Чтение онлайн

— Добрый день, Наталья Владимировна. — здоровается в ответ Юля.

Мы присаживаемся за стол. Напротив нас сидит рыжая тётка, видимо, мамаша одноклассницы. Взгляд у неё высокомерной сучки.

Все рыжие сучки, это я давно понял, когда познакомился с ныне усопшей женой Алмаза Адой. Вертела мужиками прилично, да так, что придушить хотелось.

Вовремя я понял, что она лишь для развлечений, а вот Алмаз прикипел. Даже дочку родили. Только счастья ему это не принесло. Мало того, ещё и такую же рыжую нашёл, похожую на Аду. Ну хоть с этой у него всё на мази.

Директриса толкает вступительную речь. Ничего конкретного, решила нам прочитать курс по психологии.

Я слушал её со скучающим видом, чувствуя, как ладонь Юли начинает потеть. Видимо, нервишки начинают пошаливать. А мне надоедает её слушать.

— Может, внесёте конкретики? Или мы на курсе по психологии? — спрашиваю обычным тоном, а рука Юли сжимает мою с силой, что причиняет не столько дискомфорта, сколько непонимания.

Почему я, взрослый мужик, должен слушать эту чушь?

— Извините, как ваше имя-отчество? Юлия Денисовна, это отчим Карины? — строго спрашивает директриса.

Юля не успевает ответить, я сегодня за неё, пусть отдыхает.

— Гордей Денисович меня зовут. Задам встречный вопрос, что девочки не поделили? А то мы надолго застрянем здесь. — смотрю в упор на директрису.

Всегда мечтал попасть в кабинет директора школы в сознательном возрасте и поиздеваться.

— Вы куда-то торопитесь? — с претензией в глазах пытается задавить меня своей аурой властности.

Смешно и предсказуемо.

Юля понимает, что рука не спасёт, и начинает оттаптывать мне очень дорогую туфлю. Убираю ногу, чтобы не заработать синяк, и продолжаю свою волну:

— Вы серьёзно? Рабочий день в разгаре, а вместо того чтобы зарабатывать бабки, мы сидим и слушаем лекцию. — у меня на руке уже кости хрустят, но я терплю.

— Ваша обязанность — воспитывать Карину как полагается, но, видимо, вам не хватает знаний, поэтому лекция уместна, я считаю. — кажется, директриса чувствует себя хозяйкой положения.

Крепче, двумя руками сжимаю ладонь Юли, не смотрю в её сторону, но чувствую испепеляющий взгляд.

— Так же как и ваша обязанность. А если произошёл инцидент, значит, вы не усмотрели, ведь всё произошло в стенах вашей школы. И это я ещё не видел Карину, если с её головы хоть одна волосинка упала, я вас засужу. Поверьте, у меня хорошие юристы. — ухмыляюсь победно.

Директриса хмурится, её глазки начинают бегать. Поняла, что жареным запахло. Перевожу взгляд на рыжую мамашку, её высокомерие сменяется страхом. Вот и достигнут эффект.

Юлька рядом вздыхает, понимая, что я не дам ей открыть рот.

— Гордей Денисович, всё с вашей девочкой хорошо. Мало того, это Карина начала конфликт. — пытается отбрехаться.

Вот тут я не совсем уверен. Карина девчонка умная, и если отхеракала одноклассницу, значит, было за что.

— Серьёзно? А где сама Карина? Я хочу послушать, что скажет она, и только после этого начать обсуждение. — начинает бесить уже.

Этот их педагогический подход в жизни вообще не работает, но они упорно пытаются им апеллировать.

Директриса срывается с места, открывает дверь из кабинета:

— Девочки, заходите.

Мы поворачиваемся, смотрим на девчонок, зашедших в кабинет с какой-то тёткой.

— Вот познакомьтесь это наш соцпедагог — Галина Сергеевна. Она разговаривала с девочками, сейчас всё нам разъяснит. — командует директриса.

И зачем мне пересказ?

— А я хочу услышать из первых уст, мне зачем ваш педагог, когда у девчонок есть языки. — продолжаю держать директрису в напряжении.

Порядком надоели эти препирательства, но Карину я отстою.

— Послушайте, папочка... — начинает наезжать на меня соцпедагог, похожая на смотрящую в тюряге.

Ну реально! Даже силуэт у неё мужской и кулаки сжимает так, будто ща вдарит мне.

— Нет, это вы меня послушайте. Я хочу услышать от девочек, что произошло. Я имею на это право. Демагогию разводить будете после и наедине, если вам заняться нечем. — затыкаю рот и этой смотрящей.

Соцпедагог смотрит на директрису в возмущении, та, видимо, подаёт какой-то знак, и в кабинете наступает тишина.

В глазах Карины вижу полное восхищение и ни грамма преклонения перед взрослыми. Значит, я прав, и Карина права в этом конфликте.

Юлька щипает меня за ногу, шепчет, чтобы я заткнулся. Но не в этот раз.

— Карина, расскажи, как всё началось. — просит её директриса.

Карина смотрит сначала на Юлю, потом на меня, выдыхает и говорит:

— Наталья Владимировна, как вы считаете, что нужно сделать, когда одноклассница собирает сплетни про мою маму? — смотрит в глаза директору с задранным носом.

Молодец-девочка! Красотка! Вот такую дочь, с высоким самомнением я бы хотел воспитать! Горжусь!

Юлька тяжело вздыхает, прикладывает ладонь ко лбу, показывая всем видом, что это отвратительная ситуация.

Директриса ни сколько не сомневаясь в своей правоте отвечает:

— Нужно подойти к классному руководителю и рассказать об этом, но никак не бить. Рукоприкладство в стенах школы неприемлемо.

— Значит, нужно было наябедничать, так? — парирует Карина.

Просто красотка! Острый ум и быстрая реакция футболистки помогает в конфликте.

— Не наябедничать, а рассказать. Классный руководитель разобрался бы в сложившейся ситуации. — продолжает учить плохому Карину.

Что за нравы, в детдоме ябед херачили по-чёрному. Таких никто не любит.

— Такое уже происходило в классе. Света собирала сплетни про Алёну. Алёна рассказала классному руководителю. Были разборки, а потом Алёну обвинили в том, что она ябеда, и половина класса с ней не общается. — продолжает рассказывать свою правду Карина.

Вот! Мышление зачётное. Всё правильно говорит.

— Значит, классный руководитель не доработал эту ситуацию. — отмазывается директриса. — Но ты поняла, что поступила неправильно? — решает засадить Карину.

Охренеть! Да я бы грохнул того, кто собирает сплетни про моих близких.

— Я поступила правильно! Если она ещё раз откроет свой рот в мою сторону, я сделаю то же самое. — злость и обида проскальзывают в её словах.

Правильно! Так их!

— Только попробуй, маленькая дрянь! — шипит рыжая тётка.

Совсем охренела тявкать на Карину!