Чтение онлайн

За считанные секунды взбегаю по лестнице и распахиваю дверь своей комнаты. Судорожными ладонями, похолодевшими от страха, включаю ноутбук. После долгой загрузки онемевшими пальцами забиваю название таблеток.

И молюсь, чтобы я ошиблась. Это разобьёт мой мир вдребезги. Заставит бояться собственную мать. И тогда даже угрозы от Шмидта отойдут на второй план.

Пожалуйста. Пожалуйста. Пусть я просто всё себе надумала.

Изучение информации занимает несколько минут. Минут, перевернувших с ног на голову всё, во что я верила.

Цель таблеток я так и не смогла найти, зато отыскала кое-что более важное.

Побочные эффекты, среди которых спутанность сознания, провалы в памяти, ухудшение зрения, головокружение и множество других жутких последствий.

В одно мгновение меня словно прокрутили через мясорубку раза три, а потом попытались слепить из тех кусочков, на которые раздробили. Бездушно и молниеносно.

Ничтожная надежда на то, что моё воображение окончательно разыгралось и превысило лимит нормальности, рушится на глазах.

Лучше бы я не знала. Лучше бы слепо верила. Слишком больно вот так резко вырывать сердце и выбрасывать в мусорку. Потому что никого там не осталось. Только ноющая пустота и воспаленная боль.

Я медленно соскальзываю на пол и кладу голову на коленки. Обнимаю себя руками, чувствуя, как мозг разрывает череп от потрясений.

Первая слеза скатывается по лицу, следом вторая и третья. К потокам рыданий добавляется внутренний крик. Я стискиваю зубы, прикусывая щеку изнутри, и безжалостно вытираю слёзы.

Не знаю, сколько минут я так сижу. Неспособная видеть и слышать. Оглушенная глухой мольбой, которая крошится на части. Взывающая о помощи. Забитая в угол пустого дома. Одинокая. Глупая. Наивная. Словно запертая внутри огромного мыльного пузыря, откуда меня никто не вытащит.

Кожа горит и плавится. Комнату как будто окутывает туман. Я думаю, что сейчас вот-вот потеряю сознание от переживаний, и предусмотрительно сворачиваюсь в клубок на холодном полу…но тут мне в нос ударяет мускусный запах. Бешеная энергетика заполняет пространство.

Это он. Снова здесь.

Дьявол, и почему у меня не хватило мозгов на то, чтобы закрыть входную дверь?

Тихо всхлипываю и опираюсь на локти, чтобы сесть. Грубая ладонь ложится на губы. Приказ замолчать. Коротко и понятно.

Жмурю глаза до боли и резко их распахиваю. Наталкиваюсь на острый и холодный взгляд Шмидта. Он пристально изучает и сканирует. Смотрит, как на вещь с витрины. Никаких эмоций. Ноль сочувствия.

Хриплый голос нарушает тишину:

— Такие глупые уловки уже не сработают, Амелия. Всё никак не поумнеешь, — резко подхватывает меня за талию, словно я ничего не вешу, и бросает на кровать.

Страх ядовитой кислотой прожигает вены. Ток крови ускоряется, стоит мне заметить пистолет, небрежно сунутый за пазуху.

Сипло шепчу, едва шевеля губами:

— Пожалуйста, не надо. Только не сегодня.

— Я не собираюсь делать ничего такого, что может тебе не понравиться, — сухая усмешка.

Нехилый озноб промораживает до костей. От двусмысленной фразы меня передергивает. Неприятная ассоциация выбирает из колеи. Он замер, как удав перед кроликом. Как кот, поймавший мышь за хвост.

— Хватит ломать комедию, Зверушка. Один раз я уже повёлся на твои слёзы. Повторной ошибки не допущу, — подходит к двери и закрывает её.

Медленно поворачивается ко мне и зло бросает:

— Какого черта на тебе моя кофта? Хочешь умереть? Я ведь и убить могу. Дай лишь один повод.

— Я нашла эту толстовку в шкафу, — от ледяного взгляда хочется скукожиться и притвориться, что меня здесь вообще нет, — не знала, что она принадлежит тебе.

Риторический вопрос повисает в воздухе. Я даже боюсь подумать о причинах, заставившись мою сестру своровать вещи Шмидта и держать их у себя в комнате. Неужели она и правда была настолько одержима им?

Господи, Амелия, за что? Тебе мало было Брайса?

— Сними её, — раздается хриплый приказ.

Глаза холодные и безразличные. Сокрушительную злость выдают лишь сжатые ладони и желваки на щеках.

— Хорошо, — послушно киваю и встаю с кровати.

У меня просто нет сил на борьбу. Я слишком разбита, унижена и подавлена, чтобы спорить. Да и толку? Усложнить ситуацию, подвергнуться насилию и сойти с ума от страха? Уж лучше сразу дать то, что он хочет, и как можно скорее остаться в одиночестве.

Потому что до прихода мамы мне нужно успеть собрать себя по кусочкам.

Подогреваемая странной и необъяснимой смелостью, я подхожу к шкафу. Наполовину открываю его, собираясь спрятаться за широкой дверцей, но, стоит Шмидту разгадать мои намерения, как он тут же оказывается рядом.

Горячие ладони обхватывают меня за талию и притягивают к мускулистому телу.

— Я и так уже всё видел. Вряд ли ты сможешь меня удивить, — усмехается и наклоняется к моему лицу. От холодных глаз внутри меня всё цепенеет.

— Можешь хотя бы в этом уступить? — с трудом сдерживаю раздражение. — Я хочу переодеться и поговорить. Как нормальные и взрослые люди.

— Переодеться? Поговорить? — издевательски хмыкает. — Тут не о чем разговаривать. Я к тебе не болтать пришёл, а трахаться.

Меня трясет от желания заткнуть уши. Грязные слова запускают огненную стрелу в сознание и сбивают с толку. Уничтожают гордость. Втаптывают в грязь. Кипятком обливают кожу.

Проклятье. Когда же до него дойдет, что я — не игрушка, а живой человек. Наверное, с животными он и то лучше обращается, чем со мной.

Под пристальным взглядом я быстро снимаю кофту, дергая за низ ткани. К счастью, под ней у меня есть спортивный топ, который в достаточной степени закрывает грудь.

Ладонью тянусь к футболке, в спешке натягиваю её на себя и с заметным усердием сглатываю комок в горле. С явной опаской поворачиваюсь к нему и отдаю толстовку. Тихо говорю:

— Возьми. Мне не нужны твои вещи.

Мужественно шагаю вперед, стремясь оказаться возле двери. Бежать точно не буду. Я не настолько глупа, чтобы надеяться на фору. Скорость моих ног ни за что не сравнится со скоростью пули, которая за секунду отнимет мою жизнь.