Чтение онлайн

– Может он видел нас с Ксеней и подумал, что мы сёстры?- мелькнуло у меня в голове.

– Она сейчас работает в магазине одежды,- машинально ответила я.

От старика отчётливо воняло подземкой. Может он спал в коллекторах? Интересно, а морлоков он не боится? А может он сам их шпион в зоне?

– А ты пришла постричься?- дед кивнул в сторону парикмахерской.

– Нет, просто гуляю. А что?

– Вы должны быть вместе. Иначе ничего не получится.

– Чего не получится?- старик снова казался безумным.

– Съешь конфетку,- оборванец поковырялся в кармане и протянул мне леденец на палочке покрытый крошками.

Рука была грязная. Конфета подозрительная. И вообще, все тут имели шанс оказаться убийцами.

– Почему не этот чокнутый дед?- придумала я себе страшную рассказку,- может этими сластями он накормил наивных детишек, а потом отнёс к парикмахерше, которая тренировалась на них как скрыть ожоги макияжем? Вот же бред сивой кобылы!..

И всё же я покачала головой.

– У меня диабет,- придумала я тупую отмазку,- мне пора, дедушка.

И быстрым шагом, стараясь не оглядываться, пошла вдоль улицы обратно. Краем глаза я заметила, что парикмахерша не спускает глаз с меня и старика. Тот семенил следом, и мне пришлось прибавить шагу. Наконец он остановился и стал громко говорить о чём-то. Видимо, его отвлёк от моей персоны воображаемый дружок в голове. 

Тимур ковырялся в машине, прикидывался неопытным автолюбителем. Я, продолжая посвистывать, пристроилась рядом на бровке.

– Эй, девочка, подай ключ, пожалуйста,- громко попросил он, поскольку мимо ковыляла старая наркоманка с целофановым мешком, полным подгнивших помидоров.

– Да я тебе, дядя и с машиной помогу, только ручку позолоти.

– А что ты можешь, детка? Я и то разобраться не могу..

– Подвинься дядя, я много не возьму. Меня отец научил в машинах разбираться.

Я нахально отодвинула Тимку от машины и полезла под капот. Он нагнулся за мной следом. Тётка, уставившаяся на нашу возню, быстро офигела от моей подкованности и, приболев башкой от обилия незнакомых терминов, поплелась дальше по своим делам.

Как только улица опустела, мы оставили в покое совершенно здоровый механизм и устроились в салоне. Я, на всякий пожарный, улеглась на заднее сиденье и быстро пересказывала Тимуру происшедшее за сутки.

– В общем у меня трое подозреваемых - Вдова, парикмахерша и двинутый старичок,- подытожила я,- если есть возможность наведи справки про всех.

– Справки навести я могу только про парикмахершу, хоть сейчас прямо. А всех остальных, прости, я не знаю. Ни имён, ни чипданных. Картотека наркоманов у нас неполная. Сначала, когда, от страха перед вирусом, начался полный беспредел с законом, никто даже не думал вести записи по вывезенным за территорию города и лишённым гражданских прав. Только когда начали ставить чипы и привели в порядок новое законодательство, нарушители стали попадать в официальные данные. А Вдова, судя по всему, чипа вообще не получала.

– А старичок?- я на минуту задумалась и обратилась к Сильверу.

То задание, которое я ему дала давным давно - считывать чипы всех, с кем я общалась, он выполнял. Только пока мне как-то не приходилось воспользоваться этим.

– Был ли чип у психа с торговой улицы?

– Нет,- Сильвер ответил так быстро, как будто ждал вопроса,- про Вдову я мог сказать тебе тоже самое. Ты не спрашивала.

– Ладно, узнай пока что можешь,- попросила я Тиму, но он уже подключился к системе. Машина была служебная и комп в ней был напрямую завязан с закрытой системой полиции.

– Ты не поверишь,- сказал он, оторвавшись наконец от монитора.

Прошло минут десять и я уже успела уесть тормозок, который мне привёз мой "куратор" и соскучиться от болтания ногой в воздухе.

– Я доверчивая,- соврать мне не проблема, тем более пошутить на тему.

– Ты только послушай.. Ольга Николаевна Лещинская - старший научный сотрудник той самой лаборатории, про которую ты говорила. Работала под началом доктора наук Павла Сергеевича Лещинского, её мужа. После нападения на лабораторию он числится без вести пропавшим. Она долгое время находилась в больнице. Получила права гражданки, унаследовала парикмахерскую сестры, которая умерла от заражения вирусом, находясь в туристической поездке. Дочери близнецы считаются погибшими вследствие эксперимента. Якобы не довезли до больницы. Но там история не подтверждённая. И вообще, с этим эксперементом дело тёмное. Мать правда особо не спрашивали. Не до того было. Отец исчез. Документы похищены или уничтожены при нападении.

– Ничего себе,- только и сказала я,- это что же получается, Вдова может быть одной из дочерей парикмахерши и обе могут быть подозреваемыми в убийствах. Интересно, знает ли каждая из них, что другая жива? Связаны ли?

– Если знают, то у них нет мотива убивать. С какого бодуна, находясь в покое столько лет, они бы вдруг занялись убийствами? Для такого события толчок нужен. Но дочерей при этом она должна считать мёртвыми. Для неё это единственный фактор стресса на фоне известной нам картины убийств. А Вдова с чего бы мозгами двинулась, вообще не ясно. По твоему рассказу не скажешь, что она слишком сентементальна.

– Ожесточилась от такой жизни. Да и знаешь, забыла тебе сказать, штуку я у неё видала одну странную. Аппаратик такой за ухом, голубенький. Он к эксперементу отношение имеет. Дружок её сказал, что нашли его в сейфе, в лаборатории. А что они там открывали, что собственных детей как собачек лабораторных использовали, один бог знает. Может эта штуковина одну сестру убила, а другой сейчас мозги ломает.

– Всё возможно.. Сегодня ночью может появиться следующая пара трупов. Ты уверена, что место, где вы ночуете безопасно? За парикмахершей я погляжу, но всю зону мне не отследить. Со мной нет пары десятков оперативников. Я один. И как говорить со Вдовой тоже тебе самой решать. Меня не будет рядом. Попробуй узнать известно ли ей, что мать жива. Всё равно за сегодняшний день убийцу не вычислить.

– Да я уж поняла. В зоне десятки наркоманов, я только с двумя успела познакомиться и уже в трёх соснах плутаю. Думаешь он нашёл новую пару? Ну, если на нас не нацелился, конечно.. Хотя мы пришли только вчера, у него уже должен был быть план на сегодня. Он же не мог заранее знать, что мы нарисуемся так удачно.

– Ню, ты посерьёзнее, пожалуйста. Мне совсем не хочется увидеть вас двоих в макияже. Кстати, как девочка?

– Девочка.. хорошая.. домашняя, наивная. Попалась на удочку, как глупый окунёк. Хотела что-то любимому папочке доказать. А он вчерашний день искал, а сегодняшний потерял. Я хочу после всей этой катавасии попробовать переломать её. Обращусь к Китайцу. Поможешь?