Царский Рим в междуречье Оки и Волги
Шрифт:
Поразительно, но ЗДЕСЬ ГРАФ УВАРОВ БЫЛ АБСОЛЮТНО ПРАВ. Он ясно понимал суть дела. Мы видим, что в середине XIX века еще бытовало совершенно верное мнение, что небольшой околоток с острогом на топком Волхове, голословно объявленный Романовыми «тем самым летописным Великим Новгородом», явно бесперспективен с археологической точки зрения, см. подробности в книге «Новая хронология Руси», гл. 2:11. Поэтому А. С. Уваров четко и недвусмысленно заявляет: КОПАТЬ В ВОЛХОВСКОМ НОВГОРОДЕ БЕСПОЛЕЗНО. Пустая трата сил, денег и времени. Все равно ничего достойного не найдем. Тогда спрашивается: а куда же следует обратить взоры археологов? Ответ следует мгновенно.
А. С. Уваров совершенно правильно указывает на Владимиро — Суздальскую землю. То есть, согласно нашей реконструкции, на подлинную территорию Великого Новгорода русских летописей. Здесь когда — то была первая столица Великой = «Монгольской» Империи.
К сожалению, как мы теперь понимаем, глядя из нашего времени НА РЕЗУЛЬТАТЫ «раскопок» С. А. Уварова, записку свою в высшие инстанции он подавал вовсе не из заботы о русских древностях. Цель — не декларируемая, но подлинная — была совсем другой. Прямо противоположной. Как пишет С. А. Уваров, Владимиро — Суздальская земля пока еще не подвергалась масштабным археологическим исследованиям, а потому в ней могли сохраниться многочисленные свидетельства подлинной русской истории. Которые следовало обнаружить. Но, как мы увидим, отнюдь не для того, чтобы познакомить с ними научную общественность. А для того, чтобы тут же, на месте, УНИЧТОЖИТЬ ВСЕ ТО, ЧТО БУДЕТ ПРОТИВОРЕЧИТЬ НЕДАВНО ПРИДУМАННОЙ РОМАНОВСКОЙ ВЕРСИИ ИСТОРИИ. Как сообщают «Известия Императорской Археологической Комиссии», ИМЕННО ЭТО и было совершено графом А. С. Уваровым. Под лицемерным прикрытием «заботы о русской истории». А потом романовские историки и археологи стали проливать крокодиловы слезы. Дескать, как жаль, что молодой и горячий граф так варварски разгромил более СЕМИ ТЫСЯЧ русских курганов. Как жаль. Невосполнимая, мол, потеря для науки. Как жаль.
Посмотрим подробнее, как именно изящный граф громил русскую историю.
«В начале марта 1851 г. уже состоялось Высочайшее повеление о производстве разысканий в Суздале, с назначением на них в 1851 году 2500 р. Раскопки возложены на графа Уварова, бывшего тогда чиновником ОСОБЫХ ПОРУЧЕНИЙ при графе Перовском… Графу Уварову поручено было также обратить внимание на архивы министерства во Владимирской губернии».
Последняя фраза многозначительна. Глядя из нашего времени назад, в XIX век, и уже хорошо зная РАЗРУШИТЕЛЬНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ «ДЕЯТЕЛЬНОСТИ» УВАРОВА, мы имеем все основания высказать мысль, что графу поручили не только уничтожить археологические следы Руси — Орды XIV–XVI веков, но по возможности заодно «зачистить» и ВЛАДИМИРСКИЕ АРХИВЫ. Для надежности. Вдруг, несмотря на все предыдущие романовские погромы русской истории, в этих архивах еще уцелело что — то «неправильное». Тогда — в огонь.
«Работы начаты были 31 мая и продолжались 4 месяца, в 22 местностях Суздальского уезда… Всего разрыто было 1260 куб. саж. земли и 730 (семьсот тридцать — Авт.) курганов, причем исполнено было 15 рисунков и 43 плана (КОТОРЫЕ, КСТАТИ СКАЗАТЬ, КУДА — ТО БЕССЛЕДНО ИСЧЕЗЛИ)».
Это поразительно. Раскопали СЕМЬСОТ ТРИДЦАТЬ КУРГАНОВ, однако сделали ТОЛЬКО 15 РИСУНКОВ И 73 ПЛАНА. То есть в среднем лишь ОДИН ИЗ ДЕСЯТИ русских курганов удостоился одного плана или рисунка. Иными словами, ДЕВЯТЬ ДЕСЯТЫХ КУРГАНОВ КАНУЛИ В НЕБЫТИЕ. От них не осталось ничего. Ни следа на местности, ни хотя бы беглого наброска или рисунка, плана. Чтобы как — то сгладить складывающуюся поистине фантастическую по масштабу картину сокрытия подлинной истории, позднейшие историки начали рассуждать так. «В Суздале раскопки были ведены с особыми надеждами и упорством, — НО РЕЗУЛЬТАТЫ ДАЛЕКО НЕ ОПРАВДАЛИ ОЖИДАНИЙ» [45], с. 85. Дескать, «ничего не нашли», поэтому зачем было зарисовывать, составлять планы, каталоги. А в то же время сами проговариваются, что «гр. Уварову в самом же начале посчастливилось найти ИЗВЕСТНЫЕ СЕРЕБРЯНЫЕ БАРМЫ» [45], с. 85.
Получается странная картина. Не успели еще по — настоящему развернуть работы, как уже нашли ставшие весьма известными серебряные бармы. Но вот потом, на протяжении нескольких месяцев, упорно работали, работали и работали, однако, дескать, практически впустую. Ничего достойного якобы не откопали. Потому и пришлось ограничиться всего лишь 15 рисунками и 73 планами. И это НА СЕМЬСОТ ТРИДЦАТЬ КУРГАНОВ! По одному рисунку примерно на ПЯТЬДЕСЯТ курганов. И по одному плану на ДЕСЯТЬ курганов.
Однако картина была бы действительно странной, если предположить, что в поле работали истинные ученые, заботившиеся о русской истории. А вот если многочисленные рабочие во главе с графом исполняли простой и абсолютно четкий приказ — РАЗРУШИТЬ, СРОВНЯТЬ С ЗЕМЛЕЙ НЕСКОЛЬКО СОТЕН КУРГАНОВ, — тогда все сразу становится на свои места. Курганов много. Землекопов мало. Работают в спешке, в поте лица. Тут не до составления планов и рисунков, даже если какие — то редкие энтузиасты и пытались что — то спешно сделать, спасти от уничтожения. Граф нервничает. Надо успеть до конца рабочего дня срыть до основания еще несколько курганов. График работ срывается. Люди устали и ругаются. Грязь, пыль, обломки старых человеческих костей и каких — то непонятных вещей и предметов, хрустящие под ногами. А на завтра намечено снести еще двадцать курганов. Некоторые из них очень большие. Копать придется много и долго. Бульдозеров и экскаваторов тогда не было. Распахивали плугами. Наотмашь рыли лопатами. Кое — где рвали порохом. Конечно, какие — то старинные вещи из безжалостно разоряемых древних ордынских захоронений случайно обнаруживались под мелькавшими лопатами, в отвалах плугов, под сапогами. Например, «ставшие известными серебряные бармы». Их могли подобрать. Красивая, мол, вещица. Тем более серебро. Остальное небрежно втаптывалось в грязь. Беличьими тонкими кисточками никто, затаив дыхание, пыль с находок не смахивал. Это сегодня нам так поэтично изображают, дескать, добросовестных археологов XIX и XX веков — с мягкой кисточкой в руках. Однако кисточкой помахивают, когда ничего опасного для скалигеровской истории не видят. В противном случае рубят топором или подкатывают бочки с порохом.
Стоит обратить внимание, что даже сделанные 15 рисунков и 73 плана вскоре «КУДА — ТО БЕССЛЕДНО ИСЧЕЗЛИ» [45], с. 85. Таким образом, скорее всего, потом решили уничтожить даже и эти скудные следы раскопок. ЧТОБЫ ВООБЩЕ НЕ ОСТАЛОСЬ НИКАКИХ ДОКУМЕНТОВ. Заметали следы. Грамотно.
Скороговоркой сообщают, что «всех вещей найдено было до 2000 нумеров» [45], с. 85. Но никаких подробностей не приведено.
Граф был удовлетворен грамотным исполнением указаний. Сообщается следующее:
«Сам исследователь в общем был ОЧЕНЬ ДОВОЛЕН результатами своих работ. „С Суздалем я не ударил лицом в грязь; отличные вещи открыл я, и еще открою“… По возвращении в Петербург гр. Уваров составил одушевленный и интересный отчет о своих изысканиях, который был представлен Государю и заслужил Высочайшую отметку: „Весьма любопытно“».
Надо полагать, что какие — то «безопасные» находки были все — таки собраны и доставлены в Петербург. Имеется в виду «безопасные» для романовской версии истории. Тусклые черепки, некоторые мелкие украшения, простые ремесленные орудия и т. п. Их, как было сказано, привезли в количестве всего лишь 2000 штук. Остальное — большую часть? — вероятно, бросили в поле или просто уничтожили. Приведенные в книге [45] несколько листов с рисунками находок производят грустное впечатление. В основном показаны небольшие украшения и обломки. Большинство — БЕЗ НАДПИСЕЙ! Заодно романовские историки получили еще один «аргумент» для снисходительного осуждения старой русской истории. Видите, мол, как мало интересных вещей нашел наш уважаемый граф на раскопках. В общем, всякую незначительную мелочь. Хрупкие черепки, несколько ветхих костей. Правда, откопал серебряные бармы. Но ЛИШЬ ОДНИ бармы на 730 курганов. Мало. Действительно мало, что тут скажешь.
Кстати, разделим 2000 находок на 730 курганов и получим в среднем чуть менее трех. То есть, по уверениям графа, В СРЕДНЕМ В КАЖДОМ КУРГАНЕ ОН ОБНАРУЖИВАЛ ВСЕГО ЛИШЬ ПО ТРИ НАХОДКИ, заслуживавших упоминания. Например, мол, один черепок с узором, одну застежку и один ржавый гвоздь. Это тоже подозрительно мало. Неужели родственники захороненного не могли положить ему в могилу хотя бы десяток ценных вещей?
Кстати, неизвестно даже распределение уничтоженных Уваровым курганов по городам и селам Суздальского уезда. Пишут так: «Как распределялись между этими селениями раскопанные 730 курганов, НАМ НЕИЗВЕСТНО» [45], с. 86. То есть не сохранилось никаких данных о том, сколько курганов он срыл вблизи тех или иных поселений. Известно лишь общее количество. Поэтому сегодня уже невозможно выяснить, где именно были расположены скопления курганов, а где их было поменьше. А ведь скопления курганов тоже явно указывали на какие — то исторические обстоятельства, представляющие несомненный интерес.
Граф вошел во вкус. «Погромная археология» ему явно понравилась. Скорее, потому, что находила благожелательный отклик при романовском дворе.
«В 1852 г. граф Уваров получил ТАКУЮ ЖЕ СУММУ НА НОВЫЕ ИЗЫСКАНИЯ… На этот раз он занялся исключительно курганами, которых раскопал 1261. ВЕЩЕЙ ДОБЫТО БЫЛО НЕМНОГО, И СКОЛЬКО — НИБУДЬ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ МЕЖДУ НИМИ НЕ ОКАЗАЛОСЬ».
В случае раскопок 1852 года уцелели сведения, сколько курганов граф срыл около тех или иных селений. Однако, с другой стороны, нас уверяют, будто в ТЫСЯЧЕ ДВУХСТАХ ШЕСТИДЕСЯТИ ОДНОМ КУРГАНЕ НЕ НАШЛОСЬ НИЧЕГО ДОСТОЙНОГО УПОМИНАНИЯ. Ничего! Дескать, аккуратно и долго копали, тщательно исследовали, просеивали землю через сито, махали кисточками, но, к сожалению, «ничего замечательного». Да и что здесь удивительного, начинают лицемерно сокрушаться романовские историки. Скудная русская история, ничего достойного в ней, дескать, не было. Тусклый быт. Вот даже в курганы ничего интересного положить не могли. Тяжелая жизнь нищего, забитого народа, с завистью, мол, глядевшего на богатых соседей.
Однако, скорее всего, причина «скудости находок» все — таки в другом. В 1852 году граф А. С. Уваров окончательно осмелел (так и хочется употребить другое слово) и стал громить старые русско — ордынские курганы уже совершенно откровенно, размашисто, не считая нужным даже делать вид, будто он «исследует русскую историю». В самом деле, если за один год был «изучен» 1261 курган, следовательно, в среднем ЗА ОДИН ДЕНЬ графу удавалось вскрыть и «обработать» около ТРЕХ КУРГАНОВ. Если бы речь действительно шла об археологическом исследовании, то три кургана за день — это очень много. Вдумайтесь сами. За сутки вскрыть три кургана, снять массу грунта или обнаружить вход в курган, что, кстати, тоже очень непросто. Добраться, наконец, до захоронения, аккуратно очистить его от земли и обломков. Извлечь вещи, составить опись, упаковать и систематизировать находки. Сделать рисунки, составить общий план и т. п. Это огромный труд. И так каждый день. Каждый день, без отдыха, без выходных, на протяжении целого года.
А если в выходные и праздники отдыхали, то приходилось вскрывать в среднем и по четыре кургана за день. Картина получилась бы явно неправдоподобной. А вот если речь шла о простом уничтожении за день трех — четырех курганов, то все становится на свои места. Грубо срыть три холма несколькими сотнями рабочих в общем — то можно. Трудиться надо, конечно, напряженно, но объем работ вполне обозрим. Нужно распахать землю плугами, поработать лопатами, носилками, тачками и быстро растоптать обнаруженные захоронения. Самые большие захоронения можно и взорвать. До захода солнца можно успеть. Тем более что граф, надо полагать, поощрял деньгами. За такие деньги можно и ночью потрудиться.