Чтение онлайн

– Ты этого не допустишь, – заявил он тоном, более годным для требования. – У тебя достаточно людей и возможностей, чтобы вернуть мое честное имя.

Диего чуть повернул голову в сторону говорившего, но удержал себя от ремарки относительно компетенции его высочества приказывать главе иного ведомства. Болезненное бесправие в течение долгих лет могло пока еще извинять Флавия, но в будущем нянчиться с ним Диего не планировал.

– Именно поэтому честное имя не нужно трепать обсуждением тайного брака, – заметил он с холодком. – Дождемся, пока время его обелит, затем тихо разыщем следы Леоноры.

Все нутро Флавия восставало против плана бездействовать – такого досуга ему хватило за многие годы с лихвою. Измученный скукой в тассирской золоченой клетке, пылкий боевой маг засел даже переводить с ладийского теологические трактаты для библиотеки южного владыки.

– Если она все еще больна, каждый день может быть решающим, – воззвал он к спутнику, именованному прежде другом. – Такого опоздания я не прощу ни себе, ни тебе, Диего.

Магистр помолчал, глядя на плавные движения гуляющих пар по широкому берегу. Расклад с фатальной задержкой для него был вполне приемлем, но не слишком разумно внушать это Флавию – в конце концов, дискурс пока еще идет о его жене.

Главе Земского приказа пришло на ум, что отчаянные розыски явились для царевича последней соломинкой – весь ближний круг его отягощен разломом формальных подозрений, даже мать и сестры не могут позволить себе прямодушную сердечность. Сам Диего предпочел бы вести с чудом возвращенным братом беседы иного рода, но должность диктовала и ему черствую каменную маску и большое внимание к заботам бывшего пленника в столице.

– Я учту это, отмеряя срок ожидания, – негромко сказал он, вставая с перил и поворачиваясь к реке. – И стриги уже бороду как человек, довольно провоцировать всех своим тассирским клинышком.

Было тошно от того, как сплелись в его поступках искреннее попечение о друге и надобность не упускать того из вида. Флавий отозвался в темноте утонченным смешком, говорящим о полном постижении картины.

Благородные мужи безмолвно проводили глазами "Русалку". Ярмарочные огни ее бортов отдавали кислой ностальгией по былому.

Примерка

В Итирсисе: 16 мая, вторник

– Кажется, рукава требуется еще нарастить, – задумчиво отметила Арис, глядя на Дария Дариевича в синей вязаной тунике.

Обнову оружейник натянул поверх собственной рубахи, так что дополнительный объем заставил манжеты подскочить до косточки запястья.

– Пожалуй, – согласился Дарий, вертя перед собою руку, – полотно почти невесомое, пусть уж оно закрывает больше.

Вязунья что-то рассудила в уме и, воротясь ко столу, заостренным углем приписала на схеме "+5 см".

Примерка совершалась в одной из мастерских "Острого оружия" на первом этаже. Небольшое помещение скорее напоминало сухой уютный подпол. Обыкновенно здесь велись "чистовые работы" по чарованию оружия, так что обстановка диктовала высокую секретность. Задорный луч пробрался через единственное длинное окно на самом верху – зато, падая, впечатался уж в самую середину квадратного стола. Рядом с пятном света покоился предмет особого попечения Дария – тассирский арбалет, отчет об изучении которого молодцу предстояло еще пополнить осмотром древесника и привести в должный вид. Под сокровенной тенью стен в шпажных стойках чаяли заботы магов новенькие клинки, рассортированные по длине. Над ними реял небольшой плакат: как видно, кого-то из мастеров стального кода декорировал рабочее место по своему вкусу. Девиз его гласил “Не дефект, а особливость”.

В утро вторника комнату отвели для Арис, впервые принесшей готовую тунику-артефакт. Кроили ее на Дария младшего и рассчитывали в дальнейшем провести блестящую демонстрацию в Оружейном приказе.

Вязунья обошла богатыря несколько раз по кругу, изображая большую озабоченность шириною туники и уточняя комфортность посадки. Строго говоря, все детали были ей давно ясны, однако ужасно не хотелось довершать примерку и переходить к следующей задаче, припасенной молодцем лично для нее.

Инициативный Дарий все еще занимался расширением ее маленького ремесла, для каковой цели то и дело требовал заполнять расчерченные листы. В этот раз он молил внести, сколько потенциальных заказчиц обратились к ней в апреле, сколько обсудили условия и сколько в конце концов оставили предварительную плату – это звалось, кажется, воронкою торга. Кроме того, про каждую покупательницу следовало завести отдельную таблицу характеристик.

Безусловно, это приносило свои плоды и уже позволяло Арис придирчиво выбирать заказы, но процедура таких отчетов стала тоскливой повинностью. Творческая натура, погруженная в узоры из пряжи и чар, исправно пыталась от нее уворачиваться. Дарий неуклонно эту натуру преследовал, мстительно отмечая про себя, что Виоле-то Базилевне важность составления отчетов доказывать бы не пришлось.

Девица с тоской покосилась на приоткрытую дверь. Путь к побегу был ей предательски отрезан – в утро получения авансового жалования оружейня полнилась кузнецами, скорняками и магами. Стоял плотный гвалт, перекрываемый по временам окликами эконома из казначейской комнаты. Он гневно стучал чарованными костями счет и отделял ладийские луны с великой неохотой, считая Дария старшего не в меру щедрым к бестолковым наемникам.

– Не толпитесь! – лютовал он. – Мзду всем выдам. Кликните пособника для зарядки, у меня счеты зависают.

Многих соработников Арис уже встречала, сумела даже завоевать некоторое признание магов, оказавших помощь в ее трудах. Однако она оставалась редкою девицей в сем оружейном сообществе, так что обращение простоватых коллег порой граничило с развязностью. В последние дни, когда упавший с плеч камень позволил ее красе несколько оправиться и расцвести, взгляды в свою сторону она отмечала чаще.

Наблюдая девицыны поползновения к побегу, молодой купец вздохнул и перешел в тайное наступление: чтобы несколько оживить вязунью, он вежливо осведомился, вполне ли здорова ее матушка.

Арис в самом деле сию минуту потеплела – тема, бывшая прежде самой тяжелой, обернулась приятнейшей. Она не превратилась, конечно, в щебечущую болтушку, но поведала оживленно, что причина болезни была выявлена чудесным образом и о возврате хвори можно не тревожиться.

Об этом Дарий уже знал из гордых историй Виолы, коими она пространно питала его слух на протяжении вчерашней прогулки. Однако коварство скрипки все еще немало его изумляло.

– Кто же хотел вашей матушке такого зла? – не мог он уложить в голове, покуда стягивал тунику.

Арис вполне резонно донимала матушку тем же вопросом – на диво, та не стала закрываться прошлыми тайнами и поведала иную фантастическую историю.

По уверенным словам Леоноры, виною была банальная зависть. В то время, когда она гастролировала со знаменитым оркестром, поражая воображение ценителей музыки по всей империи, ее слава первой скрипки не давала покоя скрипке второй. Талантливая, но не столь утонченная в музыке соперница, похоже, изыскала жестокий способ добиться своего. На прямое вредительство не решилась, но добытые где-то чары для скрипки очень скоро заставили Леонору вернуться под кров избушки, так ничего и не заподозрив.

– Счастье, что Себастьян Базилевич оказался столь чутким, – поделилась Арис. – На волне слухов я выбросила бы цветок, а скрипка могла снова накопить заряд от непрестанного чарования заказов рядом с нею.

– Поэтому принесенные вами тогда лоскуты потребовалось заряжать заново? – припомнил Дарий.

Он чуть было не уронил тунику комком на стул по молодецкой привычке, но хватился и даже показательно вывернул ее перед тем, как отдать вязунье.

– Тогда мы не придали этому значения, – согласилась она. – Странным образом цветок действовал только в первые день или два и больше никак не успел себя проявить. Вторично он стал активен в субботу вечером, хотя я обнаружила это лишь после свадьбы Селены. Тунику мне пришлось заряжать заново.