Чтение онлайн

Роман уже открыл дверь и опирался одним плечом о дверной косяк, когда Ольга поднялась на этаж. Сердце, кажется, пропустило несколько слишком громких ударов, когда она натолкнулась на его взгляд, но Островский только сказал:

– Привет, – и прошел в квартиру.

– Привет, – как можно спокойнее ответила Ольга, закрывая дверь.

– Всегда по выходным работаешь? – спросил Роман и поставил на плиту чайник.

– Я привыкла работать как попало. То сутками не отрываешь рук от клавиатуры, то за день только час проведешь за компьютером, при этом не зная, какой сейчас день недели.

– Полный хаос. Не проще ли выделять каждый день определенные часы для работы, чтобы не загонять себе или не отвыкать от рабочего процесса? А воскресенье можно оставить для отдыха при желании.

Ольга смотрела на Островского и не понимала, что происходит. Они сидят, обсуждают лучшие условия для рабочего процесса, делают вид, что вчера ничего не произошло, и только его обращение на «ты» убедило, что это не было плодом ее больного воображения. Она наблюдала, как Роман заваривает кофе, за его руками и, стиснув зубы, вспоминала, что эти самые руки могут творить. Тут необходимо взяться за работу, чтобы отогнать непрошеные мысли, поэтому Ольга спросила:

– Итак, на чем мы вчера остановились? – и запнулась в конце фразы, потому что остановились они вчера на ее оргазме и неудовлетворенности Островского.

Он уже привычно подал ей кофе, пододвинул пепельницу и спокойно, не выражая мимикой ни одной эмоции, ответил:

– Сейчас посмотрим, – открыл ноутбук, файлы и повернул экран к Ольге.

– Я думаю, еще один-два эпизода сделаем за сегодня.

– Хорошо, – согласился Роман.

За все часы работы никаких намеков, никаких поползновений сексуального характера в ее сторону он не делал. Подсознательно Ольга этого ждала и даже приготовила несколько фраз, после которых обычно у мужиков сразу все опадает и не поднимается даже при помощи хорошего минета. Обычно по такому сценарию все мужчины и действуют, считая, что секс с ними – это лучшее, что может случиться в ее жизни. Но Островский был другим, и Ольга поняла, что не знает, чего от него ждать.

За окном уже давно стемнело, на улице стало меньше голосов и звуков проезжающих машин, а Роман все думал, когда же она не выдержит. Любая женщина уже давно бы подняла тему вчерашнего дня, попыталась выяснить отношения, а эта молчит и сосредоточенно работает. И вроде как сейчас собралась уходить.

Ольга действительно посмотрела на время и сказала:

– Мне пора.

– Завтра приедете? – спросил Роман, выходя за ней в коридор.

– Я позвоню, – ответила Ольга и подумала: – «Неужели ничего не скажет?»

«Неужели так молча уйдет?» – удивился мысленно Островский, стараясь не показывать своего недоумения, когда она взялась за дверную ручку.

– Слушай... – повернулась опять к нему.

«Есть!»

– Да? – Роман вопросительно на Ольгу, на лице которой сейчас боролись противоречивые эмоции: злость и любопытство, неловкость и раздражение.

– А что это вчера было? – выпалила она, пока не передумала, а то неясность ситуации привнесла какой-то диссонанс в ее размеренную жизнь и сложившиеся установки.

Островский едва заметно улыбнулся и ответил:

– Я даже не знаю, что тебе сказать.

– Замечательно! Писатель не может найти слов! Это как-то странно, не находишь?

Ольга жалела, что не прикусила вовремя язык, потому что этот гений пера, если не издевался, то играл с ней точно. Он сделал шаг к ней и увидел, как напряглись ее плечи, провел рукой по лицу, задержав пальцы на губах.

– Я могу все повторить еще не один раз, только медленнее, чтобы ты запомнила наверняка, как и что это было.

Никогда Ольга не думала, что можно забыть, как дышать, но сейчас в легких закончился воздух, а вдох сделать было невозможно.

«Да! Да!» – орал то ли ангел, то ли демон на одном плече.

«Дура! Не смей» – спорил с ним оппонент на другом.

Но эти поглаживания губ – одно такое легкое, второе уже с нажимом, потом опять едва ощутимое, как будто он вот-вот уберет руку, и Ольга непроизвольно тянулась за пальцами. Такой контраст возбуждал, затуманивал разум и связывал низ живота в тугой узел.

Роман видел, что выиграл. Зачем тратить ресурсы на осаду, если можно усыпить бдительность противника. Троянский конь сработал.

Ольга и сама не поняла, как подалась вперед и прижалась к мужскому торсу. Сумка выскользнула из рук на пол, а руки нырнули под его футболку на спине. Островский убрал руку с губ и запустил в волосы.

«Фетиш у него на волосы что ли?» – подумала Ольга, но спросить не решилась, потому что ей это тоже нравилось.

– Так что? Мне повторить? – спросил Роман, проводя второй рукой по ее позвоночнику.

– Да... – скорее выдохнула, чем сказала Ольга.

«Сдалась», – подумал он.

«Сдалась», – подумала она.

Островский сомкнул пальцы на ее запястьях и, убрав руки со своей спины, потянул к двери единственной в квартире комнаты.

Ольга всегда думала, что секс красив только в книгах и фильмах, а если бы кто-то решил снять домашнюю порнографию, то глубоко бы разочаровался. А еще главные героини, когда встречают своих героев, утверждают, что такого с ними еще никогда не случалось. Ольга над этим тоже посмеивалась. Нет, не утверждала, что все мужчины в постели одинаковы, но ничего «такого» никто с ней не делал, даже стонать не заставил. До сегодняшней ночи...

Глаза привыкали к полумраку комнаты, свет из коридора, совсем немного доходивший сюда, придавал мебели более четкие очертания. Роман притянул Ольгу к себе довольно резко – ей пришлось вцепиться в его плечи для удержания равновесия. Он нетерпеливо расстегивал пуговицы на ее рубашке, почти срывал их, сам не понимая, куда делась его сдержанность, уступая место одержимости. Полная потеря контроля. Островский уже понял, что медленно не получится, не сейчас. Распахнув полы ее рубашки, переключился на джинсы.