Чтение онлайн

Он подает. Подача резкая, низкая, уходит на край. Мяч возвращают, я ловлю и делаю скидку. Ник подстраховывает, прыгает, атакует – очко наше.

– Да! – взрывается наша группа поддержки.

Сжимаю пальцы в кулак, касаюсь ладонью, вытянутой ладони Самсонова.

Следующее очко – я ошибаюсь на подаче.

– Играем, – протягивает мне руку, хлопаю по его ладони своей.

Раз, два, три – подача, прием, атака. Я – вниз за мячом, он – наверх. Я поднимаю, он завершает. Еще очко.

Да!

Когда он делает сильную подачу и мы выигрываем очко, я первая бегу и хлопаю ему ладонью. Он отвечает чуть сильнее, чем надо.

Кажется, весь лагерь залип на нас. Не знаю, как это выглядит со стороны. Но внутри ощущение такое, будто мы не просто играем – мы вспоминаем. Как это было – быть вместе. Понимать друг друга. Быть одним звеном.

Небо затягивает тучами. Но мы доигрываем. У нас с Самсоновым финал.

– Я, – кричит Ник, принимая сложный мяч!

Отхожу. Чувствую, жду скидку, смотрю на него.

Он бьет. Еще очко.

На лице у него вспышка эмоций, будто он снова двадцатилетний пацан с дерзкой улыбкой. Прыгает. Бьет. Забивает.

Соперник не принимает.

Победа.

– Да! – взрывается наша команда.

Ник на эмоциях присаживается и подхватывает меня к себе на плечи. Держит за ноги, удерживая меня у себя на плечах.

Он всегда так делал раньше, когда мы удачно играли, поэтому сейчас все так естественно.

На миг я замираю. Даю тем чувствам выход.

– Самсонов, отпусти! Все окончено.

– Или только начинается, – усмехается, но не присаживается. – Ты потяжелела.

Ребята налетают на нас, обнимая и хлопая по спине.

– Вы молодцы!

Гром. Небо темнеет. Затягивает, но дождя нет.

Сидим у костра, готовые в любой момент разбежаться по палаткам. Но эмоции этого дня у всех такие, что никто не хочет спать.

– Вы так играли, будто не первый раз, – наливает себе в кружку еще “компота” уже повеселевшая после неудачной травмы Рита.

Я пожимаю плечами.

– Мы играли раньше, – вскрывает карты Никита.

– Да? Где?

– В университетской сборной.

– А чего тогда не сказали? Я бы уступила сразу место.

Я делаю глоток. Кисловато-сладкий напиток расслабляет и притупляет прошлое, о котором не хочется вспоминать и говорить.

Они болтают, я слушаю парня, который играет битлз на гитаре. Как на концерте каком. Сидим посреди леса, отбиваемся от комаров и слушаем битлов под гитару.

– Кто еще сыграет? Я поем, – протягивает гитару.

Сегодня после пары кружек компота у всех стираются стеснение и границы. Ник опять берет гитару.

Я разговариваю с Таней про детские сады. На самом деле, я ищу повод поговорить о чем-то общем, чтобы не слушать его. Чтобы не погружаться больше в его голос, прошлое, хотя сейчас такая легкость, что это проще всего будет. Пропускаем пару песен.

А потом слышу знакомое начало.

Вот паршивец, нашел чем зацепить, чтобы посмотрела на него и обратила внимание.

– У ночного огня под огромной луной…

Прикрываю глаза, чтобы не видеть, как смотрит на меня.

– … я оставил с тобой…

Вот зачем он мне в груди снова тот самый сквозняк запускает? И это невыносимо.

Где-то вдалеке начинает постреливать гром. Нам еще только грозы тут не хватало.

Выходные, как говорится, удались, вчера чуть не потерялась, сегодня есть вероятность оказаться в грозу в лесу.

– Пойду, пройдусь, – наклоняюсь к Рите.

– Давай я с тобой, а то потеряешься еще.

– Я далеко не пойду, тут на берегу постою, посмотрю, далеко ли гроза от нас.

– Телефон хотя бы возьми.

– С собой.

Пламя в костре сильнее штормит от порыва ветра. Тучи сгущаются.

Я поднимаюсь и, не привлекая внимания, иду к воде.

Тут сила ветра чувствуется еще сильнее. И темные тучи не плывут, а летят по небу.

Похоже, что все же в дождь мы попадем.

У костра продолжают петь, но со стороны это не кажется таким уж душувыворачивающим событием.

Кто-то метрах в тридцати от меня хихикает. В темноте не видно, и меня, сидящую, тоже не замечают.

Женский голос мурлычет что-то. Мужской басит.

Но на наших непохожи, наверное, из другой команды.

Дальше все сменяется на звуки поцелуев. Сладкие чмоки и постанывания.

Помешаю им, если встану? Может, уйдут сейчас?

Небо разрезает молния. Следом за ней через секунду бахает гром. А у меня такая расслабленность по крови течет, что страх всего притупляется. Надо было меньше пить.

– Нас услышат, – шепчет девушка.

– Они там бухают, никто не заметит даже.

Шорох. Вздохи и стоны…

Твою…

– Да…

Они с ума, что ли, сошли? Неловко, но я поворачиваю туда голову. Вижу только силуэты. И тот, что выше толкается к тому, что ниже.

Ветер подхватывает толстовку и пробирается мне глубже под одежду.

А я прикусываю губу и подсматриваю. С одной стороны, если встану и буду топать, то помешаю им, с другой, пьяный затуманенный разум хочет досмотреть. Вслушиваться, как они стараются не шуметь, но страсть и этот дикий звериный порыв все равно вырываются.

На меня капает крупная капля дождя.

А я не шевелюсь.

Ну, давайте, скорее…

Еще одна капля. Порыв ветра.

Мужчина ускоряется. Девочка постанывает громче.

Я свожу ноги, как будто это меня тут возле дерева распяли.

Капли учащаются. Ветер налетает резко и уже не прекращается.

Силуэты быстро одеваются.

– Палатку держи! – кричат в стороне нашего лагеря.

Я поднимаюсь и за силуэтами иду к лагерю.

Дождь усиливается, я ускоряюсь. Не хватало еще промокнуть.