Чтение онлайн

— Юлия Денисовна, вам нужно приехать в школу. Карина подралась с одноклассницей. — встревоженно сообщает мне.

Я замираю на минуту, обдумывая информацию. Ну не могла Карина подраться, она спокойная в этом плане.

— Что с Кариной? — первое, что приходит в голову.

— Всё в порядке, девчонок успели разнять. Но родителей вызвали, чтобы сразу решить инцидент. — объясняет довольно спокойно, значит, и правда отделались испугом.

— Хорошо, скоро буду. — отключаю вызов и выдыхаю.

Вот и начинается переходный возраст. И серьёзные проблемы вместе с ним.

И как уехать с работы, если Гордея нет? Так, ладно. Дочь важнее, надеюсь, Гордей поймёт.

Подхожу к Кристине и сообщаю, что еду в школу. Надеюсь, она передаст Гордею, а лучше успеть приехать до его появления в офисе.

На выходе из здания сталкиваюсь с Гордеем. Чёрт! Как всегда не вовремя.

— И куда мы собрались в рабочее время? — без приветствия предъявляет мне.

Мнусь с ноги на ногу, и всё же говорю правду:

— Гордей Сергеевич, моя дочь... она подралась с одноклассницей. Классный руководитель вызывает на разбор полётов. Я постараюсь очень быстро. — прошу взглядом понять меня.

Гордей, ничего не говоря, берёт меня за локоть и ведёт к своей машине:

— Садись, я с тобой. — хлопает дверью с моей стороны, обходит машину, садится за руль. — Адрес?

Говорю адрес, но если честно в шоке от его поведения. Зачем ему ехать со мной, когда своих забот хватает.

— Гордей Сергеевич, вам это зачем? — спрашиваю, пристёгивая ремень безопасности.

Босс хитро улыбается:

— Сто лет в школе не был, а тут такой повод. — мне кажется, он что-то не договаривает.

— А если серьёзно? — выпытываю я.

— Серьёзно и отвечаю. Клёвая у тебя дочь, хочу посмотреть на разукрашенную одноклассницу. — продолжает издеваться он.

Для меня, конечно, дико такое поведение Гордея. Был бы он кем-то другим, я бы подумала, что он заботится. А так, просто не знаю, как реагировать.

В дороге обсудили проект, который Гордей передал мне прошлым вечером. Там была очередная дочерняя фирма, которую наша компания решила поглотить.

Я противник таких действий, всегда можно создать с нуля что-то своё, чем отбирать чужое. Но Гордея не остановить, если он что-то вбивает в свою голову, бесполезно, даже дихлофосом не вытравишь.

До школы мы долетели за пятнадцать минут. Выйдя из машины, я пошла ко двору школы. Гордей последовал за мной, с горящими глазами. В нём будто взыграли подростковые гормоны. Чёртики в глазах прыгали от радости.

— Я сама схожу. — останавливаюсь, чтобы отправить Гордея в машину.

Он берёт меня под локоть и тянет во двор школы:

— Это же весело. Всегда мечтал поиздеваться над учителями в сознательном возрасте. — разглядывает клумбы и корчит лицо.

— Гордей, это не игрушки. Здесь учится моя дочь. Не смей её позорить своим поведением. — предупреждаю его.

Я знаю, что у Гордея может сорвать крышу и он пойдёт вразнос. А после такого, дочь начнут булить.

— Обижаешь, я буду паинькой. — хитро улыбается и придерживает входную дверь, пропуская меня вперёд.

Заходим в школу, на проходной сидит грузная женщина в форме охраны. Да уж, хорошая защита для детей.

— О, тётя! Ты, что ли, охрана? — наклоняется Гордей к маленькому окну. — Нас вызвали, куда пройти? — делает он серьёзное лицо.

Охранница смотрит то на меня, то на Гордея:

— Кто вызвал?

— Нина Борисовна, четвёртый "А". — отвечаю ей.

— Паспорта? — спрашивает она.

Мы с Гордеем отдаём паспорта, пока она записывает что-то в свою тетрадь, Гордей смотрит на меня и говорит:

— Может, переведём Карину в нормальную школу?

Я не успеваю ответить, как охранница громко выкрикивает:

— У нас хорошая школа. Это дети разбалованные, что хотят, то и творят.

— Ну да. А если нападение на школу, вы всех спасёте. Правильно же я думаю? Как побежите на бандитов, как раздавите своим весом. — ржёт над ней.

— Гордей, прекрати! — хватаю его за рукав пиджака.

Дико неприятно, как он общается с ни в чём не повинным человеком.

— А что? Я правду говорю. В школе нужны нормальные охранники, а не бабушки на пенсии. — раздухарился он.

— Грубиян! — обозлилась охранница и кинула наши паспорта возле окошечка.

Гордей с гордостью главного хулигана забирает паспорта, пропускает меня первую через пищащую рамку, ржёт над липовой системой охраны и берёт меня за руку.

— Отпусти меня. — тихо рычу на Гордея.

— Не могу. Если спросят, кто я такой, говори, что я муж, иначе меня эта бабулька пузом выдавит из школы. — продолжает издеваться, а мне неприятно это слушать.

Да он прав, система не налажена, но охранница-то причём.

— Гордей, если ты будешь оскорблять всех подряд, я сама тебя сдам охраннице. — строжусь как над маленьким ребёнком.

— Если буду перегибать, сжимай мою руку. — спокойно говорит.

Тут не руку сжимать надо, а сразу в лоб бить, чтобы доходило быстрее.

А мы уже подходим к кабинету директора. Я ни столько переживаю за то, что отчитают Карину, как за то, что Гордей нас опозорит.

Гордей

Школа — говно! Могу отдать должное близости к офису и больше никаких плюсов. Начиная со входной группы, потрескавшейся плитки на крыльце, продолжая грязными стенами и заканчивая старыми допотопными стеклопакетами на окнах.

Куда идут бабки государства неизвестно. Юлька сколько угодно может меня сдерживать в высказываниях, но мнение моё не поменяется.

Нас пропускают в кабинет директора. С порога оглядываю ухоженность комнаты. Значит, бабки на ремонт директорского кабинета есть, а на ремонт школы нет. Очень интересно.

— Добрый день. — здоровается с нами тётка за пятьдесят, являющаяся хозяйкой этого кабинета.

Явно бабенция строгая. Причёска как из прошлого века, зализанные волосы назад, собранные в фигушку. Серый дорогой костюм и стрёмная, красная помада на губах.