Чтение онлайн

Снова разряд, отключаюсь на секунду, встряхивая головой и скидывая противный гул в ушах. Мне не послышалось? Моя Лиза?

Не могу говорить, лишь вопросительно смотрю, ожидая объяснений.

– Давай на «ты». Удивлён?

– Если честно – да. У неё ничего нет: компаний, капиталов…

– Плевать на деньги, - взрывается Ануфьев. – Не капиталы нужно объединять, а гены. Посмотри вокруг.
– Кивает в сторону небольших компашек. – Что видишь? Девушки. Много. Красивые куклы, которые тратят деньги отцов и мужей на одежду, развлечения и драгоценности. Спроси любую, она знает, чем занимается её муж? Разбирается? Может помочь, посоветовать? Ну?

Осматриваюсь, вылавливая взглядом щебечущих куколок, блестящих, словно брюлики. В глазах пустота, а на шее тяжёлые украшения.

– Думаю, что нет.

– Именно, - согласно кивает. – Что она даст своим детям? Нянек и учителей? А какой в этом смысл, если изначально нет задатков? Гены, Сергей, вот что важно. Именно поэтому, я желаю в невестки такую, как Мартынова: умная, целеустремлённая, уверенная в себе, способная идти напролом и подталкивать мужчину рядом. Такая нужна моему сыну. Такая будет поддержкой, опорой и надёжным тылом. И внуков под стать родителям, чтобы, повзрослев и получив образование, были способны взять бразды правления в свои руки. Главное не капиталы, а те, кому ты эти капиталы передашь, чтобы утроили, увеличили в несколько раз, грамотно управляли построенной тобой империей, - произносит длинную тираду, тяжело выдыхая. – Слышал о твоём предстоящем браке. Золотые шахты, - усмехается, - на хрен они нужны, если их некому будет передать.

Впитываю каждое слово, умудрённого жизнью и опытом человека. У него своя правда. Свой смысл и, чёрт, он невероятно прав. Каждое слово, словно монолитная плита, ложится на плечи.

Ануфьев не просто просчитывает на два шага вперёд – на два поколения. Более масштабно. Стратег, который придерживается своей намеченной цели, считая её единственно правильной.

Его слова, да в уши моему отцу, чтобы понимал, в чём грёбанный смысл жизни. Не в шахтах и Ольховских, а в продолжении рода, способного управлять всем, что создал и построил.

– Задумался?

– Да, - честно сознаюсь.

– Осуждаешь?

– Поддерживаю, - одобрительно киваю, ловлю во взгляде пожилого мужчины промелькнувшее уважение. – Где сын-то?

– Вон там.
– Кивает в сторону сцены. – С Лизой разговаривает.

Впиваюсь взглядом, уже готовый прожечь дыру в Ануфьеве-младшем. Высокий блондин в деловом костюме. Зажат, напряжён, руки в карманах брюк, спина прямая.

Лиза спокойна. Всё её существо говорит мне о том, что разговор деловой. Ни намёка на флирт, нет улыбок и искреннего смеха.

– Не слишком эмоционален, - делаю вывод.

– Да. Ему почти сорок. Шесть лет назад собирался жениться. Девушка мне нравилась, был влюблён…

– Что случилось?

– Погибла в автомобильной аварии за неделю до свадьбы. Саша тяжело это пережил. Слишком. И только сейчас поднял глаза, чтобы увидеть и других женщин.

На миг представляю, что я в подобной ситуации, и меня изнутри окатывает обжигающим холодом. Нет. Без Лизы никак. Нельзя. Даже представить невозможно её отсутствие. Сдохну, если на меня ежедневно не будут смотреть эти зелёные омуты.

Ещё раз смотрю в сторону Лизы и успокаиваюсь. Блондины не её фасон. Совсем. Этот Александр не вызовет в ней даже элементарной симпатии. Я знаю свою Лизу.

– Мартынову пригласил бы только на роль невестки? А как сотрудника? – Вспоминаю его недавний звонок и обещание большого оклада.

– И как от сотрудника не отказался бы. Ещё полтора года назад, когда случилось вместе работать понял, что Лиза – ценный кадр. Во всех смыслах, - улыбается, посматривая на своего сына. – А ты не желаешь подумать о переходе ко мне?

– Не понял… - зависаю на минуту, обдумывая вопрос.

– Мне шестьдесят семь. Я устал. Нет сил мчаться в адовом колесе конкуренции и новых технологий. Я всю жизнь работал, пёр вперёд, будто бессмертный бульдозер. Заслужил покой, сон и отдых заслужил. Хочу уйти, а оставить некому.

– А сын?

– Сын у меня профи в другом направлении – металлургия и драгоценные металлы. Большая компания на севере, в которую вкладывает душу и силы. А мне здесь кто-то нужен. Можно, конечно, воспользоваться услугами приглашённого руководителя, но нет, знаешь ли, особого желания довериться первому встречному.

Понимаю. Где гарантия, что не нарвёшься на такого, как Антон…

– Я тоже первый встречный, - напоминаю, что мы познакомились полчаса назад.

– Я много о тебе знаю, о твоей семье, о бизнесе, развитии. Та же сфера, тот же профиль. Подумай.

Только что Ануфьев посеял внутри меня зерно сомнений. Нет, не в себе. Наоборот. Если мой план выгорит, и карта сыграет, скорее всего, я лишусь всего, что имею. Мне придётся просто уйти, оставив всё, а мужчина рядом со мной даёт шанс на спасение, хотя, сам об этом не предполагает.

– Я подумаю, - сдавленно выжимаю из себя, чтобы не раскрыть карты раньше времени.

– Серьёзно? – Светло-голубые глаза расширяются в удивлении, с недоверием оценивая.

– Да, Семён Владимирович, серьёзнее не бывает. Черед две недели дам ответ.
– Протягиваю руку, чтобы скрепить негласную сделку между нами, и он, не задумываясь крепко сжимает мою. – Пока между нами. Не спрашивай о причинах и последствиях.

Нескольких секунд достаточно, чтобы каждый из нас понял, что имеет возможность получить то, что желает. Не сейчас, но позже.

Парадоксально, но человек, в отношении которого изначально я был настроен враждебно, возможно, станет моим спасательным кругом, который вытянет нас обоих – меня и Лизу.

– А Мартынова? Отдашь? – останавливает вопросом.

– Нет, - почти рычу, даю понять, что тема Лизы должна быть закрыта прямо сейчас.

– Почему?

– Потому что занята.

– Кем?

– Мной.
– Наблюдаю медленно вытягивающееся лицо, бегающий взгляд и принятие моих слов.

– Но ты же женишься…

– Лиза моя. Точка. Свадьбы не будет. Точка. Почему? Не спрашивай. Я впервые тебя вижу, впервые с тобой разговариваю, но почему-то уверен, что каждое моё слово останется между нами. Так ведь? – Не дожидаясь ответа, с улыбкой иду к Лизе. Но, сделав два шага, останавливаюсь: – К вопросу о генах, у Лизы есть старшая сестра – Арина. Разведена, есть сын.

– Специальность?

– Нейрохирург.
– В ответ лишь довольно кивает, расплываясь в улыбке.

Уверен, Ануфьев промолчит. Сам не знаю почему, я сказал ему больше, чем кому-либо другому. Нутром чую, что этому умному мужику могу довериться с потрохами. Зудящее чувство уверенности под кожей парализует, растекаясь вязкой патокой доверия к человеку, которого я видел впервые.