Цена Мира
Шрифт:
– Мы должны остановить его, Кай'я Лэ!
Занила обернулась к Байду, все время допроса пленницы молчаливой тенью простоявшему за ее спиной, но теперь не выдержавшему. Глаза оборотня пылали решимостью, а верхняя губа слегка подрагивала, будто готовая в любое мгновение обнажить зубы в яростном зверином оскале. Остальные оборотни также возбужденно переговаривались между собой, обсуждая слова магички, и Заниле не нужно было прислушиваться, что понять: среди них вряд ли найдется хотя бы один, кто не согласится с мнением командира ее гвардии. Да она и сама - видят Боги и Лес - была с ним согласна!
Талгат еще осенью ясно дал понять: он не остановится ни перед чем, он никогда не заключит с Хозяевами Леса даже самого короткого перемирия, он будет нападать на них вновь и вновь, пока в целом мире не останется ни одного оборотня! И теперь он всего лишь приводил свой план в исполнение. Он хотел втянуть в войну Вольные княжества, чтобы даже на своей земле, в своем доме Занила больше не чувствовала себя в безопасности! И да, магичка права: Талгат сумеет так рассказать о них махейнскому князю, что Михаил, не раздумывая ни минуты, соберет свою дружину и отправит их в сторону Дикого Леса.
Занила скрестила руки на груди и кивнула Байду. Она не знала, смогут ли оборотни помешать Талгату или нет, но просто сидеть и ждать, пока маг вновь ударит первым, стая не будет!
Кай'я Лэ вдруг вновь обернулась к пленнице:
– А почему ты вдруг решила предать своего господина? И не говори мне, будто поверила в нашу победу - даже я не знаю, на чьей она будет стороне! Неужели так хочется получить хотя бы кусочек силы? Или так хочется жить вечно?
– Занила сознательно добавила в свой голос презрительной насмешки: она с прошлого своего общения с магами прекрасно запомнила, какая именно из способностей оборотней вызывает наибольшее раздражение у их противников (и одновременно - наибольшую зависть) - их вечная молодость. Но если она рассчитывала, что ее слова выведут магичку из себя, то она вновь ошиблась. Да, пленница вздрогнула, но не от последней фразы Кай'я Лэ, а еще от первой. А при последней в ее глазах полыхнула тщательно спрятанная, но все же вырвавшаяся наружу боль.
– Я просто хочу жить, Хозяйка оборотней!
– проговорила девчонка, в очередной раз откидывая мокрые пряди со лба.
– Мне иногда кажется, что эта война свела Талгата с ума. Он, как безумный, говорит только о вас, о том, что необходимо вас уничтожить, о новом оружии... Он то ли изобрел, то ли нашел какой-то новый артефакт и теперь пытается заставить его заработать. Он готов ради этого на все и говорит, что когда у него получится, этой войне будет положен конец!..
– магичка замолчала, зябко поежившись. Снег продолжал падать, а меховая куртка девчонки была мокрой насквозь еще с того момента, как оборотни волоком тащили ее через лес. Так что ничего удивительного в том, что ей холодно, не было. Должно было стать еще раньше, раз уж на то пошло, но раньше она, очевидно, просто не чувствовала.
Занила, нахмурившись, разглядывала ее, будто сам вид магички мог подсказать Хозяйке стаи ответы на какие-то вопросы. Новый артефакт Талгата...
– эта новость не нравилась ей ничуть не меньше, чем известие о том, что маг направляется в Североград. Нужно будет обязательно расспросить их пленницу подробнее. Хотя, вероятно, та и так уже выложила все, что знала. Когда продается и покупается жизнь, не торгуются, а сразу вываливают из кошелька все, что в нем припасено.
– Как тебя зовут?
– вдруг спросила Кай'я Лэ. И без того большие глаза магички на мгновение распахнулись еще шире.
– Мое имя Кариджан, - проговорила она.
– Но вы зовите меня Кари, - девчонка облизала губы, будто те вдруг пересохли, и встряхнула головой, сбрасывая с волос капли талой влаги.
– Так вы сделаете меня оборотнем?
– кажется, в первый раз за все время разговора в ее голосе звучало волнение. А еще она впервые обратилась к Хозяйке стаи на "вы".
Кай'я Лэ усмехнулась:
– А я разве обещала?
– она обернулась к своим гвардейцам.
– Уведите ее!
Двое оборотней тут же, не дожидаясь повторения приказа, не слишком деликатно скрутили руки магички за спиной и поволокли ее в сторону заднего двора. В доме стаи не было тюрьмы, но позади главного строения располагались казармы гвардейцев, одна из которых, сейчас пустующая, временно вполне могла ей послужить. Девчонка, не сопротивляясь, позволила увести себя, только все оглядывалась, пытаясь поймать взгляд Кай'я Лэ. Занила повернулась к Байду:
– Собирай гвардейцев. На рассвете выступаем в Североград!
– приказала она. Оборотень кивнул:
– Сделаю, Кай'я Лэ, - потом все же покосился в ту сторону, куда увели их пленницу.
– Ты не убила ее...
– с какой-то странной, лишь на половину вопросительной интонацией проговорил он. Занила выразительно изогнула левую бровь:
– Успею еще! А сейчас у меня есть дела и важнее.
Глава 2. Город на холме
Вольное княжество Махейн, столица Североград.
И все-таки они опоздали...
Как и хотела Занила, гвардейцы выступили ранним утром. Фактически, даже до рассвета - когда бледное зимнее солнце лишь едва высветило восточный край неба. За ночь подморозило, и снег покрылся настом, сделав накатанную дорогу опасно скользкой. Правда, оборотням, стремительными белоснежными кошками уносившимся в лес, до этого не было никакого дела: их широкие лапы и длинные острые когти позволяли бежать одинаково легко и по хорошей дороге, и по рыхлому снегу, в котором по бабки увязли бы ноги лошадей, и даже по скользкому льду. Да, гвардия спешила, оттого и выбрали звериный облик, не желая зависеть от слабостей человеческого тела или прихотей животных, не теряя ни одного лишнего мгновения.
А когда дом стаи окончательно скрылся из виду за деревьями, Занила открыла пространственный переход к столице Махейна. В Северограде никто из стаи постоянно не жил, поэтому стационарного портала к городу не было, и Кай'я Лэ пришлось прокладывать переход прямо по энергетическим потокам мира. Конечно, она уже делала так раньше, и ничего сложного в этом, в принципе, не было... Поймать нитку, представить конечный пункт назначения, наполнить поток энергией, превращая его в карман... Ничего сложного, только силу для портала приходилось черпать из собственного кружева! А чтобы сделать то, что сегодня утром собиралась сделать Занила, - провести через портал несколько десятков оборотней одновременной - ей необходимо было выпустить на свободу Силу Леса, воспользовавшись всей мощью, что могло предложить древнее Божество. Поэтому и пришлось тратить драгоценное время, уводя стаю от дома, - вокруг жилища оборотней Кай'я Лэ еще осенью выставила защиту против возможной атаки магов и теперь не хотела рисковать щитами, активируя в непосредственной близости от них столь мощное колдовство. А портал и так помог им, сократив путь из земель стаи к столице княжества от пары суток до часа с небольшим...
И все же они не успели. Заниле хватило одного взгляда, чтобы в этом убедиться.
Пространственный переход вывел оборотней в небольшую рощицу примерно в трети фарсаха [Фарсах - мера длины, приблизительно равная 6 км. Считается, что возникла как средняя величина дневного перехода оборотня в зверином обличье по территории его охоты, однако документальных подтверждений данной версии к настоящему моменту не сохранилось.] от города. Гвардейцам тут же было приказано сменить облик. Двое высших оборотней уже раскрывали энергетические карманы, выдавая превращающимся в людей кошкам их одежду, доспехи и оружие. Занила, с трудом сдерживая нетерпение, дождалась, пока ее стая будет готова и, не тратя времени, приказала двигаться в сторону города... В тот момент она еще надеялась, что им удалось добраться до Северограда быстрее, чем Талгату, но эта партия непрекращающейся кровавой игры осталась за магами.
Столица Махейна была расположена на высоком холме. На самой вершине стоял княжеский детинец, а по склонам раскинулись городские выселки. Когда-то давно, маленькой девочкой-рабыней, Занила уже бывала здесь, но теперь, стоя на опушке заснеженного леса, понимала, что не узнает город. То ли десять лет, прошедшие с их предыдущей встречи, оказались все-таки слишком большим сроком, то ли детское восприятие всегда отличается от взрослого, то ли просто она и в тот раз не успела как следует изучить столицу княжества: слишком занята была попытками освободиться и мыслями о том, как найти своего врага. А потом ее увезли в Салеву...