Чтение онлайн

Охваченные странным чувством, мы направились к острову, на котором раскинулись владения покомо. Утренний туман поднимался над рекой, и выступавший из него остров казался темной каменной громадой, лишенной жизни.

Что ждет нас здесь?..

Через некоторое время мы различили людей. Выстроившись на берегу, они смотрели в нашу сторону и казались черными изваяниями. Мы быстрее заработали веслами. Скорее бы уж все было позади!

Выбравшись на мель, мы втащили лодки на берег. Никто не бросился нам навстречу, все стояли так же неподвижно, как и прежде. На нас смотрели хмурые лица, настороженные взгляды выражали недоверие. На наши дружеские улыбки и приветствия они не ответили.

— Не нравится мне это, — заметил Джон.

Надо выждать. Не немые же они все-таки. Может, кто-нибудь заговорит. Мы продолжали ждать, и надо сказать, нам было совсем не до шуток. Что бы мы ни сказали — никакой реакции, только их неприветливые взгляды продолжали буравить нас. Так продолжалось, казалось, вечность. Наконец толпа зашевелилась, впереди нас встали трое африканцев, а все остальные выстроились за нами. Они молча двинулись, и мы, прямо скажем, со смятением в душе направились вглубь острова. За то время, что мы шли к вождю племени покомо, ничего не изменилось. Нас ни о чем не спрашивали: ни что нам нужно, ни почему мы нарушили тишину их острова. С их стороны не последовало ни одного приветливого жеста, и мы окончательно поняли, что находимся среди недругов.

Вождь был низкого роста, сильный и коренастый. Такими были и остальные представители этого племени. Вождь восседал на обыкновенном плетеном стуле и, как нам показалось, одет был так же, как и остальные, и вообще ничем от них не отличался. Мы возложили дары к его ногам. Вождь не удостоил их даже взглядом, его, по-видимому, совсем не интересовало, что мы ему привезли. Гораздо больше его интересовали мы сами.

Сцена из немого фильма повторилась. Вождь встал, подошел к нам и принялся в упор изучать нас уже знакомым хмурым взглядом. Что же происходит?

Потом он незаметно сделал рукой знак одному из стоявших африканцев, точно описать которого я не берусь, так как все они казались одинаковыми. Минуту он стоял лицом к вождю, потом обернулся и уставился прямо на Джона.

Странно. На меня он и не взглянул. Джон начал проявлять признаки беспокойства. Я догадывался, что происходит в его душе. Охотнее всего мы дали бы стрекача, забыв и о загадочном острове, и о его немых обитателях.

Африканец кивнул головой. Вождь посмотрел на Джона и тоже кивнул. Если бы здесь был Маррей, он наверняка сказал бы: "Джон, тебя выбрали на жаркое".

По следующему знаку вождя нас окружили африканцы, которые привели нас сюда. Минуту спустя мы уже направлялись к лодкам и с чувством величайшего облегчения отплыли от берега.

— Ну, что вам удалось? — непрестанно расспрашивал Маррей, но мы все еще не могли вымолвить ни слова.

— Вы что, онемели? — рассердился Маррей.

— Да, — наконец произнес я. — Мы возвращаемся с острова немых.

На следующий день рано утром ко мне прибежал Муго и взволнованно произнес:

— Бвана, идите посмотрите.

Воздух в то утро был чист и прозрачен, тумана над рекой совсем не было. На берегу острова мы разглядели людей. Я стал наблюдать за ними в большой бинокль. Они сняли одежду, то есть лоскуты материи, повязанные вокруг бедер, связали в узлы и, положив их на голову, начали в два ряда переходить реки вброд. Надо сказать, что она просто кишела крокодилами. Вода в некоторых местах доходила до шеи, но они шли, все время ударяя руками по воде, так они отпугивали крокодилов и бегемотов, "нагоняя на них страх".

Выйдя на берег, они оделись и направились к нашему лагерю. Мы вышли им навстречу.

Обитатели странного острова остановились, и тот, кто стоял первым, сказал:

— Борано плохие, покомо пришел, чтобы помочь тебе.

Уже потом, раздумывая над всем этим, я припомнил, что на острове покомо мы не произнесли ни единого слова, мы вообще не говорили, что нам от них надо и что они за это получат. Мы молчали, и они молчали. Но, по-видимому, покомо были хорошо осведомлены обо всем, что происходило в нашем лагере.

— Спасибо вам, — растроганно сказал я. — Добро пожаловать к нам.

Все вместе мы отправились в лагерь. Дорогой я заметил нечто странное. Идущий впереди всех нес в руках маленький самолет, причем нес его очень торжественно. Самолетик мне что-то напоминал, но что, я никак не мог вспомнить.

— Белый человек, скажи, что нам делать, — снова сказал тот, кто шел во главе процессии. Он не обратился ко мне "белый господин". Мне это понравилось.

Они расположились под тем же самым деревом, где мы инструктировали борано, и Симон снова принялся за дело. Он разделил всех на группы и каждому объяснил, что делать.

На этот раз ему не пришлось говорить: "А теперь за работу". Все поднялись и принялись за дело. Для нас это был неожиданный и приятный сюрприз. Покомо были бедны, жили тем, что давали им заросли, хорошо знали их, со всем справлялись, хорошо владели топором, мачете, а нам это было попросту необходимо. Они были ловкие, понятливые и совсем не такие, как заносчивые и ленивые борано, которые так нас провели.

В тот вечер все в хорошем настроении собрались у костра. Муго торжественно прислуживал нам. За чаем, как и вчера, он снова удивил нас.

— Бвана, вы заметили самолет? — спросил он загадочно.

— Заметил.

— Это от господина Джона.

На этот раз я терпеливо отнесся к головоломкам Муго и узнал нечто интересное. Однажды к нам в лагерь забрели африканец с мальчиком, спрятались в кустах и стали наблюдать, что у нас происходит. Джон заметил их. Он позвал их в лагерь и подарил мальчику рекламный самолетик, который по привычке носил с собой. А Муго их даже угостил. Джон об этом уже забыл. Но они не забыли. Вот почему там, на острове, они его так внимательно разглядывали! И вот недоверчивые, замкнутые и необщительные африканцы сами пришли к нам. Нам удалось завоевать их доверие.

На следующий день большой отряд воинов борано окружил лагерь. Они направили к нам парламентера со следующим посланием:

— Вы на земле племени борано разбили лагерь. На землю племени борано вы позвали покомо, которых мы презираем. Уходите! Если вы не послушаетесь, мы снесем ваш лагерь, а вас постигнет суровая кара.

В лагере воцарилась глубокая тишина.

Примерно с 1950 года начал пропагандироваться новый метод отлова диких животных — обездвиживание с помощью наркотиков. Сначала наркотики вводились в организм животного выстрелом специально приготовленной пули из воздушного или малокалиберного ружья. Но этот метод был малоэффективен. Значительным шагом вперед были стрелы-инъекции, придуманные в Соединенных Штатах. Их выпускали с помощью сжатого воздуха из ружья, пистолета или лука.