Чтение онлайн

Маркиза де Фаверей, урожденная Мария де Мовилье, его жена, занимала первый этаж дома со своей дочерью Люси и Полиной де Соссэ, сиротой, которую ее умирающая мать поручила маркизе.

В ту минуту, когда мы входим в этот дом, маркиза и ее сестра Матильда вели оживленный разговор.

— Терпение! Терпение! — говорила Мария. — Как ни печально твое положение, не забывай, что у тебя есть священные обязанности и что никакая сила в мире не в состоянии разорвать узы, соединяющие тебя с мужем!

— Тогда, — возразила Матильда, — мне остается только искать убежища в смерти.

— Сестра! Сестра! Не говори так!Ты пугаешь меня! Ты говоришь о смерти! Но, не приуменьшая твоего горя, я все-таки должна напомнить тебе о тех страданиях, которые переношу я! Неужели ты забыла, сколько слез проливаю я, отчаявшись найти когда-нибудь того, кого я ищу, и вырвать его из рук негодяя, который сделал из него игрушку и добычу! И несмотря на это я живу!

— Ты сильна, а я слаба!

— Нет, это не сила. Но самоубийство — страшный грех!

— Но разве ты не понимаешь, что мое положение становится ужаснее с каждым днем? Мой муж разочаровался в мнимой любви к нему де Торрес, которая скрылась куда-то с новым любовником, и теперь хочет на мне выместить свое отчаяние и муки ревности. Иногда в его глазах сверкает огонь, который пугает меня. Он помирился с герцогом де Беленом, и эти два человека, существующие на горе нам, замышляют теперь, я уверена в этом, какое-нибудь ужасное дело. Нет, я уже сломлена этой вечной борьбой!

— Матильда!

— Часто ночью, в отчаянии, я хватаюсь за свою пылающую голову и хочу бежать. Да, это правда! Я хочу бежать к Арману, крикнуть ему: «Возьми меня! Уведи! Вырви меня из этого ада, в котором я погибаю!» Потом мне делается страшно самой себя, я боюсь погубить Армана, и передо мной вновь возникает призрак низкой, подлой ненависти того человека, который смеет называть себя моим мужем! Ты видишь, сестра, что есть от чего прийти в отчаяние!

Горе Матильды было ужасно.

Все обстояло именно так.

С той минуты, как Тения скрылась вместе с Жаком, Сильвереаль совсем потерял голову.

Эта старческая страсть, тем более сильная, что она была не удовлетворена, превратилась почти в сумасшествие. Он целыми днями бродил около покинутого дома герцогини де Торрес.

Напрасно он старался подкупить несколько оставленных в доме слуг. Рты и двери были для него плотно закрыты.

Он ничего не знал. Он даже не знал имени человека, занявшего его место. С той минуты, как Изабелла увезла Жака, встретив его нечаянно в Булонском лесу, молодой человек не появлялся в обществе. Де Белен предполагал, что раздавленный и униженный полученным оскорблением, юноша отправился куда-нибудь подальше, чтобы скрыть свой позор.

Поэтому, когда Сильвереаль явился к де Белену просить помощи в его розысках, тот никак не предполагал, что соперник барона был не кто иной, как Жак.

Каждый день, возвращаясь домой после неудачных поисков, Сильвереаль вымещал на жене свои неудачи. Не имея возможности заставить себя любить, он хотел, чтобы его, по крайней мере, боялись, даже ненавидели.

Самые отвратительные сцены следовали одна за одной. Забывая свое положение и воспитание, старик не останавливался перед самыми оскорбительными выражениями. Ах, если бы у него в руках было доказательство, которое позволило бы ему убить одного из любовников!

Конечно, он мог явиться к Арману, оскорбить его, принудить драться.

Но Сильвереаль был трусом. Он боялся встать лицом к лицу с врагом и предпочитал ударить его из-за угла, как вор.

Вот каков был человек, с которым судьба связала Матильду неразрывными узами.

Она горько плакала, и сестра напрасно старалась утешить ее. Есть состояния души, которые ничто не может смягчить, в особенности, когда в будущем нет никакой надежды.

Вдруг в дверь постучали.

Вошла горничная и подала карточку.

— Просите, — сказала маркиза.

Затем она обернулась к сестре.

— Выслушай меня и собери все свое мужество. Я посоветуюсь с «Клубом Мертвых» и, может быть, мы найдем какое-нибудь средство облегчить твою участь.

— Увы! Я не надеюсь на это.

В эту минуту в комнату вошел молодой человек.

Это был Марсиаль, сын ученого, бывший любовник Тении, тот, который, будучи спасен от смерти, поклялся посвятить всю свою жизнь цели, провозглашенной «Клубом Мертвых».

Как изменился он за это время!

Он снова занялся живописью, и успех уже вознаградил его, но ему все еще казалось этого мало, и в последнее время он удвоил свои старания.

Можно было подумать, что ему открылась новая цель.

В эту минуту он явился дать маркизе отчет в нескольких добрых делах, возложенных на него.

Каждый день, рано утром, молодой человек отправлялся в самые бедные кварталы и, отыскивая несчастных, предпринимал попытки облегчить их страдания.

— Я ухожу, — сказала Матильда.

Она обняла сестру.

— Ах! — прошептала она ей в ухо: — Ты, по крайней мере, сумела создать себе новую жизнь.

— Кто же мешает тебе сделать то же?

— У меня не хватит мужества! Когда-нибудь. Кто знает? Но теперь горе отнимает у меня даже способность мыслить!

Мария еще раз обняла сестру, затем возвратилась к Марсиалю.

— Ну, друг мой, — сказала она, — каково было это утро?

— Судите сами, маркиза, вот список несчастных, которых я посетил.

Говоря это, он подал Марии записную книжку, которую она внимательно просмотрела. Иногда у нее вырывались восклицания:

— Бедная женщина! Вдова и шестеро детей! Надо пристроить детей. Увечье на работе. Такие люди заслуживают нашего внимания. Да.

И так при каждом имени, проходившем у нее перед глазами, Мария роняла какое-нибудь замечание, свидетельствующее о ее неистощимой доброте и чувстве справедливости.

Закончив чтение записей и дав несколько наставлений Марсиалю, она стала расспрашивать о его занятиях, бросая одобрительные реплики. Наконец она встала, давая понять, что пора проститься.