Чтение онлайн

– Быстрее, если не хочешь утонуть!

Когда они выскочили на палубу, корабль снова вздыбился, поднимаясь на непонятно откуда взявшуюся волну.

Таур Керт проволок девушку к кругу варваров, толкнул Илис к Зелину и встал с другой стороны от неё, положив руку на хрупкое девичье плечо.

Глаза Габа, стоящего напротив, блеснули от ярости, но он сдержался, потому что чудовищные волны вдруг улеглись, корабль мягко качнулся несколько раз и замер в полном штиле. Наступила звенящая тишина, нарушаемая лишь дыханием варваров, которые со всех сторон недоверчиво уставились на Илис.

– Боги приняли её! – проревел здоровяк Седрин, и замысловато выругался.

– Она просто замкнула круг! – зло выдохнул Габ. – Гашет видит всех на корабле, увидел и её!

– Да, для полного круга нужны все до единого, - неохотно подтвердил Таур Керт, виня себя за то, что не сообразил этого раньше. – Но теперь молчите! Не гневите богов!

Узкий шип, выброшенный гашетом специально для Илис, тоже мутнел, покрываясь изморосью магического тумана. Девушка, только сейчас разглядевшая ощетинившуюся пластинами диковинку, оставила попытки сбросить с плеча тяжёлую руку варвара и заворожённо уставилась на гашет, вокруг которого сбился тесный круг варваров.

Волшебный ящик, щетинящийся пластинами, приковал её внимание так властно, что Илис забыла, где находится и перестала ощущать людей вокруг.

Она была здесь одна.

Туман плыл перед глазами, стелился над палубой, но стоило девушке вглядеться, как всё начало меняться.

Беловатые клочья редели и истаивали, и увидев, что они скрывали, Илис почувствовала, как перехватило дыхание.

Она была так похожа на Илис, только моложе. Её рыжие волосы, её тонкая фигурка на крае скалы, под которой кипело море.

Скалистая бухта!

Волны разбивались о скалы, и солёные брызги оседали на лице Диги. Зелёные глаза неотрывно смотрели на бушующую внизу воду, губы едва заметно шевелились.

Девушка вдруг взглянула прямо на Илис и улыбнулась. А потом шагнула со скалы вниз.

Илис вскрикнула и дёрнулась, приходя в себя.

– Диги! – прошептала она, и потеряла сознание.

…Когда Илис открыла глаза, вокруг было всё то же – темнота и спёртый воздух её каюты. Девушка даже усомнилась, не привиделся ли ей этот странный ритуал на палубе. Но едва она вспомнила видение, посланное гашетом, сердце вновь заколотилось от тревоги и отчаянья.

Илис вскочила и бросилась к дверям.

– Выпустите меня отсюда! – закричала она, сбивая кулаки о запертую дверь.

Прошло немало времени, пока из-за двери раздалось:

– Чего тебе, гритка?

Голос был молодой, одного из её стражей, Карко или Бемина.

– Позовите сюда Таура Керта! – потребовала она. – Мне нужно с ним поговорить!

Проворчав что-то, парень ушёл, а Илис продолжала метаться по тёмной каюте, больно натыкаясь на углы мебели, пока не растворилась дверь.

Девушка кинулась к мужчине, появившемуся на пороге, остановилась в шаге от него, исподлобья глядя на Таура Керта.

– Зачем ты звала меня? – спросил варвар раздражённо, но Илис не дрогнула.

– Что это было? – спросила она. – Тот ящик со стёклами?

Таур Керт помолчал, словно раздумывая, стоит ли ей отвечать.

Илис смотрела на него в лихорадочном нетерпении.

– Гашет, - наконец, ответил Таур Керт.

После того, как гритка упала и во второй раз едва не разрушила круг, он держал её на себе до конца ритуала, и сейчас не случайно был зол. По вине этой девчонки он не смог уйти в морок так глубоко, как того требовал ритуал. Собственные видения оказались беспорядочной мозаикой быстро меняющихся картин, в которых виновница этой путаницы занимала главенствующее место.

Её нагое тело, бесстыдно раскрытое перед ним, торчащие розовые соски, увлажнённое лоно… А вот она опускается на него сверху, медленно насаживая себя на его вздыбленный член…Зелёные глаза, затуманенные желанием, густой полог пламенных волос, закрывающий их шатром… Её нежные губы шепчут его имя…А после ласкают его так, что он готов излиться…

Он этих возбуждающих картин Таур Керт и был так зол. Впервые за много лет он чувствовал себя озабоченным мальчишкой, ещё не возлегшим с женщиной, но только и думающим, как побыстрее сделать это.

Вот и сейчас он не сразу понял, о чём она спрашивает. К чему вообще разговоры, когда эта женщина создана для того, чтобы дарить ему наслаждение? Но Илис была настойчива, и спросила снова:

– Что делает гашет? Он показывает будущее?

– Если бы,… - вырвалось у варвара.

Она нахмурилась:

– А что тогда он показывает? Можешь ты объяснить?

Варвар помолчал, сведя брови. Он странно смотрел на Илис, как будто не верил тому, что она сумеет понять.

– Каждый видит своё, - наконец неохотно ответил Таур Керт. – Мы входим в морок не для того, чтобы увидеть будущее, а только чтобы попросить богов открыть путь к нему.

Глаза Илис сверкнули.

– Я должна была знать, что делаю!

– У меня не было времени объяснять! – отрезал варвар.

Она кивнула, в одно мгновение словно померкнув, на мгновение отпустила глаза, а после быстро взглянула на Таура Керта и спросила:

– Скажи, а чьи-нибудь видения…сбывались?

Карун бы побрал эту гритку! Морок, сотканный из ощущений их близости, словно вновь всколыхнулся перед ним, накрыв жаркой волной желания.

– Зачем тебе это знать? – спросил варвар, не сводя взгляда с губ Илис.

От того, что он с трудом владел собой, вопрос прозвучал грубо.

– Ответь! – почти взмолилась гритка, и он вдруг понял, что она боится. Так боится, что даже побледнела, хотя с самого начала разговора на лице девушки горел лихорадочный румянец.

Что же такое ей привиделось?

– Иногда…такое случается, - неохотно ответил варвар и шагнул к Илис, потому что ему показалось, что гритка сейчас упадёт.

Она выстояла, но взгляд, направленный на него, полыхнул такой болью, что Таур Керт, немало повидавший на своём веку, снова нахмурился.

Похоже, видения гритки были далеки от тех, что терзали его.

– Что ты увидела? – спросил варвар.

– Ни…чего, - явно солгала она, споткнувшись, и вдруг сделала то, чего он никак от неё не ожидал.

Илис опустилась перед варваром на колени.

– Молю тебя, отпусти меня! – сказала она, не сводя с мужчины лихорадочно горящих глаз. – Мне нужно…вернуться домой!

На мгновение он потерял дар речи – так невероятно было то, что она сделала. Представить эту гордячку на коленях было невозможно.