Чтение онлайн

– Ого, – только и говорю я.

Конечно, я шокирован.

С одной стороны, для Агаты попасть в авиакатастрофу – это как для меня, например, попасть в автокатастрофу. Такая же авария. Я вожу автомобили, она – самолеты. Ничего необычного.

С другой стороны, это, конечно, все равно серьезно и ужасно.

С третьей стороны... я почему-то сразу ощущаю, как возрастает моя власть над женой.

Настолько, что мне, возможно, придется принимать решение о какой-нибудь ее операции... или о том, отключать ее от аппаратов или нет.

– Роман Витальевич, так когда вас ждать?! – спрашивает нетерпеливо Светлана Ивановна.

– Прошу прощения! Я приеду... через час примерно.

– Окей, – говорит женщина и кладет трубку.

Ну а я... я еду в нашу общую квартиру в надежде, что женушка не сменила замки, и я – ради ее же блага, между прочим! – действительно смогу забрать ее документы и вещи.

К счастью, в квартиру я попадаю без проблем.

Но там мне приходится покопаться, чтобы раздобыть все, что надо.

Потом я еще забегаю в магазин, погуглив в интернете, что вообще следует привозить тяжело больным родным, когда те в больнице.

Пока еду в автомобиле до места назначения, психологически готовлюсь, что вот-вот увижу свою жену в ужасном состоянии, но... в реанимационную палату меня не пускают.

Просто забирают все, что я принес, а потом предлагают поговорить с лечащим врачом.

– Как она?! – спрашиваю я у него, стараясь изобразить ужас и боль, хотя на самом деле испытываю скорее растерянность.

– Ушиб головного мозга, ушиб позвоночника, внутреннее кровотечение в связи с повреждением органов, перелом правой руки, – перечисляет мужчина, который представился Вячеславом... прямо как наш сын! – На самом деле, она большая умница, смогла посадить самолет на мягкую землю, а могла бы врезаться в скалы... Но по ее состоянию пока рано делать прогнозы. Нам надо около суток, чтобы ее стабилизировать. Будем надеяться, что она выйдет из бессознательного состояния.

– То есть, – подвожу я итог. – Пока вы не можете даже сказать, выживет ли она?!

– Восемьдесят процентов, что выживет, – говорит врач. – Но какими будут последствия травм...

– Она может остаться инвалидом?!

– Роман Витальевич, как я и сказал, пока рано...

– Ясно, – перебиваю я. – Ладно, спасибо.

– Держитесь.

– Угу.

Я собираюсь было уже спуститься на первый этаж больницы, как вдруг сталкиваюсь в коридоре с мужчиной, примерно равным по возрасту моей жене.

Я-то его впервые вижу, а вот он идет ко мне очень решительно:

– Роман Витальевич?!

– Вы тоже врач?! – спрашиваю с подозрением.

– Нет, я – руководитель полетов на аэродроме, с которого вылетела перед аварией ваша супруга. Мое имя – Демьян Исаев. Простите, пожалуйста, я ваше имя и фото в интернете нашел... Просто очень хотел дать вам свои контакты, чтобы вы держали меня в курсе ее состояния...

– Да, конечно, – я киваю, а сам думаю: кто ты такой, чтобы я держал тебя в курсе?! И что тебе вообще надо от моей жены?!

Оказывается, мы с вами добрались до подписки, а главных героев я вам до сих пор не показала!

Исправляюсь.

Агата

Роман

Лина

– Зоя Романовна, сделаем сегодня стандартное «Счастье для волос» или, может быть, какой-нибудь персональный коктейль? – вежливо, с почтением уточняет у меня мастер по волосам.

– А вы сможете подобрать мне персональный коктейль? – спрашиваю я. Просто обычно у меня мастер Настя, но сейчас она в отпуске, и меня записали к Маше... у нее я впервые.

– Конечно! В зависимости от вашего типа волос, густоты, качества...

– Почему бы и нет, – киваю. – И еще, пожалуйста, принесите матчу на кокосовом.

Я так заколебалась после рабочей встречи, что даже не успела заскочить в любимую кофейню по пути в салон...

– Как скажете, Зоя Романовна!

– Сколько времени все это займет? – смотрю я на наручные часы.

Между прочим, часы – это дорогой подарок от последнего парня, с которым я рассталась всего-то месяц назад.

Картье, ручная работа, белое золото, бриллианты и рубины.

Роскошная вещь... но не такая роскошная, конечно, как вещи, которые творил со мной в постели тот самый парень.

Его звали Аристарх. Представительное имя. И семья у него была представительная. Мы были красивой и достойной парой.

А бросил он меня, потому что нашел себе девятнадцатилетнюю прошмандовку.

Грустно.

Но я привыкла.

С тех самых пор, как меня бросил Ной – по наущению моей «заботливой» мамочки, – ни один парень не задерживался рядом со мной дольше, чем на год.

Аристарх, кстати, продержался год и месяц.

Я уже думала, что все, это любовь до скончания времен... а оказалось – до скончания совести у мужика.

Впрочем, его и мужиком-то теперь не назовешь.

Но в постели был хорош, да...

Никто не был так хорош с постели со времен Ноя, как Аристарх.

Жаль.

Иногда я думаю, что я тупо проклята. Возможно, собственной матерью, которая так беспокоилась, чтобы я не связалась с плохим парнем, что теперь никто из парней – особенно хороших! – не хочет связываться со мной...

Мне приносят матчу на кокосовом, которую я пью через тонкую трубочку, чтобы не испортить макияж губ и чтобы было удобно, пока голова лежит в мойке.

По времени, говорит Маша, процедуры займет примерно час.

Отлично, на это время можно расслабиться... возможно, даже вздремнуть, пока волосы томятся под пленкой и горячим полотенцем, напитанные витаминной маской.

Я наслаждаюсь отдыхом, когда вдруг раздается телефонный звонок.

Причем не на рабочем телефоне, а на личном.

Да-да, у меня их два!

Рабочий я тупо отключаю в нерабочее время.

Смотрю на экран: это брат.

Славка, вот ведь принесла тебя нелегкая!