Чтение онлайн

— Жизнь несправедливая штука, — спокойно произносит он. — Ты взрослый мальчик. Должен был понимать, что любой бизнес — это риск.

— Ты сжёг всё до тла! — взрывается Андрей.

Этот крик бьёт по нервам, как молот. Темка снова вздрагивает. Я не выдерживаю: меня словно вышибает из полусонной парализованной неподвижности. Вскакиваю с дивана, стяжки на запястьях болезненно впиваются, но я даже не чувствую боли, только пульсацию в голове.

— Отпусти Тёму, ты же видишь, ему страшно, — говорю, делая шаг. Голос дрожит, но я пытаюсь говорить ровно. — Нет вопросов, которые мы не можем решить. Отпусти сына.

Я почти молю его и продолжаю идти, медленно, осторожно, как будто ступаю по льду.

— Сядь на место, — рявкает Андрей и резко переводит пистолет на меня.

Замереть или идти? Тело не подчиняется. В груди будто глухой удар, сердце пропускает такт.

— Отпусти Темку, прошу… — делаю ещё шаг. Макс резко хватает меня за локоть, но я вырываюсь. — Пожалуйста. Он ни в чём не виноват.

— А моя семья в чём была виновата?! — орёт Андрей.

— Опусти пистолет, Андрей. Ты же не такой. Я знаю, что ты не такой!

Он хохочет. Низко, глухо.

— Чёрт, Алиса… Я ведь реально хотел, чтобы у нас всё получилось.

Холод снова пробегает по спине. Он смотрит на меня с сожалением, или мне все же кажется… Но от этого взгляда становится мерзко.

— Первое время, — продолжает он, — думал, просто убью тебя у него на глазах. Но вы развелись, и ты укатила к чёрту на рога. И вот однажды, вот чудо, я снова вижу тебя. В моём городе.

Он на секунду переводит взгляд на Макса.

— Да, кстати Макс. Это мой город. Здесь всё под моим контролем. Каждая дворняга служит мне. Когда жена ушла, забрав сына… — его челюсти сжимаются, на лице проступает настоящая боль. — Я долго пытался вернуть их. А потом, одна несчастная авария. И всё…Их больше нет.

Он резко втягивает воздух.

— Это твоя вина! — кричит он на Макса

— Андрей… — я снова пытаюсь достучаться, голос срывается на шёпот. Молю его остановиться. Хотя бы задуматься. Хотя бы на секундочку.

Он резко поворачивает голову ко мне. В глазах пустота. Бездна.

— Неужели ты думаешь, что что-то сейчас значишь? Что твои слова, твой взгляд хоть что-то изменят? Если ты не заткнёшься и не вернёшься на место — я вынесу мозги вашему сынишке.

Он сильнее вжимает пистолет в висок Темки. Тот вскрикивает.

— Ма-а-ма!

Алиса

— Ма-а-ма!

— Нет! — вырывается у меня из груди. Будто проваливаюсь в ледяную яму. Ноги подкашиваются, меня ломает пополам и я просто валюсь на пол. Макс подхватывает меня, прижимает к себе. Его запах, его тепло, его руки, всё это на секунду возвращает мне воздух.

— Успокойся. Всё будет хорошо. Доверься мне, — шепчет он тихо, уверенно вселяет надежду. Помогает мне сесть в кресло. Я дрожу, ладони холодные, будто я только что держалась за лёд. Стараюсь взять себя в руки, успокоиться, ради Темки…

Андрей наклоняется к Тёме, его голос становится почти ласковым.

— Господи, твои родители такие непослушные, — говорит ему в ухо — Но ты же послушный? Ты же любишь маму? Тогда перестань реветь.

Темка, весь дрожащий, кивает. Хлюпает и затихает. Но слёзы всё равно текут. Маленькие, горячие, беспомощные. Я кусаю губы до крови, чтобы не всхлипывать и разреветься вместе с ним.

— Так… о чём я? Ах да, — Андрей снова смотрит на меня. — Когда я узнал тебя ближе, Алиса, я подумал, что у нас реально может что-то быть. Ты оставила Ветра. Ты хотела новой жизни. И я хотел дать тебе эту новую жизнь.

Меня бросает в жар. Он… верил в это? Или просто наслаждается болью, которую причиняет?

— И это был один из пунктов моего плана. Но потом появился Ветер.

Он рывком поворачивается к Максу.

— Сука, какого хрена ты снова появился? И с этой дурой Дашей…

Меня будто ударили. Воздух выходит из груди.

— Кстати, — добавляет он, улыбаясь мерзкой, липкой улыбкой. — Её было очень легко переманить. Она ненавидит свою бывшую подругу. НенавидеЛА…

Он облизывает губы, будто вспоминая что-то вкусное.

— Но можете не переживать по этому поводу, уже разобрался с ней. После того как она наняла какого-то недоделанного киллера, чтобы пристрелить тебя.

Он усмехается.

— Благо тот промахнулся.

Меня трясёт. Мир перед глазами будто дрожит, как пламя свечи.

— И последние крупицы надежды на то, что ты все же выберешь спокойную жизнь с рядовым адвокатом, меня не покидали.

Он снова смотрит на меня как на утраченную возможность. Взгляд его скользит по моему лицу, и в нём на миг проступает что-то почти человеческое, жалость к самому себе, к несбывшейся фантазии. Это отвратительно. Мой желудок сводит судорогой.

— Я знал, что Орлов похитил мальца и собирался забрать его и вернуть тебе, но не успел. Потому что, ты тварь, снова все отнял у меня все!

Его голос срывается на визгливую ноту, и пистолет в его руке начинает мелко дрожать.

— Я ничего не отнимал, ни тогда ни сейчас. — Голос Макса не изменился. Он звучит тихо, отчетливо, будто он читает прогноз погоды. — Знаешь, я даже не помню ни тебя, ни твою фирму… ни твою семью… — Он делает едва заметную паузу, и следующий удар обрушивается с леденящей ясностью. — А это МОЯ семья.

Эти слова падают в комнату, как приговор. И они прожигают что-то в Андрее. Его лицо искажается чистой, неконтролируемой яростью.

— Рот свой закрой! — Он резко, почти судорожно, переводит пистолет с Темки на Макса. Металлический щелчок взведенного курка отдается в тишине уколом в самое сердце. Я замираю. Пальцы немеют. Ощущаю, как страх поднимается куда-то к горлу, давит, режет. Я даже не дышу. Макс не отступает. Он делает шаг вперед. Не в сторону, не назад. Прямо под дуло пистолета. Расстояние между ними сокращается до миллиметров.

— И знаешь, — продолжает он, и в его голосе впервые появляются нотки чего-то смертельного и презрительного, — я ничего не боюсь. И никого… А особенно таких как ты. Трусливых подонков, которые прячутся за спинами женщин и детей, и не способных решать вопросы один на один.

Андрей аж подается назад от этого тихого, холодного напора. Его глаза расширяются.

— Ты можешь заключать сделку с дьяволом хоть каждый день, пройти хоть десять кругов ада, — улыбка, едва заметная, хищная, появляется у Макса на губах. — Но чтобы быть со мной наравне… тебе нужно было родиться в самом аду.