Чтение онлайн

Я попыталась приоткрыть глаза, и тут же отказалась от этой затеи. Снаружи роговицу обжигал невыносимо яркий свет, вызывающий слезы и жгучее чувство беспомощности. Ого! Это свет в конце тоннеля? Ой, нет! Нетушки, полежу пока с закрытыми глазами. Эффект страуса хорош, по крайней мере, тем, что пока ты не видишь опасности, можно успокаивать себя мыслью, что и она тебя не замечает. Упиваясь своим здравомыслием, я не заметила, как снова вырубилась.

Второй раз меня разбудили незнакомые голоса. Рядом кто-то негромко разговаривал, изредка дотрагиваясь до моей руки или лба. Кажется, их было двое. Благоразумно решив не подавать признаков жизни (ха-ха, острячка!), я притаилась под своей простыней и вся обратилась в слух.

– Как думаешь, сколько еще она так пролежит? – поинтересовался мужской голос. Его хозяин пытался говорить шепотом, но было заметно, что ему привычнее отдавать приказы или произносить речи перед толпой подчиненных. Что-то было в этом голосе такое жесткое, как будто пулемет пытается прикинуться ватной палочкой.

– Все зависит от ее самоощущений и фантазии, – мягко ответил женский голос. – Ты же знаешь, фантомные состояния шока при переносе могут длиться довольно долго.

Опаньки! При каком таком переносе? Какие еще состояния? Я с трудом удержалась, чтобы не подскочить с места и не нарушить конспирацию. Тем временем незнакомый голос-пулемет продолжал:

– До ключевого момента осталось чуть больше месяца. Нужно как можно быстрее ввести ее в курс дела и подготовить

«Приехали, – мои глаза под закрытыми веками округлились, как у героя аниме. – Только что померла, а тут на тебе – у меня уже есть задание. Я что, типа избранная? Как Нео в «Матрице»? Ни фига себе – попаданец, уровень 2000».

Увлекшись мыслями о собственной избранности и неповторимости, я не заметила, как самым идиотским образом изобразила с закрытыми глазами мимическую бурю на тему «Вау!». А потом еще и сложила губы уточкой, выдыхая свое недоумение, как это умеют только опытные пользователи Инстаграмма. Осознав, что мои визитеры замолчали, но при этом кто-то легонько трясет меня за плечо, я как-то смутно поняла, что моя карта бита, и открыла глаза. Губы так и остались – уточкой. Не до них было.

Моему затуманенному взору предстало нечто вроде больничной палаты на космическом корабле – по крайней мере, я всегда ее именно так себе и представляла (хотя я нечасто представляю себе больничные палаты на космических кораблях, н-да). Вокруг все такое хромовое, блестящее, в стиле «межгалактический минимализм». Посреди просторной хай-тек комнаты стояла банальная больничная каталка для пациентов, а на ней лежала банальная укрытая простыней я, все в той же изрядно потрепанной и грязной школьной форме. Рядом с каталкой стояли хозяева двух голосов. Высокий худощавый мужчина в темно-синем костюме пристально разглядывал меня, а симпатичная женщина лет тридцати – судя по всему, это она меня трясла – что-то быстро помечала в маленьком блокноте. Первым оценил ситуацию мужчина – он улыбнулся, при этом разгладив суровую складку между бровями, и слегка кивнул:

– Приветствую, уважаемая. Добро пожаловать в ЦИК, – мягко произнес он, и в моей голове снова пронеслась картинка с пулеметом, обернутым в слой ваты. На вид ему было около пятидесяти, седина кое-где заметно выбелила ежик коротких волос. Мужчина протянул мне мои же часики. Я молча ухватила собственность и посмотрела на экран. Часы снова стояли, хотя на табло все еще мерцали цифры 00:00.

– Мы очень рады, что ты благополучно добралась, – добавила миловидная женщина, оторвав взгляд от блокнота, и тоже улыбнулась. Я рискнула осторожно улыбнуться в ответ. Женщина показалась мне очень хорошенькой, а длинное желтое платье гармонично сочеталось с ее светло-зелеными глазами.

Я села на каталке, спустив ноги. Разумеется, у меня был миллион вопросов к этим людям – или кто они там на самом деле, но я совершенно не знала с чего начать, и только нервно сминала в руках больничную простыню. Простыня сминалась. Что?!

Заметив мой ошарашенный взгляд, женщина присела на краешек каталки и с улыбкой сказала:

– Не удивляйся, моя хорошая. Да, здесь все предметы снова материальны, ты можешь делать с ними все, что хочешь. И кстати, здорово ты придумала с этим местом, – она обвела взглядом космическую палату.

– Я?!

– Конечно! – Женщина рассмеялась. – Каждый, кто самостоятельно попадает в загробные миры, сам создает место пробуждения, следуя бессознательным ожиданиям и предпочтениям. Иначе душа могла бы чересчур испугаться, удивиться или растеряться, и фантомный стресс затянулся бы на неопределенное время.

– Душа… Значит, я все же умерла, – я растерянно теребила краешек простыни. – Но почему мне больно? Все тело болит?

– Ох, дорогая, – женщина мягко пожала мою руку, и я почувствовала, что он нее исходит тепло и что-то еще… хорошее. – Это фантомные боли. У тебя сейчас нет тела в земном понимании этого слова, поэтому оно не может болеть. Но твоя душа… Здесь она еще не до конца свободна, она не дошла до состояния духа. Мы зовем такие души фантомами.

– То есть я теперь фантом?

– Да. До тех пор, пока не определишься, что должна делать дальше.

– А что – дальше? – Растерянность постепенно отступала, и на ее место приходило мое обычное любопытство.

– Ну, вариантов много, – женщина пожала плечами. – Позже тебе обязательно обо всем расскажут, ты сможешь все обдумать…

– А как мне стать духом? – Перебила я. – И что это за место такое? И кто вы такие???

– Эй-эй, не все сразу! – рассмеялся мужчина, который до сих пор не вмешивался в разговор. – Сейчас не самое подходящее время. Для начала тебе стоит привести себя в порядок и научиться выходить из поля субъективации.

– Субъекти-чё? – обалдело переспросила я. Женщина сжала губы, чтобы скрыть улыбку, а мужчина терпеливо пояснил.

– Субъективация. Это пространственно-временной процесс, во время которого ты погружаешься в персональную реальность. Нужно научиться переноситься в условно объективную реальность ЦИКа и в другие реальности.

– Оооо, – глубокомысленно протянула я. М-да уж, за такие реплики Нобелевскую премию мне не дадут. Собрав мысли в кучу, я, наконец, выговорила: – А как мне все это сделать? Ну, в порядок привести, и в реальность… того… перенестись?

– Внешних изменений нужно просто пожелать, – с улыбкой ответила женщина. – Представь, как бы ты хотела выглядеть, – и все получится.

Я уверенно кивнула, типа поняла, а на самом деле лихорадочно соображала, на какую бы кнопку в голове нажать, чтобы представить хоть что-то нормальное. У меня с фантазией все хорошо, в общем, только она у меня малость того, этого – со странностями. Не хотелось бы сейчас превратиться в бирюзового осьминога, произносящего «Мне нужна твоя одежда»… Как назло вместо процесса концентрации в мозгу происходили процессы брожения. Итак, нужно только пожелать… Из недр подсознания разом вспыли все эти придурковатые персонажи из американских фильмов и мультиков, которые чуть что советовали: «Слушай свое сердце!» Ну да! Всегда поражалась этим умникам. Вот сидит себе на диете двухсоткилограммовый мутант типа женщина, хочет съесть очередной торт-мороженое, и что ей – слушать свое сердце? Да там холестерина больше, чем сердца! Аааа… Да о чем же я думаю!

Я честно пыхтела минут пять, пытаясь силой мысли превратить себя из чумазой жертвы ДТП в фею, но из этого так ничего и не вышло. Как была замухрышкой в школьной форме, так ею и осталась. Облегчить свои «физические» страдания оказалось намного проще. Ну, что сказать, симулировать болячки – это дар, я еще в первом классе могла усилием воли нагреть градусник до 37. Психосоматика – страшная вещь, и как только мне сказали, что болеть у меня ничего не может, то как-то сразу и отпустило. А вот с внешним видом – провал полнейший. Виновато пожав плечами, я предложила гостям своей субъективной реальности перейти к следующему вопросу повестки дня и спросила: