Чтение онлайн

– Хорошо дома, и природа так тиха, будто и нет никакой войны, - Габриэль похлопывала по шее своего Борея, который легко бежал по горячей от пыли дороге.

– Это мирное состояние ещё продолжится какое-то время, - ответила Зена.
– Цезарь сражается против помпеянцев в Иберии, другие силы противостоят в Африке, и до Эллады они ещё не скоро доберутся. Возможно, до конца осени не успеют, а это значит, что и зима будет спокойной, ибо переправа в бурном море слишком опасна.

– Ты меня обнадёживаешь, - сказала девушка.
– Так я поверю, что война и вовсе нас не достигнет, а закончится где-нибудь в далёких землях.

– Он обещал тебе отряд прямыми словами?
– думал всё больше о делах Александр.
– Ты сама знаешь, что у этих римлян согласие может ничего не значить.

– Да, Помпей прямо сказал об этом, - успокоила его воительница.
– С его согласия я уже разослала вестников к нашим "мстителям", приглашая их присоединиться. Не знаю, сколько из них придёт, но многие, я думаю, возьмутся за оружие.

– Это правильный шаг, - кивнул юноша.
– Кто знает, кого они дадут нам под начало? Дикарей каких-нибудь... Лучше иметь рядом надёжных соратников, уже проверенных в боях.

– Кто это там скачет?
– указала рукой Габриэль.
– Явно торопится.

Всадник поднимал немалые клубы пыли, сначала он пролетел мимо друзей, но потом вдруг развернулся и вновь нагнал их. Широкополая шляпа упала с его головы, оставшись болтаться на тесёмке, и все увидели, что это был Тимоксен, спартанец из их былого отряда.

– Зена, вот, и ты!
– радостно воскликнул он.
– Я решил выступать, как только получил послание от тебя. Наконец-то серьёзное дело.

– Я знала, что ты точно придёшь, - улыбнулась она.
– Присоединяйся к нашей прогулке, по дороге расскажем, что тут делается. Возможно, в Берое уже собрались другие наши друзья.

Они продолжили свой путь, и спартанец расспрашивал о многих вещах, особенно же о том, как воительнице удалось договориться с римлянами. Роль рассказчицы взяла на себя Габриэль, которой было даже приятно сплетать полотно этой истории ещё раз.

– Спрашиваешь, как Помпей принял нас?
– говорила она.
– О, это было рискованно. Мы высадились с судов в Македонии, и Зена решила прямо отправиться к Магну, который находился тогда в Фессалониках. Мы поехали конными, ничего не скрывая, сначала нас встретил один из соратников полководца, Афраний, и нашей царице удалось убедить его в необходимости беседы с самим Помпеем. Он заинтересовался женщиной, облачённой оружием, и, вот, мы стояли перед ним при большом собрании народа. Нужно было найти верные слова, и Зена решилась рассказать ему историю своей встречи с Цезарем, ничего не утаивая. Он был поражён этим, сказал, что вероломство Юлия не знает границ, и человек, которого распяли на кресте, имеет право на своё отмщение. Так мы были приняты, в римском лагере многие называют нас амазонками, одни верят в серьёзность наших намерений, другие же скорее смеются.

– Пусть смеются, мне до этого нет дела, - вступила в разговор воительница.
– И ещё ты должен знать, что я здесь не ради мести. Эти слова об отмщении я сказала Помпею, ибо не могла открыть действительную причину. Я думаю, что победа может облегчить положение эллинов, и только это заставляет меня сражаться. Ты понимаешь, почему мы заключили союз с римлянами, и почему у нас не было иного выбора?

– Да, я могу это понять, - кивнул Тимоксен.
– Власти Лакедемона также приняли предложения Помпея и считают это лучшим для себя.

– Куда хуже к Зене отнеслись другие, - вздохнула Габриэль.
– Среди так называемых законных властей эллинских городов поднялся ропот. Её назвали разбойницей и пираткой, обвинили в войне против Рима. Впрочем, в лицо нам этого не говорили, однако шептались по углам. Магн, к счастью, не внял этим обвинениям.

– Предсказуемо, - заметил спартанец.
– Мы крепко насолили им, когда сражались с Каллисто, да и раньше наша царица не отличалась спокойным нравом.

– Между тем, у нас уже есть первые победы, - сказала девушка.
– На острове Курикта, что в Иллирии, мы блокировали Гая Антония, одного из полководцев Цезаря, с пятнадцатью когортами, и вся эта масса воинов сдалась. Ну, мы лично не участвовали в этом деле, однако всё же приятно. Флот цезарианцев также терпит всяческие бедствия.

– Верно, но это лишь первые шаги, и главная битва ещё впереди, - не желала их излишне обнадёживать Зена.

Лагерь открылся перед ними неожиданно, когда они миновали небольшую рощу и выехали на свободное пространство. Впрочем, это была целая группа лагерей, принадлежавших как римлянам, так и союзникам, цветные палатки и шатры покрывали площадь на множество стадий. Вдали виднелись тёмные укрепления Берои. Массы людей, издали похожие на муравейник или же стаи налетевшей саранчи, занимались своими повседневными делами, в стороне упражнялись всадники, маневрируя по равнине и поднимая пыль.

– Ничего себе!
– воскликнул спартанец.
– В жизни не видел столь огромного войска. Сколько же здесь людей?

– Больше тридцати тысяч, - ответила Зена.
– Это будет большая война.

Они ещё приблизились, и разгорячённые конные отряды предстали перед ними во всей красе. На эллинах сверкали бронзовые и стальные панцири, шлемы с широкими полями или же высокие, с цветными хвостами. Легко узнаваемые фракийцы выделялись чешуйчатыми доспехами, всадники из восточных народов были облачены в войлочные халаты. Увидели они и воинов явно кельтского вида, что были одеты в кольчуги и крутили над головой длинные мечи.

– Вот, они, наши красавцы, - сказала Габриэль.
– Здесь ты видишь лишь малую часть нашей конницы. Всего же их семь тысяч всадников. Галатов прислал Дейотар из Азии, каппадокийцев - Аксиобарзан, фракийцев - царь Котис, его сын Садал командует, на нём, вон там, шлем с золотой маской. Есть и македонцы, однако эллинов больше всего. Помимо конных, здесь присутствуют и три тысячи легковооружённых из Эллады и Азии, численность же тяжеловооружённых эллинов мы точно не знаем, однако их много.

– Впечатляет, - кивнул Тимоксен.

– Число их велико, однако слаженности нет, - заметила воительница.
– Потребуется ещё немало времени, чтобы превратить их в единую армию.

Близ римского лагеря также царило оживление - ещё не закончились утренние упражнения новобранцев, и длинная колонна совершала марш вокруг укреплений. Лязг металла стоял в воздухе, и тысячи ног создавали ритмичный гул, солнце скользило слепящими пятнами по этой живой змее. Один из воинов бежал впереди колонны, и Зена указала на него, сказав:

– Вон, это он. Помпей Магн.

– В усердии ему не откажешь, - осторожно похвалила девушка.
– Не смотря на возраст, он выполняет все упражнения с солдатами.

– Скоро закончат. Поедем к его палатке, там собираются все, кто участвует в командовании этим хозяйством, - предложила воительница и первой повернула коня.

В этот день Помпей принимал посланников от городов и тех местных, что желали как-нибудь помочь или же наняться на службу. Близ него под открытым небом разместились сенаторы - Лабиен, Катон, Афраний, имён других путники не знали. Римляне весьма надменно взирали на приходящих, не особенно веря в большую пользу от них. Значительная толпа эллинов и варваров окружила их неровным кольцом, там были правители городов, просто богатые и влиятельные люди, дети восточных царей и тиранов. Один из фессалийцев, Гегесарет, говорил особенно долго, заверяя полководца в том, что весь его народ поддержит истинного правителя, и сам он пожертвует своё состояние на нужды армии. Наконец, очередь дошла до Зены, однако с ней Магн был короток, ободрив её ещё раз и велев поговорить с Лабиеном о командовании.