Чтение онлайн

Хет проверяет карту на телефоне. Мне бы не помешал GPS, но голоса роботов сводят меня с ума. Это, да ещё случай много лет назад, когда мой GPS-навигатор полностью сбросился на высоте двадцати пяти тысяч футов над Гиндукушем. Дайте мне хороший навигатор, карту и компас в любой день.

«Правый руль», — командует Хет.

Я резко сворачиваю, как раз вовремя. Подрезаю внедорожник. Раздаётся гудок.

«Господи, Брид», — Крокетт морщится. «Где ты научился водить?»

Наступила ночь, и Штейн дал нам особые указания.

Хет ведёт меня к Северным воротам Петерсона. Обычно в это время они закрыты, но нас встретит помощник. Здесь пять полос движения: две въездные и три выездные. Светло-коричневый каменный указатель возвещает о прибытии на авиабазу Петерсон.

Горы на западе – тёмный ряд акульих зубов. Я подъезжаю к сторожке и выбираю полосу въезда, ближайшую к охране. Путь преграждает жёлтый металлический барьер в форме перевёрнутого прямоугольного треугольника. Один конец ограждения закреплён на петлях, чтобы длинная труба поднималась и опускалась. Я поворачиваю голову, чтобы поприветствовать охрану. Двое сотрудников воздушной полиции из Службы безопасности ВВС подходят к двери. Они одеты в цифровую камуфляжную форму и держат Beretta M9 в открытых кобурах.

«Я Брид, — говорю я им. — Нас здесь ждут».

У ворот припаркован синий «Каприс». За тремя полосами движения. Авиакомпания US AIR.

На боку самолёта написано «СИЛА». Дверь открывается, и из него выходит офицер в парадной форме. Он присоединяется к воздушной полиции.

«Покажите, пожалуйста, ваши удостоверения личности», — говорит первый воздушный полицейский.

Я предвидел эту просьбу и собрал документы у Крокетта, Страуда и Хета. Я передаю им наши удостоверения Министерства обороны и водительские права Хета.

Воздушный полицейский проверяет карточки и передаёт их вновь прибывшему офицеру. Тот тщательно сверяет их со списком.

«Я капитан Брюстер, — говорит он. — Пожалуйста, следуйте за моей машиной».

Я немного удивлён, что воздушная полиция не обыскивает «Чарджер». У нас в багажнике небольшой арсенал. Должно быть, у Штейна большое влияние.

Брюстер возвращается в «Каприс». Заводит двигатель и выезжает на контролируемую полосу. Второй полицейский заходит в проходную и нажимает кнопку.

Жёлтый барьер поднимается. Его партнёр резко поворачивается и машет нам рукой, приглашая нас двигаться дальше.

Я следую за Брюстером на обширную базу. Там есть освещённые районы, застроенные просторными офисными зданиями, казармами и бульварами. Капитан ведёт нас по тёмным переулкам. Мы проезжаем мимо тёмных зданий. Автопарки припаркованных грузовиков, синих седанов и «Хаммеров».

Брюстер останавливается у огороженной территории. У ворот – ещё двое вооружённых полицейских.

Два сетчатых забора, каждый высотой пятнадцать футов, разделены пятидесяти ярдами открытого пространства. Последние три фута внешнего забора загибаются наружу под углом сорок пять градусов. Внутреннего забора загибаются внутрь. На этих последних трёх футах натянута колючая проволока. Пространство между ними патрулируют дополнительные сотрудники воздушной полиции. Патрули с собаками состоят из двух человек. Некоторые команды двигаются по часовой стрелке, другие – против.

Они вооружены карабинами М4 и сопровождаются бельгийскими малинуа. Мне всегда нравились малинуа. Они немного меньше овчарок, преданные и целеустремлённые. Когда упряжки проходят мимо друг друга, собаки лают. Щёлкают челюстями, и они рвутся с поводков. Странное зрелище — лай беззвучен.

Ларингэктомия.

Молчаливые убийцы.

На заборе через каждые сто ярдов установлены большие плакаты. Страуд читает один из них вслух.

«Зона ограниченного доступа, — говорит он. — Применение смертоносной силы разрешено».

Воздушная полиция проверяет документы у Брюстера, затем у нас. Этот комплекс огромен. Не могу сказать, насколько далеко простираются ограждения, сколько зданий окружает его периметр. В дальнем конце, похоже, виднеются тёмные ангары для самолётов.

Фонарики светят нам в лицо. Воздушная полиция сравнивает наши черты с фотографиями на карточках.

Удовлетворённые, охранники отступают и открывают двойные ворота. Я следую за Брюстером. Петерсон — типичная военная база. Здесь есть музей аэрокосмической техники, обменный пункт и места для отдыха. Разные зоны базы имеют разный уровень безопасности.

Эта инсталляция выглядит как сверхсекретная база внутри базы.

Мы с Брюстером паркуем машины рядом. Мы выходим, разминаемся, и он ведёт нас в большое пятиэтажное здание.

Нас встречает молодая женщина в парадной форме со знаками различия старшего лейтенанта. Она провожает нас к лифтам и нажимает кнопку.

Дверь лифта открывается, и я иду к ней. Брюстер останавливает меня. «Лейтенант Кармайкл проводит юную леди в её каюту», — говорит он. «Остальные пойдут со мной».

"Очень хорошо."

Хет и лейтенант заходят в лифт. Дверь закрывается, и огни мерцают на этажах, пока они поднимаются по зданию.

Брюстер наклоняется вперед и снова нажимает кнопку.

Открывается еще один лифт, и он жестом приглашает нас войти.

Лифт, в котором находились Хет и лейтенант, остановился на третьем этаже.

Я сажусь в машину, за мной следуют Крокетт, Страуд и Брюстер.

Считаем этажи, поднимаясь высоко в здании.

Мы выходим на пятом этаже. Стерильный белый коридор с простыми пронумерованными кабинетами по обеим сторонам. Комнаты пусты. Безупречно чистые, словно их недавно убрали. Без каких-либо следов человеческого присутствия.

«Этот этаж расчищен для вас», — говорит Брюстер. «Некоторые кабинеты переоборудованы под временные помещения. У каждого есть своя комната. Здесь не роскошь, но я сомневаюсь, что вы здесь надолго».

Звучит интригующе.

«Туалеты здесь», — говорит Брюстер. Он указывает на две двери: одна для мужчин, другая для женщин. «Они оборудованы душевыми для тех, кто любит пробежаться перед работой. Женщин на этом этаже сейчас нет. Можете смело пользоваться любым».

В конце коридора находятся шесть комнат, по три с каждой стороны. Дверь справа открыта. Я заглядываю внутрь, когда мы проходим.

На койке лежит вещевой мешок. Большой металлический стол в офисе отодвинут в сторону, чтобы освободить место.

Мы не одни.

Брюстер открывает три двери с левой стороны.

Та же планировка. Небольшие кабинеты, столы сдвинуты в углы. Складные кровати, серо-голубые одеяла, белые подушки.

Мне снилось и в худших условиях.

«Вы сможете забрать свои вещи из машины позже.

Сейчас нас ждут в зале.

Брюстер ведёт нас обратно к лифту. Нас втаскивают на второй этаж, и двери с грохотом открываются. Капитан, не раздумывая, выходит и поворачивает налево. Он едва обращает внимание на вооружённого воздушного полицейского, стоящего перед лифтами. У него винтовка М4, а сам он носит бронежилет – переднюю и заднюю пластины.