Бывший - все сложно
Шрифт:
Включаю на телефоне фонарик. На дороге стою. А где это… Я вроде в ту сторону шла, потом назад развернулась.
– Я вас не слышу.
– Она не слышит нас. Потерялась, кажись.
– Дай мне телефон, – Никиту узнаю, – Кир, ты куда пошла?
– По дороге я шла, потом развернулась назад.
– Там развилок несколько. Ты, может, свернула не туда?
Вот черт.
– Включи интернет и карты открой. Скинь свои координаты мне. Только на месте стой.
– Я сейчас сама настрою маршрут.
– Ага… куда по темноте ты пойдешь!
Ночь резко как-то накрыла лес сном, темнотой и страхом.
– Интернет нет. Ничего не грузится.
– Надо искать ее.
Рядом опять трещит что-то.
– Ай, – вскрикиваю и отскакиваю.
– Что там?
– Не знаю.
Прячусь за дерево и свечу фонариком. Не видно никого. А если это волк или лось и ждут меня?
На глазах выступают слезы.
– Кир, Рита останется в лагере, я отключаюсь. Позвоню тебе со своего. Стой на месте и как кого-то услышишь, отзывайся.
– Угу.
Возле себя нахожу поваленное дерево и после очередного треска залажу повыше на него. Оно будто оно специально лежало здесь для таких вот идиоток, потерявшихся в трех соснах. Телефон мигает тусклым огоньком, связь пропадает. Интернет не грузится.
Борю ругаю за такое… А сама. Заблудилась в лесу ночью.
Темнота сгущается. Кажется, деревья становятся выше, гуще. Шум леса – шорохи, потрескивания, звуки ветра – вдруг приобретают пугающую плотность. Кажется, что со всех сторон на меня кто-то крадется. Где-то в кустах что-то хрустит. Ветер поднимается.
Сердце еще барабанит так, что меня точно все услышат.
Слезы подступают, скребутся изнутри. Я вытираю глаза ладонями, но от этого становится только хуже. Все вокруг плывет. В носу щиплет.
Еще чуть-чуть и начну всхлипывать по-настоящему.
И вдруг… где-то далеко слышу:
– Кира!
Громко. Напористо. Узнаю сразу.
– Никита? Я тут! Никит!
Но он все равно зовет. Как будто не слышит.
Набираю его.
– Да.
– Я тебя слышу.
– Отзовись тогда, чтобы понять, в какой ты стороне.
– Так я кричу.
– Давай еще раз! – его уверенный голос приводит в чувства, что все будет хорошо.
– Ник!
– Не слышу я тебя. Ребят, она не слышит меня. Ветер еще может, поэтому? Иди в мою сторону. Я буду на месте стоять.
– Тут кто-то есть. А если за мной побегут?
– Кто?
– Я не знаю.
– Так посмотри?
– Я боюсь. Я на дереве сижу
– Аааа… черт. Ладно, сейчас придумаю что-нибудь. Сиди.
Глава 26. Сложно. Играть с бывшим против всех
– Стой на месте.
Он, судя по звуку, бежит куда-то.
– Слушай, я сейчас крикну. Куда мой голос сместился? Кира!
– Влево.
– Понятно, где ты. Будь там. Сейчас найдем.
Через пару минут слышу, как зовет.
– Ник! – отзываюсь в ответ.
– Оу!
Услышал.
Темно уже вообще ничего не слышно. Ветки хрустят уже ближе. Летит свет от фонарика.
– Кир!
– Я тут!
– Вон она сидит, – подсвечивает Леха в меня фонарем.
Жмурюсь. Из темноты появляется Ник, за ним Леша. Свет фонариков режет глаза.
– Нашлась, – облегченно выдыхает Леша.
– Нашлась, – отвечает Никита, смотрят на меня и хохочут.
Дураки!
– Ты чего туда залезла, малпа?
– Кто?
Правда, метра два до земли.
– Иди сюда, – Никита протягивает руки и я, упираясь в его плечи, спрыгиваю.
Стресс растворяется в слезах.
– Все, все, мы здесь, – шепчет мне в макушку.
Я дрожу, зарываясь носом ему в грудь. Слезы сами текут. Из глаз, из горла, из всего напряжения, что копилось.
– Все, Кирюх, нашлась, не реви, – поддерживает Лешка. – Мы Боре не скажем, как его мама заблудилась.
– Простите… я не хотела… я просто шла… – сбивчиво бормочу.
– Тсс, хватит. Нашлась же, – накидывает на меня свою толстовку. – Лех, набери, скажи, что возвращаемся.
Кто такая малпа? Как не хочется спрашивать, чтобы не услышать что-то обидное.
Просыпаюсь от того, что кто-то орет на улице.
– Подъе-е-ем, герои выходных! Построение через пятнадцать минут!
Рита закидывает подушку на голову.
– Почему я согласилась? Почему?! Выходной. можно и подольше поспать.
Я лезу сразу в прогноз погоды, к вечеру обещают дождь с грозой. Мне еще к тому, что потерялась ночью, не хватает грозы. Все бонусы собрать.
– Тань, а как тут, если ливень? Мы домой поедем?
– Так у нас палатки. Завтра же еще соревнования.
Мы быстро завтракаем тушеной картошкой с мясом.
До обеда командная эстафета, после обеда волейбол. Мужской, женский и сборный.
В мужском Леха и Ренат. В женском мы с Ритой. Выбор небольшой. В сборную должна пойти Рита и Ник, но Рита умудряется подвернуть ногу. Из-за этого мы занимаем только четвертое место среди девочек. Леха с Ренатом вторые.
– Кира, ты тогда в сборную, вместо Ритки.
Переглядываемся с Ником. Ну, класс.
Он не говорит, что мы играли раньше вместе. Я тоже.
Не хочу вопросов-расспросов.
Волейбол – это не просто мячик через сетку перебросить. Это как танец. Здесь нужно чувствовать партнера. Чувствовать, не глядя. Предугадывать его шаг, знать, где он будет в следующую секунду. Особенно в паре. Особенно в пляжном волейболе. Здесь важна не просто техника – здесь необходимо доверие. А у нас оно… поломано.
Разминаю плечи, руки, ноги. Ник в шортах, с повязкой на запястье, как раньше. Даже не изменился, зараза.
– Кир, за меня отыграй! – Рита сидит на лавке с замотанной ногой.
Рядом с ней Таня и ребята.
– Слушай, Кир, – подходит Ник, – на время игры надо забыть обиды и прошлое. Сейчас мы команда. Нам надо выиграть.
Киваю. Потому что как и он знаю, что мы умели раньше и могли. Когда-то доверяли друг другу на площадке без слов. Когда-то побеждали.
Хлопаем друг друга ладонью и становимся напротив сетки.