Центр Бесконечности
Шрифт:
– Понимаешь, я с трудом представляю, какими словами выразить свои ощущения, – попробовала оправдаться Даша, когда он в очередной раз подсел к ней с этим вопросом.
– Ну а ты все-таки попробуй!
– Ну хорошо. – Инопланетянка сдалась, и Оксана с Горлуохом тоже подошли поближе, чтобы поучаствовать в беседе. Несмотря на то, что при обмене мыслями расстояние в принципе было неважно, отказаться от приобретенных привычек было трудно. А Дарья до сих пор предпочитала «разговаривать» именно так, то ли из соображений удобства для себя, то ли просто опасалась учить новых знакомых языку своего мира. Хотя, справедливости ради, она сама могла не иметь способностей к изучению языков. Не всем же рождаться Горлуохами!
– Если все представлять в общих чертах… Простите, но я действительно не могу подробнее! – поспешила она предупредить возражения, – во время медитации я вхожу в состояние, которое позволяет мне видеть… ну как бы трубы между планетами…
Инопланетянка замолчала, погрузившись в размышления, потом вдруг резко произнесла:
– Я не знаю, как объяснить, раньше медитации никогда не реализовывались так в реальной жизни!
– То есть как? Ты хочешь сказать, что никогда раньше так не путешествовала? – опешил Егор. Мечта о заимствовании технологий рушилась на глазах.
Даша виновато улыбнулась и развела руками.
– Для нас медитации это общение, учеба, здоровье, сны, наконец. Путешествия – никогда! Я сама не знаю, как это получается и шокирована не меньше вас. Может быть, я вообще сплю, а вся наша группа – лишь плод фантазий?
У опасника возникло непреодолимое желание ущипнуть инопланетянку, что называется, «пониже спины», и он еле-еле сумел с ним справиться.
– Словом, после начала медитации по специальной методике, которую я буквально откопала в том самом зале, я начинаю видеть Тропу… Точнее, не сразу видеть, надо специальным образом себя настроить! И то не всегда получается – тот бар, мой любимый, я думала перенести вместе с нами дальше по Тропе, но выбрала не тот поворот!
Сразу после этой мысли повисла гнетущая тишина. Егор посмотрел на Горлуоха, на Оксану – в их глазах читалась та же догадка.
– Так это ты?!
Егор еле сдержался, чтобы не вспылить. Вот, значит, в результате чего их чуть не расплющила «схлопывающаяся» планета! В результате желания взбалмошной девчонки иметь во время путешествия под боком любимый ресторан!
Остановил его только тот факт, что перед ним была женщина. С другой стороны, что с нее можно спросить, если она сама это делает впервые!
– Тьфу! – опасник в сердцах сплюнул на землю.
Он несколько раз сильно сжал кулаки, шумно выдохнул сквозь сжатые губы, но все-таки удержался от грубости. Даша с неподдельным испугом наблюдала за Егором, а потом виновато развела руками и с обидой произнесла:
– Я не была виновата. Я вообще – в первый раз! И вообще, может быть мое желание тут и не при чем, может, там все измерение само схлопнулось и мне вообще некуда возвращаться!
Это было справедливо. Ни более опытный Горлуох, ни тем более Егор с Оксаной не могли объяснить даже того факта, что их цивилизации, осваивая Вселенную всеми способами и по всем направлениям, так и не поймали друг от друга даже завалящего информационного пакета. Не говоря уж о личной встрече. А тут – перемещения между мирами, двухмерные миры, легенды, оказывающиеся реальностью! Странно было заподозрить в во всем этом обычную с виду девушку, пусть даже и инопланетянку.
Она тем временем замолчала, а потом тихим «мыслешепотом» произнесла:
– Вряд ли я могу объяснить, как все получается! Это надо видеть!
Опасник внимательно посмотрел на нее, потом на Оксану и Горлуоха. Могучий инопланетянин его понял и едва заметно кивнул.
– Видеть надо, говоришь? А почему бы и нет?
Дарья непонимающе нахмурила бровки и от удивления даже что-то пробормотала на своем языке. Потом, спохватившись, опять перешла на мысленный диалог.
– Егор, ты действительно хочешь всему этому научиться? Ты же ни разу, наверное, не медитировал и не умеешь ничего подобного!
– Ну и что? Если ты умеешь впадать в нирвану по поводу и без повода, это не значит, что такому нельзя научиться!
Он встал и в волнении стал вышагивать взад-вперед.
– На нашей родной планете йоги тоже месяцами могли сидеть в отключке в какой-нибудь пещере, значит, в крови у меня это умение есть.
Опасник пропустил мимо ушей вопросы инопланетянки по поводу нирваны и йогов и напористо стал ее убеждать в реальности исполнения своего желания. Наконец она сдалась.
– Ты твердо решил, что хочешь все это увидеть?
– Да! Есть другие варианты?
Даша на мгновение задумалась, словно совещаясь сама с собой, потом хмыкнула:
– В принципе, это возможно, в моем мире так учат маленьких детей, когда они впервые сталкиваются с формами хранения информации… Но ты – не наши дети!
– Ну и что? – Егор твердо решил стоять на своем. – Из того, что ваша цивилизация старше нашей, еще не значит, что мы не способны научиться вашим медитациям! И вообще, у меня в роду столько мечтателей, что это будет – раз плюнуть!
Горлуох вдруг стал стучать себя лапой в грудь, что у его расы выражало крайнее одобрение.
– Уговорили! – сдалась инопланетянка. Она посмотрела на ырлыанина, а затем на Оксану, в глазах которой тоже зажглись искорки восторга, и добавила:
– Заговорщики!
– Что я должен делать?
– В принципе, на первый раз – ничего, – пресекла она любую самодеятельность. – Главное – не мешай, не сопротивляйся и не отвлекайся, а то я всех переведу, а ты рухнешь куда-нибудь туда, откуда вытащить будет очень сложно. И то – если я сумею тебя найти.
Перспектива быть потерянным, если так можно было выразиться, «в квадрате», опасника совершенно не устраивала, поэтому он заверил золотокожую красавицу, что без ее ведома не то что пальцем, мыслью не пошевельнет! И все-таки вздрогнул и машинально отряхнулся, когда в подсознание проник холодный «на ощупь» лучик чужой воли.
Однако уже через секунду он вспомнил свое обещание и расслабился, получив в ответ мысленное благодарное рукопожатие инопланетянки.
Егор глубоко вздохнул, стараясь упокоить волнение, и почувствовал, как Даша взяла его за руку. Не прошло и нескольких секунд как окружающая действительность померкла, чтобы раскрыться вновь, но уже в другом, более привлекательном и одновременно пугающем обличье.
Опасник ощутил себя висящем в абсолютной пустоте вообще безо всякой опоры. На глаза давил ровный черный фон и создавалось впечатление полной невесомости. Не было слышно ни звука, ни малейшего дуновения ветерка. Только часы (или годы?) осязаемыми тяжелыми каплями мерно падали на макушку. Казалось, что в этом Нигде можно провести целую вечность, однако прошло всего несколько секунд реального времени и сначала в абсолютной темноте послышались голоса – было похоже, что где-то совсем рядом произносят бессвязную белиберду, растягивая слова и курлыкая, наподобие земных голубей.