Чтение онлайн

Саймон прервал меня довольно провокационным вопросом:

– А вам так важно, что о вас подумает супруг, госпожа Аннэт?

В первое мгновение мне показалось, что я не так расслышала брошенные им слова, но потом… Потом смысл всё же достиг моего сознания, и злость, копившаяся что во время беседы с Ониэром, что после, при прочтении письма, нашла выход.

Моих губ коснулась холодная улыбка:

– Может быть и не важно, но, если вы не забыли, я завишу не только от его мнения. В мире сильных мужчин роль женщины не так уж и завидна. Словом, каким бы он не был, он мой муж, и все рассуждения на эту тему совершенно бессмысленны.

Мне хотелось сказать ещё так много. Выплеснуть все мысли, кружившие в голове. Ужалить мужчину так, чтобы ему стало больно и стыдно за свои подначивания, но… Я сдержалась. Какой смысл объяснять ему то, чего он попросту не сможет понять? Не просвещать же его в тонкости прогрессивного мира, где зависимость женщины от мужчины не так велика, как здесь?

Не знаю, что прочитал на моём лице Саймон, но видимо что-то такое, от чего самодовольство испарилось, а вместе с ним и лукавые смешинки в глазах пропали, сменившись не то раздражением, не то одобрением. Мне было сложно его понять. И пока охранник не успел вставить что-то ещё, не менее ядовитое и провокационное, я продолжила:

– Я попросила вас остаться, потому что мне больше не к кому обратиться за помощью. Не ведите себя так, чтобы я пожалела о том, что доверилась вам, – рвано выдохнула, с трудом справляясь с эмоциями. – Мне бы очень хотелось, чтобы вы уважали и меня, и мои просьбы.

Сказав это, я не стала ждать его ответа, попросту развернулась, схватила письмо со стола, и пошла в дом. Мне нужно было побыть одной, но и этого не получилось. В дверях, что выходили на террасу, я столкнулась с управляющим. Этот паршивец даже не особо таился. Видимо, разъяснительная записка, которую ему прислал муженёк, развязала руки проходимцу и он возомнил, что теперь имеет надо мной какую-то власть. Жаль его разочаровывать, хотя… Лгу, не жаль.

– Мистер Саташи, – обратилась к нему всё с той же холодной улыбкой, хотя сердце продолжало с неистовой силой колотиться в груди. – Герцог Уилбург написал мне, что я могу рассчитывать на ваше содействие.

Судя по тому, как лукавства во взгляде поуменьшилось, и ему на смену пришла растерянность, Ониэр никак не ожидал, что я вот так сходу решу воспользоваться данной мне привилегией. А чего тянуть? Сейчас во мне жажды деятельности на троих хватит.

– Д-д-да, – проблеял мужчина, заикаясь, но тут же взял себя в руки и добавил: – В пределах разумного, конечно!

И дались им всем эти пределы? А если их у меня нет? Да и для каждого границы разумного несколько отличаются. Что для них является непогрешимой величиной этих пределов?

– Что вы, – отмахнулась с деланным равнодушием. – По этому поводу можете не переживать, я попрошу у вас сущую мелочь.

Кажется, мне не поверили. Мистер Саташи прищурился, склонил голову к плечу и спросил:

– И что же это за мелочь? – на слове «мелочь», он сделал особенное ударение. Опытен, что сказать. Прекрасно знает, что в понимании женщины мелочь, то для мужчины может стоить целого состояния, а при худшем раскладе и вовсе – жизни.

Спрятав ухмылку, произнесла:

– Знаете, мне нужно несколько простых нарядов, это же не слишком обременительно для вас? – постаралась улыбнуться настолько обворожительно, насколько это вообще было возможно.

Ониэр молчал, а потом, будто бы спохватившись, медленно протянул:

– И всё-ё-ё?

Я сделала вил, что задумалась – нахмурилась, постучала указательным пальцем по подбородку и радостно кивнула:

– Всё, – а когда мужчина с облегчением выдохнул, вскрикнула: – Ой, нет, есть ещё кое-что!

Управляющий вздрогнул, улыбка так и вовсе стала у него совершенно неестественной. Если бы мы не стояли рядом, он бы ещё и глаза к потолку возвёл, уверена. Сейчас же только уточнил уже без былого благодушия:

– Что?

– Могли бы вы распорядиться, чтобы из столицы сюда привезли матушку и сестру Лили? Бедняжка так скучает, а мне бы хотелось сделать ей приятное, – от того, что я старательно растягивала губы в улыбке, лицо буквально сводило судорогой, но роль дурочки куда как приятнее для мужчин, чем роль прожжённой стервы. Да и на уступки они идут куда охотнее, когда перед ними барышня глазами хлопает, а не рычит и ногами топает. Хотя и этот приём исключать нельзя, а ещё слёзы, но это уже совсем тяжёлая артиллерия.

Саташи молчал и думал, судя по тому, что между бровей у него пролегла глубокая морщина. Видимо, в моей просьбе, на первый взгляд, да и на второй тоже, ничего необычного он не нашёл, поэтому спустя минуту кивнул:

– Думаю, это можно организовать, нам как раз через неделю нужно будет кое-какие продукты доставить в столицу. На обратном пути сможем их забрать.

– О, мистер Саташи! – всплеснула руками и даже подпрыгнула на месте. – Я вам так благодарна, вы замечательный человек! Пусть богиня вознаградит вас за все ваши благодеяния, – едва не сказала «злодеяния», но вовремя опомнилась. Впрочем, мысленно всё же добавила, что каждому воздастся по заслугам. И не только от богини, но и от меня.

Лицо мужчины вдруг сделалось пунцовым, он было начал отнекиваться от моей похвалы, у самого же в глазах блестел сальный огонёк, так и молящий – похвалите меня ещё! Я и похвалила, слов мне было не жалко.

Обед прошёл в довольно спокойной обстановке.

Алекс, спешно проглотил суп, хотя, как по мне, он и вовсе не понимал, что ест, настолько торопился. Вегарт пообещал научить его стрелять из лука и мальчишка только и мог говорить о том, какой он замечательный, и вообще, Алекс мечтает стать таким, как он. Я слушала его с улыбкой и испытывала к молодому охраннику самые тёплые чувства. Он занял ребёнка делом, разве это не стоит уважения? Надо бы только поговорить с ним, чтобы эти занятия не были мужчине в тягость.

Вистера сидела с нами и я то и дело ловила её внимательный взгляд, обращённый ко мне. Но с ней нужно будет поговорить отдельно, без лишних любопытных глаз.

А вот такие же внимательные взгляды Саймона я старалась игнорировать. Нет, я чувствовала, что он смотрит на меня, едва ли дыру не прожигая, но смотреть в ответ мне не хотелось. Я всё ещё испытывала раздражение после нашего разговора, но не только из-за этого я избегала его. Мне, что стало неприятным открытием, было больно. По-настоящему. Словно человек, перед которым я открыла свою душу, взял и потоптался там в грязных сапогах. Глупость, конечно, никакую душу я перед ним не открывала, но ощущения, отчего-то, были именно такими.

Я поставила перед собой задачу – никаких больше душевных метаний, буду налаживать собственный быт. Вопреки запретам и настоятельным просьбам не лезть туда, куда меня не просят, я вознамерилась совершить переворот в отдельно взятом королевстве, точнее поместье. Получится у меня это или нет – другой вопрос.

Флора в столовой не появилась, что способствовало прекрасной атмосфере. Нас обслуживала Айла, она скользила тенью, старясь не поднимать ни на кого взгляда, а когда обед был завершён и девушка в стороне ожидала нашего ухода, я обратилась к ней.