Царство медное
Шрифт:
– Феликс, – она постаралась, чтобы ее глосс звучал как можно мягче. – Ты мне очень дорог. Правда. Я тебя очень люблю. Как друга, но, тем не менее… – она говорила сбивчиво, но убедительно. – Прошу тебя, успокойся. Мне кажется, тебе надо отдохнуть. Давай ты сейчас поедешь домой, отдохнешь, а завтра мы встретимся и все обсу…
– Нет! – закричал Феликс.
Он вдруг кинулся вперед головой, совсем как пловец при нырке в воду. Выставил вперед руки. Лиза пискнула, отшатнулась. Феликс всем своим весом навалился на нее, и она надломилась, больно стукнулась спиной и затылком о поверхность стола.
– Уезжать домой, да? – с горечью просипел он в лицо девушке, дохнув на нее запахом перегара. – Пока ты будешь здесь развлекаться с моим начальником? Шлюха!
Он отвесил ей пощечину. Из глаз Лизы брызнули слезы. Она взвыла, пнула его коленом в живот. Феликс зашипел от боли, но хватку не ослабил. Его руки задрали на девушке блузку, скользнули по обнаженному телу.
– Сейчас, – срываясь, зашептал он. – Сейчас я покажу тебе, как должен любить настоящий мужчина. Сейчас…
Лиза с ужасом чувствовала, как трещит ткань на ее юбке. Она билась, как вытащенная из озера щука, ногтями впивалась в шею, щеки, плечи Феликса. Но парень был куда выше и куда сильнее ее. Вот с характерным звуком разошлась молния. Лиза закричала надрывно, отчаянно.
И поэтому не сразу поняла, что произошло в следующие несколько секунд.
Давление на ее тело вдруг ослабло. Наоборот – что-то рвануло ее в воздух, потом отпустило. Лиза по инерции снова повалилась на стол, встрепанные волосы залепили глаза. Сбросив с лица мокрые пряди, она увидела, как скорчился у стены Феликс. Он катался, подвывая и сжимая ладонями пах. А над ним стоял незнакомый человек в пальто и джемпере с высоким горлом. Стоял спокойно, будто любуясь делом рук своих. Потом наклонился, поднял Феликса за шиворот.
– Еще раз увижу тебя с этой женщиной, – донесся до Лизы тихий, немного хриплый голос, – вырву яйца. Понятно?
Феликс выл. Незнакомец еще раз встряхнул его для острастки, пнул ботинком под зад, от чего Феликс рыбкой перелетел через порог кабинета, а затем плотно закрыл за ним дверь.
Все это произошло за какое-то мгновение, и слезы все еще текли по лицу Лизы, а мысли разбегались, как тараканы от света карманного фонарика. Но постепенно сознание возвращалось к девушке и первое, что ей пришло на ум, это тихо прошептать:
– Спасибо…
Незнакомец теперь повернулся к ней. Он не был особенно высок ростом и имел слегка оттопыренные уши и светлые веснушки на носу. А еще его лицо справа налево пересекал черный ремешок повязки, отчего Лиза вдруг вспомнила старые сказки про одноногих и одноглазых пиратов, которые когда-то бороздили моря в поисках сокровищ, и не смогла сдержать рвущееся из груди нервное хихиканье. Но тут же смутилась и поспешила извиниться:
– Простите… Я вовсе не над вами. Я все понимаю, просто… Знаете, Феликс хороший парень. Я не знаю, что на него нашло… Огромное вам спасибо! Вы даже не представляете, насколько вы вовремя появились! Вы ведь не думаете, что я над вами?..
Она выпалила этот сумбур на одном дыхании и осеклась, понимая, что сболтнула лишнее, и, возможно, что-то не слишком приятное для ее спасителя.
В лице мужчины не изменилось ровным счетом ничего.
– Пустяки, – без эмоций, тем же свистящим голосом ответил он.
Только теперь Лиза заметила, что стоит все еще в расстегнутой блузке и задранной юбке. Ойкнула, не сводя круглых глаз с незнакомца.
– Простите, – прошептала она и принялась поправлять одежду. – Я такая неловкая…
Она густо покраснела и воскликнула:
– Подумать только! Вы, наверное, думаете: вот девушке любезно помогает мужчина, а она вместо того, чтобы отблагодарить его как следует, болтает здесь всякий вздор и вообще выглядит ну просто неприлично!
Лиза застегнула последнюю пуговку на блузке, пригладила волосы и смущенно покосилась на незнакомца. Он стоял, не двигаясь и склонив голову набок. На девушку он не смотрел.
– Вы ведь так не думаете, правда? – с надеждой переспросила Лиза.
– Нет.
Она вздохнула с облегчением, протянула руку.
– Приятно познакомиться тогда. Меня зовут Лиза Гутник. А как зовут моего спасителя?
– Ян.
Протянутую руку он проигнорировал. Вместо этого обогнул девушку, наклонился возле стола и принялся подбирать вновь разлетевшиеся во время драки рисунки.
Лиза немного обиделась, но этот человек все еще был ее спасителем. Поэтому она проглотила обиду и сказала:
– Вы, наверное, работаете здесь? И хотите знать, что я тут делаю? Я просто близкая знакомая профессора Тория. Ждала его в кабинете, когда пришел этот, – она сглотнула ком в горле и закончила, – когда пришел Феликс. Вы не волнуйтесь. Я ничего не трогала тут. Просто смотрела эти рисунки. Очень любопытно. Вы не находите?
– Нет.
Он аккуратно сложил листы, подсунул под пресс-папье.
«Не слишком разговорчивый тип», – подумала Лиза, но попробовала снова:
– Тем не менее, весьма любопытная техника исполнения. Вы не знаете, чьи они?
– Знаю, – ответил Ян. – Мои.
Это почему-то очень впечатлило Лизу.
– Правда? – воскликнула она. – Так вы художник?
– Нет.
Ян снова повернулся к ней, их взгляды пересеклись. Лиза вздрогнула, увидев вблизи его левую половину лица – выбегающие из-под повязки шрамы, уже заживающий синяк на скуле.
– Виктор просил нарисовать, – спокойно пояснил он. – Я сделал.
– У вас это хорошо получилось! – с жаром ответила девушка.
«Подумаешь: шрамы, – строго сказала себе она. – Разве внешностью только ценится человек?»
– Так вы ученый? – полюбопытствовала она. – Коллега профессора?
– В некотором роде, – уклончиво ответил Ян.
Больше ему не удалось сказать ничего. Дверь кабинета открылась снова, и вошел сам Виктор. Лиза подскочила от радости и кинулась ему на шею.
– Боже, какое счастье! – закричала она. – Наконец-то! Вик, ты даже не представляешь, что было со мной и что…
– Что ты делаешь здесь?
Лиза удивленно замерла. Отпустила Виктора, растерянно глядя в его вдруг окаменевшее лицо.
– Я? – ее губы надулись сами собой, в глазах защипало. – О! Я всего лишь приехала по твоему звонку, между прочим! Хотела сделать сюрприз!
Голос предательски задрожал. Она отвернулась, чтобы не видно было ее намокших глаз.
Почему так получается всегда? Хочешь, как лучше, а получается…