Чтение онлайн

Он выудил из-под плаща что-то маленькое и протянул мне. Заметив отразившееся на моем лице подозрение, добродушно бухнул:

— Бери, бери, эта штука не кусается. Она волшебная, но не несет угрозу. Ни скверны, ни порчи, никаких скрытых проклятий. Когда захочешь меня увидеть, дашь знать. Просто потри ее, назови мое имя и скажи, когда и где ты бы хотел со мной увидеться. Я услышу. Но только заклинание на этой монете одноразовое. Воспользоваться можно лишь единожды. Запомнил?

Я заворожённо рассматривал монету, которую он мне дал. Смотрел и не мог поверить тому, что я видел. Она была довольно крупной, увесистой, из серебра, потёртой и отполированной за уйму лет чуть ли не до зеркального блеска. По-своему истолковав мое замешательство, Франк пояснил:

— Не удивляйся. Подобной монеты ты в жизни не видел, даже не гадай. Это очень древняя штука, оставшаяся в нашем мире ещё с времен до Катаклизма. Ей больше трёх тысяч лет.

— Откуда она у тебя? — невольно вырвалось у меня. Я бережно спрятал монету в карман штанов, к мешочку с деньгами.

Франк сложил толстенные руки на могучей груди и рыкнул:

— Думаю, ты уже понял, что я не могу ответить тебе на этот вопрос. Как и рассказать о многом другом, о чем ты наверняка хочешь спросить… Ты мне понравился, дворянин Алексей. Пусть твой Бог прибудет с тобой. Возвращайся в свою каюту. И никому не говори, что ты видел. Прощай.

Хлопнув дверью, он вышел в освещённый судорожно помаргивающими в такт урагану стеклянными шарами коридор. Через минуту, не в силах больше оставаться в этой каюте, я выскочил за ним, прикрыл дверь и чуть ли не бегом направился к себе.

Франк немного ошибся. Пусть я лично никогда не держал подобных монет в руках, и не видел воочию, но я знал, что это за монета! Пусть и надписи на ней истёрлись, не позволяя точно назвать дату, пусть герб поблек и уже не был сильно впечатляющ… Но я понял, что он мне дал монету Российской Империи времен царицы Екатерины Великой достоинством в один рубль! С профилем императрицы с одной стороны и двуглавым орлом с другой! Значит ли это, что в этом мире история развивалась параллельно почти один в один нашей? Или же это не альтернативный нашей земле мир, а далёкое и отнюдь не радостное будущее, в котором я оказался?! Монета породила кучу новых вопросов, голова пошла кругом, да еще этот обёртыш чертов и буря, что грозила разломить наш кораблик как хрупкую скорлупку…

Ввалившись в свою каюту, я заперся, бросился на койку и сунул голову под подушку, прячась от стихийного рева за бортом. Сейчас едва миновал полдень, но казалось, что подступает ночь. Я зажмурился. Черт, как же я хочу домой.

Буря утихла только к вечеру. Или же мы просто прошли через неё, не знаю. Так или иначе, наш корабль резко вывалился из грозового ураганного фронта на темно-синий, но спокойный и благостный воздушный простор, оставив разгул чудовищной стихии позади. Дирижабль набрал потерянный ход, в рупоре громкоговорителя вновь зазвучал уставший, но не скрывающий сдержанной радости голос капитана, возвестивший, что наше судно успешно выдержало бурю и мы идём прежним курсом, правда с опозданием на три часа.

Я ворочался на кровати, вздрагивая вместе с кораблём, в муторной полудрёме, до самого окончания шторма. Поужинал остатками завтрака, попил воды и почувствовал себя не в пример лучше. Зашторил иллюминатор, зажег лампу и снова принялся рассматривать подаренную мне таинственным охотником на монстров монету. Я чувствовал в ней частичку родного мира, не знаю почему. И решил, что этот серебряный рубль станет моим талисманом. В конце концов это была единственная по-настоящему ценная и лично моя вещь в этом мире. Пока что. Пока я не вернулся в Родовое имение Бестужевых. Да и то… Я не он. И все, что я найду в доме наследника проклятого Рода, по факту тоже не мое… А вот эта монета… Я крепко стиснул ее в кулаке. И ощутил, как она чуть нагрелась. Грифон на моей спине погрузился в спячку. Что пока меня более чем устраивало.

Завтра, уже завтра я высажусь в Столице. Найду Главное здание Ордена Часовых… Или же мне нужно будет вернуться сначала в Академию, а там уже пусть умные головы решают, что со мной делать и куда мне идти? Вряд ли такая мелкая сошка как я, которая ещё и не Часовой по присяге, вызовет повышенный интерес в главном штабе Ордена. Решено, отправлюсь в Академию. То-то Герман и Лада обрадуются! Ну, во всяком случае я рассчитывал на это. Их, да погибшего Сойку я так или иначе считал своими друзьями, вместе пролившими кровь и побывавшими на краю гибели. Надеюсь, они добрались до Академии быстрее и куда как благополучнее чем я.

При воспоминании о Ладе в моем сердце ничего лишнего не шевельнулась, внезапно понял я. А ее облик застило скрытое полумаской удивительное, загадочное и прекрасное лицо предсказательницы из Кромлеха Альбины Троекуровой. Я усмехнулся. Да уж, не будь я дворянином, а она такой неземной, недостижимой особой, с которой хотелось сдувать пылинки… Хотя, как говорят, в тихом омуте черти водятся. Но я не хотел и мысли допускать, что эту поговорку можно применить к моей знакомой гадалке…

Франк… Очень загадочный и престранный человек. Я чувствовал в нем нечто, что одновременно притягивало и пугало. Но пугало с каким-то детским восхищением, словно он был пришельцем из иных миров, позволившим с собой познакомиться и слегка прикоснуться к себе. Да и вообще человек ли он? Я так и не увидел его лица. В его облике было много непонятного, да и много вопросов он оставил. Один ли он работает или тоже принадлежит к какому-то сообществу, наподобие Ордена Часовых? Очень любопытно. Я пока еще слишком мало времени провел в этом мире. А уже столько всего накопилось.

Последней проведённой ночью на борту «Архангела Гавриил» я стал свидетелем еще одной удивительной, пугающей и жуткой картины. Позже, погрузившись в очередные сумбурные размышления, я понял, что, пожалуй, еще ничего не видел страшнее в этом мире. И, осознав, что с этим страхом мне придётся жить и сталкиваться практически всю оставшуюся жизнь, пришел в ещё больший ужас. И, наверно, именно тогда я все же решил для себя, что во что бы то не стало постараюсь тут выжить. И не просто выжить, барахтаясь на поверхности существования, а занять достойное место, стать независимым от других, доказать, что мой Род так же достоин большего, а я не пожива для пришлых тварей, не ведьмин выкормыш и не пушечное мясо. Именно тогда я дал себе слово дворянина, слово наследного аристократа, просто слово человека, что сам буду строить свою судьбу. Я сам, своими руками и поступками, и никто не сможет меня остановить.

Это произошло немногим за полночь. Я, как и подозреваю, большинство пассажиров корабля, мирно спал в своей постели и набирался сил на завтрашний день. Ничто меня не тревожило, не донимало. Глубокий ровный сон без сновидений. И я снова проснулся от резко взявшего меня в оборот ощущения неведомой опасности. Рисунок между лопатками начал будто накаляться, прожигая мою многострадальную кожу.

Я открыл глаза, моментально просыпаясь и с бешено колотящимся сердцем подскочил на кровати. Убедившись, что в дверь никто не ломится, прислушался к внутренним ощущениям. Мой заточенный в незримую магическую клетку грифон словно рвался на волю. Откуда-то грозит опасность. Я бросил рассеянный взгляд в сторону иллюминатора. За толстым стеклом проплывала глубокая бархатистая ночь. И тут… И тут я увидел невероятную картину. Подумал ещё, один ли я проснулся в этот тёмный, ведьмин час, чтобы иметь сомнительное удовольствие насладиться проявившимся там, где-то далеко от нас, почти на самом горизонте зрелищем.

Мы шли относительно низко, ночь была чиста и прозрачна, ярко светили звёзды и убывающая луна. А ночь становилась все светлее и кошмарнее. На меня начали накатывать волны прямо-таки первобытного страха, перекручивая внутренности и заставляя в панике метаться разум. Боже, что же я вижу?!

Не знаю, на каком расстоянии от нас, но в пределах видимости, в темноте внезапно стало мерцать призрачным зеленоватым светом огромная окружность, словно на земле ни с того ни с сего проявился большущий, пропеченный потусторонним огнём диск. Он наливался мертвенно-зеленоватым сиянием, разрастаясь все сильнее, а затем внезапно потух. Я до боли выкручивал шею и напрягал зрение, пытаясь увидеть больше, пока это неведомое зрелище не осталось за бортом продолжающего движение корабля.

Из образовавшейся проплешины прямо ввысь, освещая ночь судорожными мечущимися всполохами, ударили ветвистые молнии. Они корчились, словно невероятных гигантских размеров электрические дуги, заливая все вокруг неестественным голубовато-зелёным светом. Страх, ужас с такой силой накатили на меня вновь, что захотелось забиться под кровать и не вылазить оттуда, зажмурив глаза и свернувшись калачиком. Моя спина буквально горела, а я все никак не мог оторвать остекленевших глаз от того, что видел.