Чтение онлайн

– Мистер Ор...

И сразу же другой, до дрожи знакомый голос, спокойно:

– Мастер Петр! Знаешь, а я рад тебя видеть!

Черно-серое небо стало еще более черным и, казалось, опустилось ниже ближе к черно-серой земле. Или не земле?.. Петр не мог назвать то, на чем они сидели, землею: все-таки понятие это обязательно ассоциировалось с маленькой голубой планеткой, вращающейся вокруг тоже маленькой раскаленной звездочки по имени Солнце. А здесь ни намека на солнце - пусть даже со строчной буквы!
– не обнаруживалось. Свет - и он какой-то серый - вырывался из-за далекого горизонта и тускнел, удаляясь к зениту, как будто Петр, его визави и всё кругом находилось на огромной и плоской крышке некоего абажура, а тусклые электрические лампочки были кем-то ввинчены под ним. Кем ввинчены? Богом?.. Нет ответа, нет и не будет. И тот черный, словно расплавленный и опять застывший камень - или все же стекло?
– который, собственно, и являлся поверхностью абажура, не походил ни на что земное. Там, где Ханоцри прятал детей, - как рассказывали и Иешуа, и Мари, - там все было понятнее и привычнее глазу: почва, трава, здания, небо, ветер. Ну, может, тоже не совсем Земля, Не родная, обжитая, исхоженная и излетанная, но вполне легко представить себе ее неким вариантом привычного мира в иных пространственно-временных координатах. И бедняга Нгамба тоже Не слишком удивлялся тому, что увидел позади пятна. Что увидел, о увидел? Своего рода действительность. Трудно воспринимаемую, но реальность. Параллельный мир. Здесь, но - не здесь.

А это - вообще не здесь. Ничего параллельного!..

Или у Петра не хватало - вот ведь вдруг!
– умения признать Реальным фантастическое?..

Да, кстати - о Нгамбе!

– Это что же, Дэнис, - озабоченно спросил ен, - мы е вами тоже постареем? Как Нгамба?

Как будто он и не удивился, встретив именно бывшего босса в ином мире, в ином измерении, как будто он только и ждал его, прямо-таки рвался на встречу, чтобы задать единственный мучивший его вопрос. И задал.

Дэнис, комфортно устроившийся на стеклянно-каменной поверхности полулежа, опершись на нее локтем, а ладонь подложив под голову - ну прямо как на травке где-нибудь под Довилем, засмеялся в ответ:

– Я себе не враг, Мастер. В этом мире время идет с той же скоростью, как и в нашем родимом. Если как и отличается, то минимально. Здоровью не вредно, я своим спецам верю.

– Значит, есть спецы и по иным мирам?
– спросил Петр, усаживаясь на "абажур" по-турецки или, если угодно, по-йоговски - скрестив ноги кренделем.

– Всякие есть, - уклончиво сказал Дэнис.
– А какие тебе нужны?

– Такие, чтобы вернули Нгамбу в прежнее состояние.

– Омолодили, что ли?
– хохотнул Дэнис.
– Такие, дорогой Мастер, мною пока не придуманы. За полной ненадобностью. Состарюсь, стану слабым и вздорным старикашкой - придумаю. А Нгамба... Да не стал бы я его омолаживать: во-первых, мужик противный, склочный, а во-вторых, тебе - урок. Впредь не будешь работать против Службы, которая, между прочим, сделала из тебя человека.

– Человека из меня сделали мама и папа. А против Службы я не работаю. Что мне до нее? Было и сплыло. Считайте меня, Дэнис, уволенным по собственному желанию.

– От нас по собственному желанию не уходят, Петр, и ты это знаешь отлично. От нас по собственному желанию выносят, фигурально выражаясь, вперед ногами. Но такой финал вряд ли тебя устроит. Как и меня, впрочем.

– Вас-то почему?

– Потому что - при всем уважении к твоим маме и папе - именно я считаю себя автором произведения под названием "Мастер Службы Времени". Именно в Службе твои способности развились до степени, которая позволила тебе стать одним из силь нейших. Не самым сильным, нет, но одним из. Именно Служба дала тебе возможность и право заниматься делом, которое ты любишь... или любил, по крайней мере... более всего в жизни. Это не только мое мнение - это и моя информацияо тебе.

– "Колпак" Дэниса?

– Да как ни назови!.. Плохим бы я был шефом самой могущественной и самой таинственной в современном мире структуры, если б не знал всего о тех, кто суть ее руки. Или, точнее, щупальца. Подчеркиваю: всего! С кем спишь, что ешь, о чем думаешь, что видишь во сне, что запланировал на завтра или на будущий год, в чем и как решил навредить мне...

– Лично вам?

– Я, милый дружок, эту Службу с пеленок растил, холил, формировал. Я-ее папа и мама, если воспользоваться твоими терминами. Иначе: Служба - это я.

– Был во Франции в семнадцатом веке такой император - Людовик Четырнадцатый...

– Государство - это я? Слыхал, знаю. Милый был император, куртуазный, что и говорить, но ведь неудачник, как и большинство из них. Как и Наполеон, кстати, который тоже не сумел просчитать все возможные варианты судьбы...

– Как и вы, Дэнис, как и вы. Службы-то вашей больше нет и уже не будет. Рожайте другого ребеночка, готовьте ему пеленки, погремушки, соски. Вырастет на старости лет стакан воды подаст. Надейтесь.

– А вот тут ты ошибаешься. Мастер. Воду я не пью, предпочитаю вино. Это нас роднит с твоим Нгамбой. А Служба жива и помирать не собирается, не дождешься. Ну, может, с понятием "время" стало напряженно, но во всем остальном...

– В чем остальном? Что вы имеете в виду?

– Ага, заело!.. Время, Мастер, в нашей работе было, конечно, главным, но, поверь, не самым интересным. Возможность передвигаться по нему я считал только инструментом для достижения иных целей. А вот цели эти нигде не объявлены, они-то - самая главная тайна Службы. Заметь: просто Службы - безо всяких добaвлeний.

– И кому же я служил, а, Дэнис? И кому вы служите?

– Хороший вопрос, наконец-то А то все по верхам да обочинам... Ты служил мне и только мне. Все твои броски были шагами по лестнице, ведущей, вопреки расхожей поговорке, именно вверх.

Как, впрочем, и броски других Мастеров... А я никому не служил Петр. Разве что одной простенькой идейке: сделать наш поганый мирок почище да поуютнее.

– Мессия Дэнис? Новое имя в истории религии... Ваша идейка ничем не отличается от таких же, но вынашиваемых всеми ветхозаветными пророками. Да и наш с вами новозаветный - не в стороне...

– Иешуа?.. Согласен. Он тоже. И остальные в одну дуду дудели, верно. Но средства. Мастер, у нас разные. Со всеми. Кроме, может, нашего с тобой новозаветного.

– Ну, так пообщайтесь с ним. Зачем все эти страшилки: шпионы, взрывы, наезды на Храм, переходы в параллельные пространства?.. Купили бы себе путевочку в страну Храм, приехали бы, сели и побеседовали с Мессией. Он это любит, он добрый, не обидит. Даже вас.

– Мне с ним беседовать. Мастер, как-то не хочется. Не спец я по душеспасительным беседам. У меня, как у помянутого мной Наполеона, все примитивно просто: упал - отжался. Шаг в сторону - побег... Мне нужно, чтоб он работал на меня. Как ты.

– Я на вас не работаю. Заметили?.. Заметили, заметили, иначе не стали бы устраивать фейерверки, чтобы выманить меня из берлоги. Да вы точно и не знали небось, здесь я или остался вместо Иешуа в первом веке. Апостол Петр, глава первохристианской общины, - это ведь про меня, Дэнис. Читали?.. А Иешуа ни на кого не работает, уж так он устроен. В том числе и вами со мной устроен. Матрица. Такая своенравная хреновина!.. Не забыли?

– О матрице?.. Что ты знаешь о ней, Мастер? Ты думаешь, она была придумана неким Умником - есть такой у меня в команде и был всегда, действительно Умник, с большой буквы Умник, - так вот, придумана и использована в формировании Иисуса Христа из двенадцатилетнего сына назаретского плотника, так?.. А потом информация о ее существовании была стерта из памяти всех знавших, кроме того же Умника, меня и тебя, так?.. Ну, думай, думай, я тебе не помеха...

Темнело катастрофически скоро. Казалось, лампы под "абажуром" гасли одна за другой, и серый свет, вырывавшийся из-за идеально круглой - с Петром и Дэнисом в центре - поверхности видимого мира, пропадал целыми секторами. Петр уж и Дэниса еле видел.

– Однако пора мотать отсюда, - сказал Дэнис озабоченно.
– Ночью здесь делать нечего, темно, как у твоего Нгамбы в заднице, так что вставай, не рассиживайся. Минуты три осталось...

Тяжко кряхтя, поднялся. И Петр встал. Откуда-то выплыла давешняя сине-серая масса - дверь домой.