Чтение онлайн

— Верно! — согласился я. — Значит, план действий будет таков: кто-то из нас троих заберется на стену и запустит во двор парализующий газ. Одновременно с этим остальные выбивают ворота, и мы все врываемся внутрь ограды. Действовать необходимо предельно осторожно и максимально быстро. Возражения есть?

— Да, только одно, — сказал Тим Ларо. — Маневр с газовыми шашками нужно поручить Ламу Хонгу.

— Почему?

— Ну, во-первых, он самый маленький и самый незаметный из нас, — охотно объяснил Тим, — а во-вторых, у него это получиться лучше, чем у кого-то из нас. Он прирожденный скалолаз.

— Согласен, — кивнул я. Обернувшись, сделал призывный знак Ламу Хонгу.

Маленькая фигурка тут же отделилась от скалы и кошачьими прыжками кинулась к нам, неизвестно как сохраняя равновесие на скользких камнях. Тим Ларо тем временем не спеша, распаковал свой рюкзак, и достал оттуда два небольших, выпуклых снизу диска — газовые шашки. Через минуту Лам Хонг достиг нашего укрытия, сел на камни рядом, тяжело дыша. Тревожно осведомился:

— Как дела?

— Дела неважные, Мышонок, — хмуро отозвался Тим Ларо, аккуратно протирая рукавом куртки вспотевшую поверхность пластмассового диска.

Заметив в его руках газовую шашку, Лам сразу все понял. Осторожно поинтересовался:

— Будем брать штурмом?

Тим Ларо отложил в сторону шашку, внимательно посмотрел на него, затем перевел взгляд на меня. Я утвердительно кивнул. Похлопал Хонга по плечу.

— Вся надежда только на тебя!

— Вы это серьезно? Без шуток?

— Какие могут быть шутки в такую минуту, Мышонок! Видишь, какая стена? Проникнуть внутрь монастыря можно только через ворота, которые, сам понимаешь, никто не собирается гостеприимно распахивать перед нами. Значит, придется прибегнуть к излучателю. А во дворе наверняка есть люди, и они тут же забьют тревогу, и вся наша операция провалится.

Дальнейший план действий объяснять Ламу не пришлось. Он остановил меня протестующим жестом руки.

— Понятно! Нужно забраться на стену и кинуть им этот «подарок»? — Хонг указал глазами на шашку, лежавшую на коленях у Ларо.

— Да. Мы подумали, что ты справишься с этим лучше других.

Лам выглянул из-за нашего укрытия и быстрым взглядом окинул монастырскую стену.

— Что? Страшновато? — добродушно усмехнулся Остин.

— Нисколько! — холодно возразил вьетнамец. — Для Лама Хонга нет ничего невозможного!

— Рисуешься! — уверенно заявил Тим Ларо.

— Я?

Лам быстро взял у него тускло поблескивающий диск, прикинул его вес на ладони и вскочил на ноги.

— Только будь предельно осторожен! — предостерег его я. — В любом случае, мы тебя подстрахуем.

— Не волнуйся, Максим! Сделаем в лучшем виде! — заверил вьетнамец, лукаво улыбаясь. Он повернулся спиной к Ларо. — Давай, Тим!

Ларо проворно извлек из его рюкзака пневматический пистолет с гарпунной насадкой и десятиметровым запасом прочного троса. Хонг взял пистолет и быстро побежал к стене монастыря, а мы втроем тревожно наблюдали за его проворными движениями. Оказавшись в двух шагах от стены, Лам прицелился, и выстрелил вверх. Зазубренный стальной крюк зацепился за камни на высоте четырех метров. Опробовав прочность троса, Лам стал без кажущихся усилий взбираться на стену. Я, не отрываясь, следил за ним. Как только он достиг верха, я поднял руку: пора! С этой минуты действовать нужно было слаженно и стремительно. Быстро закрепив на шее сенсор переговорного устройства микрорации, я выхватил излучатель, и ринулся к воротам монастыря, стараясь не поскользнуться на обледенелых камнях. Остальные ребята неотступно следовали за мной, прикрывая друг друга от возможного нападения со стен. Уже у самых ворот, шедший за мной, Тим Ларо крикнул:

— Сильный ветер! У нас ничего не выйдет! Газ сдует в пропасть.

— Нет. Внутри рассев будет меньше, — заверил его я и скомандовал остальным. — Всем надеть биофильтры и включить рации! Общаться только по радио на аварийной частоте. Прикрывать друг друга. Внутри использовать только парализующие патроны. Мы должны взять всех живыми!

Я снова посмотрел наверх. Лам уже добрался до края стены и, зацепившись за выступ, осторожно заглянул во внутренний двор. Я почувствовал, как сердце замирает в моей груди. Прошло несколько секунд, прежде чем Лам Хонг стремительно швырнул за ограду газовую шашку. Все, вперед!

Тонкий луч боевого излучения вышиб каменные плиты, служившие воротами монастыря, расколов их на мелкие кусочки. В густом облаке дыма мы ринулись в образовавшийся проход, теснясь между каменных стен. За воротами, в сизых клубах парализующего газа, с трудом различались какие-то постройки в несколько этажей, отделявшие внутренний двор от обрыва. Все они шли, как бы ступенями — крыша нижних этажей служила открытой террасой верхним. Квадратные в сечении, потемневшие от времени и сырости, балки перекрытий поддерживали навесы, выложенные узкими плитками песчаника. К верхним этажам вела длинная галерея, с обоих концов которой были расположены крутые осыпающиеся лестницы. Справа во дворе просматривались приземистые постройки, вокруг которых возвышались каменные ступы. Но нигде, к моему удивлению, не было видно людей. Наша «газовая атака» оказалась напрасной.

Почувствовав некоторое разочарование и замешательство, я быстро разделил своих людей на три группы, поставив каждой свою задачу. Тиму Ларо достался верхний ярус ступенчатых построек и весь двор с сооружениями на нем. Риг Остин со своими ребятами должен был взять на себя дальние храмовые развалины на плоском уступе скалы. А я вместе с Тосико, Ахмедом Кади и еще четырьмя ребятами направился в низкий храм с расписными колоннами и балястрами, стоявший ближе всего к обрыву. Главное сейчас — действовать быстро и слаженно, чтобы не дать возможности обитателям монастыря оказать нам серьезное сопротивление. Ведь численное преимущество было на их стороне. В эти минуты я подумал о резервной группе особистов, которую вслед нам должен был направить Влад Стив. Ее помощь сейчас была бы не лишней, но эта группа находилась в пути, и рассчитывать нам нужно только на себя.

Пригибаясь, мы нырнули в низкие створки, служившие входом в храм, и сразу же оказались в лабиринте темных коридоров, мрачных тупиков, гулких залов с нависающими сводами и десятков заброшенных келий с узкими оконцами. Осмотревшись, двинулись по одному из коридоров, заглядывая по пути в пустые помещения. Одна холодная келья, другая, третья. Коридор повернул влево, короткая лестница с шаткими ступенями, ведущая на пол этажа вверх, и снова длинный коридор. Тупик. Мы повернули назад, и пошли по боковому проходу, где было значительно больше крохотных комнаток, окна в которых были заложены нетесаными камнями. Похоже, когда-то здесь располагалось нечто вроде продовольственных складов: вдоль стен стояли потемневшие глиняные кувшины, были свалены какие-то тюки из полуистлевших шкур. И снова мы уперлись в тупик! Быстро свернули направо и неожиданно, через несколько шагов, оказались перед алтарной стеной. Вся она была покрыта росписью.

Я узнал буддийские изображения хранителей четырех стран света, семи сокровищ, предлагаемых человечеству, среди которых особо выделялось изображение чудесного камня на небесном коне. Как зачарованный, я застыл перед этим изображением, подсвечивая стену фонарем. Ребята остановились за моей спиной. Ахмед Кади тяжело дышал мне в плечо, видимо, не меньше меня, пораженный увиденным.

Вдруг Тосико потянула меня за руку, уводя куда-то в сторону, и что-то тревожно шепча мне на ухо. Еще не поняв в чем дело, я недовольно воззрился на нее, но она, не обращая на это внимания, тащила меня вперед, пока мы не оказались в каком-то огромном зале с низким каменным сводом. Посередине его стоял длинный деревянный стол, уставленный огнями. Вдоль стен — тоже вереница огней, и все это море огоньков тревожно колышется и мерцает, подернутое облаком душных курений, сжигаемых в кадильницах.

Черные тени плясали на стенах, делая отвратительными и ужасными развешанные повсюду ритуальные маски, грозившие нам страшными оскалами зубов. Но еще более ужасающей показалась картина, открывшаяся нам дальше. Сделав несколько шагов вглубь зала, мы увидели сразу же за столом несколько десятков человеческих тел, одетых в одинаковые серые балахоны. Все они лежали прямо на каменном полу, скорчившись и уткнувшись лицами друг в друга. Было достаточно беглого взгляда, чтобы понять какой мучительной смертью умерли эти люди.