Чтение онлайн

Когда поцелуй заканчивается, Назар не отстраняется. Он соприкасает наши лбы и тяжело дышит. Не улыбается. Серьёзен до безумия. А я всё так же дрожу. Наверное, со мной всегда так будет происходить, когда он будет рядом. Потому что я влюблена. По уши. В него. Ещё в детстве влюбилась. Да только за годы, что не виделись, мне казалось, что это прошло. А стоило столкнуться в клубе — и снова полностью накрыло.

— Пообещай, что мы завтра увидимся, — требует он. А я даже не знаю, когда это может произойти. Бабушка после учёбы говорила зайти в магазин и скупиться по списку. Будем готовить фаршированный перец и "Наполеон", а к ней должны завтра подруги вечером прийти в гости. Точно! А вот и идея. Попрошусь "типа" в гости к девчонкам, а сама...

— Обещаю. Только вечером. В семь сможешь? — с надеждой спрашиваю.

— Смогу, незабудка. Для тебя я всегда свободен.

Я долго не могла уснуть. Эмоции зашкаливали, мысли путались — раз за разом возвращаясь к Назару. А сердце — оно стучало как сумасшедшее. Не хотело останавливаться.

Я гладила пальцами свои губы, там, где остался его вкус. Это глупо, конечно, но мне и правда чудилось послевкусие от поцелуя.

Я переворачивалась с боку на бок, потом смотрела в потолок, потом под подушкой искала воздух — его аромат. Знала, что это невозможно, но мне казалось: он должен быть везде. В каждом вдохе, в каждой складке простыни. Он прочно засел во мне. Под кожу. В венах. В мыслях.

Это был мой первый поцелуй...

Самый настоящий, глубокий... Пропитанный нежностью и страстью одновременно.

И меня почему-то разрывает от чувства важности какой-то. Потому что он обратил на меня внимание. На обычную, скромную, ни в чём не примечательную девушку. Да, я не пустышка, это факт. У меня ясный ум. Красивые волосы, глаза. Я нравлюсь себе, когда смотрю в зеркало. У меня хорошая фигура и красивая грудь. Вот только спрятано это всё под слоем некрасивой, дешёвой одежды. И если будучи в деревне, это не бросалось в глаза, потому что дети были одеты так же, то тут... Среди пафоса, гламура и крутых тачек, я не то что серая мышь...

Когда прозвенел будильник, мне хотелось его разбить. Недолгий, но такой приятный сон развеялся вместе с раздражающим шумом будильника. Но выбора не было — надо было вставать.

На автопилоте пошла в ванную. Щёки красные, глаза блестят. Я смотрела на своё отражение и думала: «Ты другая. Это видно. Это все увидят». А мне нельзя, чтобы бабушка о чём-то заподозрила. Ни в коем случае.

В лицее — настоящий цирк. Как только вошла в аудиторию, все взгляды были на мне. Обычно это потому, что на мне "мешок", как они говорят, и "деревенская причёска". А сегодня — потому что я светилась. Я же и правда светилась. Изнутри. Из глаз. Из пальцев. Из волос. Я была вся — из эмоций.

— О, Настя решила влюбиться? — громко, с ехидцей, протянула Маринка, сально оценивая меня с ног до головы. — Или просто в уголке губ блевотина от деревенского завтрака?

Я закусила губу. Раньше бы провалилась сквозь землю. Сейчас — нет. Сейчас я смотрю на неё и думаю: что, скорее всего, она такая злая, потому что Димка Прокофьев не обращает на неё внимания. Она вон из кожи лезет, чтобы заметил и позвал на свидание. Но ему пофиг на нее.

Я прохожу мимо. Не отвечаю. Даже взглядом не обжигаю. Зачем?

Я и раньше сторонилась их всех. Потому что неприятны не только их слова и действия в мою сторону. Люди они неприятные. Лицемерные, обиженные на жизнь — хотя имеют достаток и деньги, в отличие от меня. Самовлюблённые и эгоистичные.

Ларка и Мира дружили на первом курсе. А потом Лариса купила такую же брендовую сумку, как у Миры. Они ругались, обзывали друг друга. Обещали устроить проблемы. И вщент разругались. А я смотрела на это со стороны и вспоминала, как у нас с Алёнкой была одна сумка на двоих. Как мы выходили вечером с ней гулять, складывая все нужные вещи. И ни разу не поссорились или подрались из-за этого. Неделю она была у Алёны. Неделю у меня.

— Настюха, ты чё… на волшебных грибах? У тебя румянец, как у невесты, — спрашивает Валя, а я нервно хихикаю. Боже.

Я действительно смеюсь. И даже смех у меня теперь другой. Словно из глубины. Честный. Заливной. Чуть влюблённый.

— Просто… настроение хорошее, — пожимаю плечами, как будто это пустяк.

Но внутри всё кричит: "ОН МЕНЯ ЦЕЛОВАЛ! И Я ЕГО! И МНЕ ХОЧЕТСЯ ЕЩЁ!"

Учёба идёт мимо ушей. Преподы как в аквариуме — губы двигаются, а я не слышу ничего. Я переписываю конспект машинально, а сама снова и снова возвращаюсь в тот вечер. Когда он сказал "незабудка". Когда смотрел в глаза. Когда дыхание в груди у меня сбилось, и я думала, что просто… не выдержу. Взорвусь. Растаю.

Он держал меня так бережно, как будто я стеклянная. Но и с такой жадностью — будто боялся, что я исчезну. И знаете, я хотела исчезнуть. Но только с ним. В нём. В его руках. В его дыхании.

Пропасть в Назаре — звучит как план на жизнь.

После пары отправилась в магазин со списком бабушки. Выбирала по акции и максимально дёшево. Не могу сказать, что бабушка живёт прям уж бедно. Явно лучше, чем мы в селе. Но привычка — то ли сама по себе она такая жадная, считать каждую копейку — жутко раздражает. Дома я могла себе купить мороженое. А с бабушкой...

Есть же множество пословиц о бедных родственниках. Что ж, большинство из них можно применить ко мне. Но я не обижаюсь. Я всё равно благодарна бабушке за возможность получить нормальное образование. А ещё, благодаря этому, я поступлю в высшее учебное заведение на бюджет. Да и спасибо бабушке и небесам, за то что я встретила Назара вновь.

Тогда это была невинная любовь. Мне нравилось наблюдать за его игрой в мяч. Нравилось слушать истории. Нравилось просто болтать рядом с ним. Сейчас же... Это более глубоко, осознанно и взаимно.

По возвращении домой я старалась быть максимально нормальной. Тихой. Послушной. Готовили перцы, я драила пол, потом резала лук и плакала — не только из-за лука. В голове уже выстраивалась схема, как сбежать. Потому что если я не увижу его сегодня, то точно сойду с ума.

Бабушка бурчала что-то о «вековых традициях», «позорных шмотках» и «городской распущенности». А я улыбалась как дурочка, предвкушая уже встречу. В нужный момент открыла рот и что-то там бабушке отвечала.

— Да, да, бабуль. Конечно.

А в голове звучал только один голос. Его.

"Для тебя я всегда свободен."

Это же не пустяк? Это же важно. Он тоже хочет меня видеть. Тоже хочет быть рядом. А как же этого хочу я... Мои бабочки уже порхают вовсю и предвкушают нашу близость. Ну, не ту самую близость. А если он будет настаивать? Я не знаю, готова ли я к такому важному шагу. Мы ведь так мало времени провели вместе... Но разве чувства от этого стали мои меньше?

Вечером, когда часы показали 18:53, я не выдержала. Надела то, что бабушка не посчитала бы вызывающим, быстро намекнула, что у Вали какая-то беда с контрольной, и выскользнула за дверь.