Чтение онлайн

Мы оказались одни посреди буша, на значительном расстоянии от джипа. Можно сказать, нам еще повезло. У Майка было вывихнуто плечо, я, видно, здорово ударился, так как сильно болело в боку, а Джон, влетевший головой в стекло, получил такую шишку, что не смог от неё избавиться до конца нашего пребывания в буше.

— Джо, сегодня ты был прав, — прошепелявил Маррей. Эта ночь стоила ему передних зубов.

Африканцы веками охотились на диких животных. Поскольку их оружие было очень примитивным и убивали они животных исключительно для того, чтобы прокормить себя, а также поскольку численность их из-за постоянных междоусобных войн была невелика, экологическое равновесие животных в природе не нарушалось. С приходом европейцев положение резко изменилось: пастбища были отданы домашнему скоту, огнестрельное оружие обеспечило безопасную и быструю охоту, при этом животных отстреливали в больших количествах, африканцы из проволоки научились делать капканы, за слоновую кость и рог носорога платили золотом, возрастал спрос на шкуры животных. Земли никем не охранялись, истребленные животные исчислялись тысячами. И в наши дни жажда наживы и огнестрельное оружие в руках африканцев позволяет убивать животных в огромных количествах.

С целью охраны диких зверей в местах, где нет населенных пунктов, стали создаваться национальные парки. Но и сюда удается проникнуть браконьерам: на животных охотятся с помощью сетей, капканов, огнестрельного оружия, применяют и отравленные стрелы, и целые сооружения для отлова. Браконьеры не останавливаются ни перед чем, часто нападают на сторожей в национальных парках, стреляют в них, порой дело принимает даже трагический оборот.

Нельзя назвать точное число животных, загубленных браконьерами, но без сомнения оно исчисляется сотнями тысяч. Мы довольно часто встречали браконьеров, но будучи гражданами другого государства, мы предпочитали не связываться с ними. Мне приходилось видеть отлично организованную браконьерами охоту, во время которой были отстрелены десятки животных. Уцелевшим удалось уйти, но вместе с ними ушло и много раненых животных, которые наверняка стали добычей хищников.

Вопрос о браконьерстве в Африке стоит очень остро. Часто на своем пути нам попадались убитые жирафы, зебры без хвостов. Африканцы делают из них браслеты, которые продают туристам по три шиллинга за штуку. Слоны и носороги тоже являются для них источником дохода. Обычно браконьеры устраивают засады неподалеку от водоемов, куда звери приходят на водопой. Лишь за одну ночь, когда луна хорошо освещает местность, они убивают по шесть и больше слонов и все ради их бивней. Хотя при охоте отдают дань традиции и применяют отравленные стрелы, но бивни уже отпиливают современными ручными, механическими пилами, которые берут с собой. Мясо животных, убитых таким способом, нельзя употреблять в пищу. В том случае, если африканцы отстреливают животное не на мясо, ядом натирают нагретый на огне наконечник стрелы; если же животное собираются использовать на мясо, то совсем небольшим количеством яда покрывают холодный наконечник. Некоторые животные, например, носорог научились находить противоядие. В некоторых местах растет неизвестный мне кустарник, плоды которого служат отличным противоядием. Как только носорога настигнет отравленная стрела, он, повинуясь инстинкту, отыскивает эти плоды, спасающие его от смерти.

Какую же горькую судьбу мы, люди, уготовили столь великолепным животным, которыми обычно так восторгаемся! За нецелых восемьдесят лет нам удалось истребить сто восемь видов млекопитающих, и мы хорошо знаем, что подобная участь ждет и остальных.

Приготовлением яда в селениях обычно занимаются немногие, посвященные в эту тайну мужчины. Прежде чем отправиться в джунгли за ядом, они дают клятву, что будут хранить секрет его приготовления. По обычаю, они устраивают богатое угощение, и, взяв с собой на три дня еды, рано на рассвете незаметно уходят в джунгли. Как правило их бывает двое, самое большое — трое. В джунглях они отыскивают очень ядовитое дерево кибаи и нарезают из его ветвей маленькие палочки примерно около десяти сантиметров. Яд для стрел получают из дерева Apocanthera friziorum, которое на вид вполне безобидно и напоминает худосочную оливу. На нем растут небольшие ягоды, которые созревая, бывают красного цвета. Из них получается довольно хорошее повидло. Надо сказать, что не все деревья этого вида ядовиты. Ядовитых деревьев очень мало, и отыскать их — дело нелегкое. Африканцы, обладающие секретом получения из них яда, по-видимому, определяют эти деревья по погибшим животным, грызунам и мышам, лежащим под ними. Получением яда занимаются прямо в джунглях. Веточки ядовитого дерева погружают в горшок с водой и варят и днем и ночью в течение одного-двух дней. Они должны полностью развариться до образования волокон. Остатки осторожно удаляют, а вода в котелке продолжает понемногу испаряться, пока не образуется густой экстракт, похожий на сироп. Когда работа окончена, яд, напоминающий тягучее тесто, заворачивают в шкуру газели и возвращаются домой. По дороге стараются обходить стороной человеческое жилье, чтобы никто не видел, что они несут. Яд не должен остыть, поэтому всю дорогу его согревают, прижимая к телу. В случае, если он остынет, его приходится переваривать вновь. Но действие такого яда уже ослабевает. В хижине сверток прячут под крышей, прямо над очагом, чтобы идущее от него тепло постоянно согревало его.

В конце прошлого столетия под угрозой вымирания оказался черный буйвол; причиной гибели сотен тысяч животных стали распространившиеся эпидемии. В некоторых областях Африки с тех пор буйвол уже не встречается. Река Серонера в Национальном парке Серенгети. Танзания.

Раньше, еще до эпидемии, путешественники могли часто встретить стада черных буйволов, насчитывающих до пяти тысяч голов и даже больше. В настоящее время редко можно увидеть стадо буйволов в несколько сотен голов. Национальный парк Меру в Кении.

Могучие старые самцы черных буйволов время от времени покидают родное стадо и объединяются в небольшие "мужские" группы. Национальный парк Маньяра в Танзании.

С водопоя стадо буйволов отправляется на горные пастбища по своей постоянной, протоптанной тропе.

Черные буйволы в полуденный зной часто забираются в водоемы или болота, здесь они отдыхают и прячутся от насекомых. Река Ишаша в Уганде.

Известно более 1800 видов насекомых, в основном в тропических и субтропических областях. Термиты образуют миллионные высокоорганизованные колонии, живут они в наземных и подземных термитниках, а часто и подвешенных на деревьях. Колония термитов состоит из касты половой (самка и самцы) и бесполовой (рабочие и воины). Карамоджа, Уганда.

Слон — самое крупное сухопутное млекопитающее. В настоящее время их насчитывается около трехсот тысяч. Кустарники, растущие на трехсотлетних лавовых полях в области Цаво, покрылись молодой зеленью. Кения.

Река Уасо в заповеднике Самбуру в Кении. "Охота на слона длится до тех пор, пока он не поймает тебя хоботом" — говорит африканская пословица. Рассказывают о слонах с двойными и даже тройными бивнями. Беарес пишет, что в Замбези в 1856 году поймали слона, у которого было девять прекрасно развитых бивней — четыре с левой и пять с правой стороны. В Индии охота на слона и его приручение имеют давние традиции. В Африке первые попытки приручить слона были сделаны лишь в 1892 году по приказу бельгийского короля Леопольда. И только двадцать семь лет спустя эта цель была достигнута. Двадцать слонов работало на ферме Ари, Конго. Через семь лет ферма прекратила свое существование.

Слоны переходят высохшее русло реки. Национальный парк Кидепо в Уганде.

На Ниле, недалеко от водопадов Кабалега в Уганде.

Открытый буш в Южном Судане.

Буш поблизости от Монгале в Судане.

Утро на озере Амбосели в Кении. 5 час. 42 мин. У африканского слона: двадцать пять метров кишок, сорок ударов сердца в минуту, сердце весит 12 кг, толщина кожи 3,5 см, в хоботе более 4000 мышц, ухо весит 80 кг, бивень — 80 кг, общий вес — 7 т, длина от хобота по кончик хвоста 8 метров, он может пройти 6-8 км в час, ежедневно потребляет 300 кг пищи, выпивает 200 л воды и при этом у него постоянно урчит в животе.

Килиманджаро после захода солнца.

Горячие щелочные источники у озера Магади в Кении.

Если вы сегодня посетите наше чехословацкое сафари, то увидите множество редких, красивых животных, но никогда, очевидно, не узнаете, какого труда нам стоило заполучить их, и как все это было. Случаи бывали просто невероятные. Когда я вижу в зоопарке одного пойманного нами водяного козла, я всегда думаю про себя: "Да, друг, ну и задал ты нам жару!"

А произошло это вот как...

Я сидел рядом со своей палаткой, что-то записывая в дневнике. Было это на рассвете. Утренний туман, клубясь над бушем, напоминал улитку, медленно выползающую из раковины. Река приятно журчала, но звуки ее терялись в хаосе криков, рева, завываний. Я любил слушать, как постепенно пробуждается буш. В то утро я ощущал особую бодрость и прилив сил. Да, в такой день это было как нельзя кстати.

— О чем ты писал сегодня? — с любопытством спросил Маррей. Мой дневник давно вызывал в нем интерес, так как кроме личных впечатлений я вносил сюда свои наблюдения за жизнью животных, малоизученных или даже почти неизвестных. Маррей был отличным зоологом, и я, как никто другой, ценил его знания.