Чтение онлайн

Встав так, чтобы Арцур был напротив, а не сзади, погрузила посох в воду. Нужно было попробовать воткнуть его в дно. Получилось! Возликовав про себя и довольно растерев ладони, принялась за дело. Конечно, я чувствовала настороженный взгляд мужчины, хотела поднять глаза, но передумала. Нужно работать, а не обмениваться взглядами!

Судя по тому, с каким трудом мне приходилось управлять магией, которая буквально проходила сквозь пальцы, не имея единой формы и силы, я уже использовала последние соки резерва. Какие хорошие зелья сварила, однако! Без них я бы и стоять на месте не смогла, не то, что пользоваться остатками магии. Плетение получилось начать далеко не сразу, слишком уж мало осталось у меня магии в резерве. В голове начались раздаваться удары, а по телу прошлась судорога. Заскрипев зубами от усилия концентрации, я начала мысленно молиться богам, чтобы я и впрямь осталась жива и при резерве. Даже действия зелий перестали справляться с магическим истощением.

Внезапно появившееся рыжее пятно на фоне Арцура заставило немного отвлечься от плетения и поднять голову выше. Показалось мне или нет, но проверить надо было, слишком уж настораживало это движение.

Вау, это оказалась мантикора!

Пугающе-красивая.

Большая.

Вечно голодная.

Не переставая плести магическую связь, я стояла с дрожью в теле и со страхом потерять контроль над плетением. Но за себя и Арцура было ещё страшнее.

— У тебя за спиной мантикора, — как ни в чём не бывало и почти беззаботно оповестила я Арцура, смотря по-прежнему на нити заклинания.

Что ж, среагировал он моментально: не разворачиваясь к зверю, достал амулет переноса и исчез.

Мне пришлось глубоко вдохнуть и тихо выдохнуть, подавив в себе вырывающийся наружу обречённый скулёж. Равновесие удержать оказалось ещё сложнее, так как голова пошла кругом. Конечно, я не ожидала от Арцура героических действий, что он как набросится на мантикору с голыми руками, но вот так исчезать тоже ведь не дело… У меня, кажется, даже действие зелий слетело от такого накала страстей.

Мантикора, что секунду назад кралась, припав к земле, резко выпрямилась, чтобы с высоты своего роста (три метра минимум) оглядеть то место, где стоял Арцур до своего побега. Перевела хищный взгляд на меня. По спине прошелся холодок, и я почувствовала, как кровь застыла в жилах, а кожа приобрела серовато-белый цвет. Руки плели заклинание по инерции, хоть и, дрожа и подёргиваясь, но плели.

Если прервусь — потеряю рассудок, продолжу стоять — сожрёт мантикора, но была зыбкая надежда, что она либо передумает, либо Арцур услышит мои мысленные проклятья и его загрызёт совесть.

Время замедлилось, когда мантикора передними лапами припала к земле — теперь она была нацелена строго на меня.

Я уже не смотрела на свои руки, подняв голову, мой взгляд был прикован к кошачьим зрачкам зверя. Было невозможно смотреть ещё куда-либо, кроме этих сузивших чёрных зрачков на фоне зелёной радужки. Было бы нереальным не заметить торчащих клыков из пасти и когтей на лапах, что уже вскопали землю под собой. Ядовитое жало хвоста так же было направленно в мою сторону.

Мышцы на мощных лапах напряглись, когда мантикора начала отталкиваться от земли. Вот, лапы уже оторвались от земли и вытянуты в воздухе вперёд. Пространство между мной и мантикорой начинает разрываться от портального перехода и в следующий миг в меня летит что-то блестящее, с бульком падает рядом, и в двухметровом радиусе возникает защитный купол. Через какую-то секунду меня накрывает мантикора, полностью заслоняя собой свет. Уж это было лучше, чем если бы она разорвала меня на конфетти. Только, чувствую, что парочка седых прядей на голове всё же появилась.

Надо же, какой отличный защитный купол, даже не заискрил от тяжести мантикоры!

Мантикора издала разгневанный рёв и яростно заскребла когтями по куполу, но они беззвучно прошлись по магической поверхности. Зарычав, она спрыгнула в воду и обернулась к своему обидчику. Наконец и я могла увидеть Арцура — он стоял в боевой стойке, держа в одной руке клинок, а в другой секиру. Признаться, у меня дух захватило от этого воительного вида, хоть и он был в своей обычной одежде, но это оружие, боевая стойка и взгляд… Ох-х, да такой Арцур мне нравился ещё больше! И будет нравиться, если выживет он. А значит и я — эта мысль промелькнула в голове, когда мантикора набросилась на Арцура.

И вот сейчас я по-настоящему испугалась. Сердце перестало биться в груди. Дыхание прекратилось. Арцур был сконцентрирован на мантикоре, но мне так хотелось поймать его взгляд сейчас! Больше жизни, больше всего на свете, если это был наш последний час.

Блеск клинка, взмах секиры, прыжок, и мантикора протяжно взвыла. Арцур жив и уже вступает в бой. Всё, это главное!

Дальше я плела заклинание в относительном спокойствии и даже в подобие тишины. Мужчина махался с мантикорой, правда, я бы это назвала игрой в догонялки. То она догоняла его, то он её, то они вообще, как заклятые влюблённые спешили навстречу друг другу.

Чтобы меньше нервировать себя (да, чувства и эмоции вернулись, как и состояние вырванных кишков), я редко поглядывала на бой, всё внимание уделяя сохранению равновесия и концентрации над магией. С ней снова начались проблемы. Владела ей как в первый раз, она то и дело норовила раствориться у меня в руках или проявить свой характер, выходя из-под контроля.

В один момент голову сдавило тисками, от чего перед глазами всё поплыло, а органы чуть было не вылетели наружу. Помутневшим взглядом успела увидеть, как синие нити выскальзывают из рук, а ракурс стремительно начал падать. Полное окунание в ледяную воду я не почувствовала, лишь по смене картинки перед глазами поняла, что я медленно иду на дно. Глаза закрылись и теперь я чувствовала только опустошение и тоску. Словно у меня отобрали душу, самые лучшие воспоминания, что навечно засели когда-то в памяти, но их с корнем вырвали и выжгли то место, где они были.

Так вот оказывается, как маги теряют магический резерв: «Пух!» и нет части тебя. Ни боли, ни ощущений — ничего. Он просто сжигает себя сам, а оставшийся дым поднимается выше, затрагивая другие органы и обволакивает их смертью. Ко всему прочему, я ещё лежала на дне озера, не имея доступа к кислороду и медленно умирала, даже не чувствуя этого — «бонусный» результат потери резерва.

Интересно, Арцур вообще заметил, что я упала в воду? Он ведь по-прежнему дерётся за наши жизни с мантикорой, но вот только, теперь он борется исключительно за свою жизнь, так как мою уже ничего не спасёт.

До чего ж неожиданно было найти смерть в самый последний момент. А ведь на самом деле, она преследовала меня сегодня весь день: у источника земли я вошла в магически транс, огненный источник — это вообще сплошной риск смерти, так как гейзеры могли пробиться и под нами в любой момент. У этого источника я и без того простудилась бы, так ещё и эта мантикора… Но в итоге смерть приняла меня в свои объятья на дне озера.

Смерть — это слово словно начинает оживать, когда чувствуешь приближение этой самой кончины! Понимание, что расставание с жизнью неизбежно, начинает зарождать из последних сил только одно — желание бороться. Даже не ради себя, а ради Арцура, Мюриэль, может Валефора, родителей, если они не забыли про меня за столько лет…

Арцур ведь так и не наругал меня за те выпитые зелья, Мюриэль не рассказала мне о своих отношениях с Ральгартом, а я не рассказала ей про тот поцелуй с лучшим мужчиной моей жизни, да и вообще, я многое не успела ей рассказать! Валефор до сих пор ждёт треклятый посох, а дома меня ждут Бульон, метёлка, Айрин и Рион! Мой маленький котик ведь только нашёл свой дом! А Сон? Грифон Арцура? У меня с ним только заладились отношения!..

И об этих самых отношениях… Что было у меня с Арцуром? Что значили эти нежные слова, поцелуи, прикосновения? Вылилось бы это во что-то на много большее? Я знала точно, что полюбила иноземного алхимика всей душой, всем сердцем и разумом. Мне было уже невозможно представить счастливую жизнь без него. Без наших с ним споров, язвительных шуточек, взглядов и очков, которые постоянно сползали у него с переносицы. Но у меня теперь не было никакой жизни. Ни с ним, ни без него.