице, если известно, что он хотел подкатиться к ней с амурами и даже обратился за помощью к нам? Понял, что ничего из этого не выйдет? Передумал? Решил, что шантажом можно добиться большего, нежели должности начальника отдела?

А самое интересное: что же такого страшного он мог о ней узнать? Вряд ли Ванька выудит что-нибудь интересное и полезное из милицейской базы. Да и Паша с Витей копали слишком поверхностно. У них задачи такой не было – компромат собирать. А теперь я должна разузнать все сама. И как можно быстрее. Вот и начну с дачи.

Насколько мне известно, участок в садоводстве Верины родители получили еще до ее рождения. Мать давно умерла, а отец живет в городе, с дочерью практически не общается. Может, удастся с соседями потолковать. Глядишь, натолкнут на какую-нибудь мыслишку. Кто еще? Отец, соседи – ее и теткины, двоюродный брат, бывший муж, школьные и институтские знакомые – только начни, зароешься с головой.

Дача Чинаревой стояла на краю садоводческого поселка, на отшибе. Впрочем, назвать просто дачей подобное строение язык как-то не поворачивался. Когда-то это был стандартный участок в шесть соток, но потом Вера скупила фазенды соседей, снесла их избушки и отгрохала себе кирпичный домище в три этажа с пристроенной оранжереей. Он торчал за тесовым зеленым забором, как шиш, надменный и уродливый. Просто феодальный замок над кучкой холопьих лачуг.

Я проехала мимо и пристроила машину в пяти минутах ходьбы, у крохотного магазинчика. Вылезла и медленно пошла по узенькой улочке, оглядывая окрестности и наслаждаясь тишиной. Щебетали невидимые птицы, тренькнул звонок – проехали мимо на велосипедах двое мальчишек.

– Ищете кого?

Я вздрогнула и обернулась.

Прикрыв глаза от солнца рукой, из-за забора на меня смотрела полная пожилая женщина. На ней были спортивные штаны неопределенного цвета и желтый лифчик от допотопного ситцевого купальника, из которого вываливалась отвисшая грудь. На том месте, где когда-то располагалась талия, красовался шерстяной платок, а голову венчала красная бейсболка с пластмассовым козырьком. Короче, нормальный прикид садовода. То ли женщина решила проявить бдительность, то ли просто отдыхала от огородных работ – в руках ее была тяпка.

Вот только ее мне и не хватало! Запомнит еще, если что. Впрочем, а что, «если что»? Мне же нужны соседи. А дом Чинаревой – вот он, на пригорке.

– Не уделите минутку? – я постаралась приветливо улыбнуться. – Надо ведь и отдыхать, чтобы на все сил хватило. Сезон только начался.

– Это да, - согласилась дачница, - надо. А что вы хотели?

– Вы соседку вашу хорошо знаете?

– Вон ту? – скривилась она. – А то! А вам зачем? Вы что, из милиции? Или?..

Уж не знаю, что она подразумевала под «или», но поспешила согласиться: да, или…

– Ну надо же! – женщина поцокала языком и боязливо покосилась на Верин дом. – Заходите. Молочка хотите холодненького?

От молока у меня долго и противно бурчит в животе, но отказаться я не рискнула. Мы уселись за круглый деревянный столик на крохотной терраске такого же крохотного домика-скворечника. Передо мной появилась огромная, почти на литр, кружка с хитрой коровьей мордой. Моя собеседница держала в руках точно такую же кружку, но на ней была изображена коровья задница – с хвостом и выменем. Я удивилась и повернула свою кружку. И обнаружила там то же самое.

– Веселенькие кружечки, да? – хихикнула дачница. – Вы пейте молочко, пейте. Хорошее, соседка корову держит.

Я мужественно сделала несколько хлебков и напомнила о цели визита.

– Да-да, Вера. Ну, что вам сказать… - женщина на секунду задумалась, а потом информация полилась потоком. – Да я ее давно знаю. С пеленок. Вредная девчонка была, всегда. Хитрая, капризная, никого не слушала. Родители все из нее скрипачку хотели сделать, да фиг чего вышло. Подросла – начала с пацанами по кустам обжиматься, лет с двенадцати, если не раньше. Потом перестала на дачу ездить. Говорят, родители ее к тетке отправили жить. А может, сама от них сбежала. Та еще оторва. Как-то еще с мужем приезжала. Мать-то умерла уже, отец жил. Так опять с отцом ругаться начала. А лет пять назад… Или шесть? Не помню. Короче, уже хозяйкой приехала. Начала ходить, выспрашивать, не продадут ли соседи участки. Двоих соседей уломала таки, за хорошую цену, а я вот отказалась, так она на меня злилась. Я даже боялась, не подпалила бы дом. Но ничего, обошлось. Нагнала машин всяких, все дома сломали, вон махину какую страшную отгрохали, без слез не глянешь. Деньги девать некуда.