Чтение онлайн

Этот лес был сер и хмур, и не было ему дело ни до меня, ни до моей противницы — и если Василиса ждала получить от него помощь, то просчиталась.

И даже если она рассчитывала не на помощь, а только на то, что здесь у нее будет выигрыш в знании местности, то и здесь она ошиблась: реализовать это преимущество я ей не дам. Не тогда, когда меня ведет волшебный клубочек.

Ну почему она не могла полюбовно договориться? Давно бы уже обе получили, чего хотели! Тропа гладко ложилась под ногами, и я все спешила по ней все скорее и скорее, желая закончить уже со всем этим, подгоняемая злостью и досадой.

Вот мелькнуло меж ветвей лазоревое платье, и я вскипела азартом, поняла: догоняю! Выдыхается, ведьма!

Не устроила бы ловушки, ведьма.

Не подловила бы на горячке погони.

Страх мазнул крылом, заставил собраться. Но даже если впереди и впрямь ловушка, если усталость Василисы — притворство, это не меняло ничего. С меня хватит. Наше противостояние должно быть закончено здесь и сейчас.

И, словно отзываясь на эти мысли, расступились в стороны деревья, и на прогалине лицом к лицу встретила меня Василиса.

Видно, она тоже устала. И тоже решила, что хватит — разберемся между собой здесь и сейчас!

От полетевшей мне в лицо черной тени я прикрылась рукавом, и тень, вместо того чтобы меня иссушить, бессильно стекла по раскрывшемуся щиту, обдав меня запахом тлена. Швырнула в ответ клубящейся, злой сырой силой, с облегчением осознавая, что не подвела защита, выстояла, радуясь: раз Василиска в врукопашную пошла, значит, нет здесь ловушки!

…успела так подумать, и поняла, что проваливаюсь в тропу, и ушла уже по щиколотку в землю, не в силах сделать ни шагу, а прямо передо мной, постепенно проявляясь из-под морока, наливается силой – моей силой! – разрыв-трава.

Рыже-красные косы соперницы блеснули в тусклом солнечном луче, когда она гортанно вскрикнула и взмахнула руками… Я только и успела, что дернуть свою силу назад, вложившись в этот рывок всей собою.

Жахнуло так, что в ушах зазвенело. Полетел в лицо лесной сор, взвился вверх птичий грай.

Я отчаянно затрясла головой, заморгала, пытаясь прийти в себя. Звон в голове прошел, но зрение, кажется, пострадало: все вокруг словно белесой пеленой заволокло.

А, не, это пыль столбом встала. И сквозь эту пыль видно, что на месте, где букетик недоподаренной мне разрыв-травы лежал, пятно выгоревшее, а супротивница моя стоит, красивая, моргает, мелким мусором обсыпанная.

А потом ме-е-едлено, плавно, подломившись в ногах, падает на тропку.

Которая меня, кстати, больше за ноги и не держит.

Если это еще какая-то ловушка, то Василиса однозначно заслуживает первую премию за лучшую роль в театре одного актера!

Сил нет, как эта дура меня достала!

Я смотрела на поверженную соперницу и внутри не колыхнулось даже ни капли злорадства, ни удовлетворения. Было горько и досадно.

…Только что дальше-то с ней делать?

Убить не смогу. Оставлять здесь нельзя. Пока что она без сознания, но я уверена, что ее взгляд, когда она придет в себя мне не понравится. Она будет мстить, не чураясь никакими средствами.

— Булат, — позвала я, и конь чутко прянул ушами. — Отвези ее куда-нибудь подальше. Да так, чтобы обратно дороги не сыскала.

Переваливать с больной головы на здо… лошадиную, отличное решение, я считаю!

— Будет сделано, хозяйка.

Кое-как я взвалила бессознательное старушечье тело на лошадиную спину. Богатырский конь, как-то по особому припляснул на месте, грохнул копытами о землю и исчез во вспышке света.

Странно. Раньше таких фокусов за ним не водилось. Или это спецэффекты перехода на сверхсветовую скорость?

В лесу было тихо.

Оглушительно.

Я не сразу это поняла, но не пели птицы, не пищали комары, не жужжали мухи, даже деревья не шелестели. Я закрыла глаза и набрала в грудь воздуха, а потом медленно выдохнула.

И лес задышал.

Все хорошо.

Я справилась.

Смогла. Хоть никогда и не верила, что смогу.

И теперь…

Я потянулась мыслью, силой туда, где ныло и болело.

Уже не на поляне, в дружинном тереме.

Но плохо. Все плохо. Настасья не справляется. Никто не справляется.

Богатырская жизнь утекала из как песок сквозь пальцы и никто ничего не мог сделать.

Я стиснула зубы и зажмурилась, пытаясь удержать слезы.

Какое там “справилась”, когда самое главное не смогла?

Внезапно взметнувшаяся злость на саму себя придала сил.

Конечно, не смогла, если стоять тут и слезы лить. Легко говорить “я ничего не знаю” и “у меня лапки”. Легко искать себе оправдание. Вместо того, чтобы искать спасение.

Прошлая Премудрая, может, и не была такой уж мудрой, раз вместо себя притащила зеленую девицу из другого мира, но и дурой она тоже не была. Не стала бы она остаток жизни отдавать за ту, кто не выдержит местных испытаний.

И ведь права была.

С одним справилась, на очереди — другое. Еще более важное.

Когда белая лебедь грохнулась о подворье, превращаясь в саму меня, Гостемил Искрыч, карауливший на крыльце, аж подпрыгнул.

Я же взбежала по ступенькам, ворвалась в дом, взлетела на второй этаж.

— Плохо все, Гостемил Искрыч, — бросила на ходу. — Илью спасать надо.

Домовой охнул.

— Чем помочь, хозяйка?

Я застыла на мгновение, глядя на него.

— Не знаю пока. Но найду.

Волшебная книга.

Тяжелый том, сложная вязь полузнакомого шрифта. Если я возьмусь ее читать, то не только Илью не спасу, но и сама тут же и состарюсь, пока разберу, да переведу, да осмыслю.

Но ведьма я или не ведьма?

Ведьма!

Я положила ладони на обложку. Погладила.

Закрыла глаза, прислушиваясь. К себе, к силе вокруг, к…

Не знаю к чему. Но было что-то еще. Неживое дыхание. Беззвучный шепот. Пустое присутствие…

Неуловимо и в то же время ясно.

Я понимала, что мои чувства сами себе противоречат, но запретила рациональной сознательности вмешиваться в процесс. Не время, не место.

Есть ли в этой книге лекарство, которое поможет богатырю?

Тишина. Обложка под ладонями холодна и неотзывчива.

Ответ нет? Или то, что я делаю не работает?

Неизвестно, что хуже.

Хорошо, не лекарство. Есть ли заклинание, которое его спасет?

Чары?

Нет?

Зелье, заговор?...

Обряд, в конце-концов! Что-нибудь!!!