Чтение онлайн

Единственными жителями этого, жутковатого даже днём, места были наркоманы. Впрочем слишком долго они не заживались. Поэтому, даже не слишком большая по размеру, "сталкерская зона" не страдала перенаселённостью. Когда меня и тоненькую, трясущуюся от ломки и ужаса, девчонку в одинаковых серых робах оставили на пустой улице, зловеще тихой, после быстрого отъезда автозака, я подумала, что маньяку не прийдётся сильно стараться, чтоб сделать нас двойняшками. Мы и так были похожи почти как сёстры. Только выражение лица, как я не старалась, у меня было скорее злым и настороженным, чем испуганным.

Тимка втолкнул меня в автозак с тыльной стороны полицейского участка, где, в маленьком дворике-колодце, стояли спецавтомобили, но глухая стена без окон не давала возможности, не посвящённым в нашу операцию, сотрудникам увидеть лишнее. Тем не менее, до самого момента, когда фургон стал сдавать задом в ворота, чтоб мгновенно выехать после подсадки, мы ждали в машине Тимура. Едва автомобиль стального цвета въехал на стоянку, я оказалась за ним. Мой конвоир открыл двери, опустил лесенку и, когда я поднялась, ощутимо толкнул меня в спину.

– Чтоб ты сдох, козёл,- очень естественно выругалась я, чуть не зарывшись носом.

– А ты поменьше открывай свой поганый рот, наркоша. Ещё успеешь за нормальными людьми соскучиться. На скамейку, поганка,- крикнул он, ткнув в мою сторону шокером, когда я сделала вид, что хочу пнуть его ногой.

– Это ты то нормальный?- зашипела я, отдёргиваясь.

– Зачем ты его злишь, хуже будет,- тихо сказала девочка.

– А может быть хуже?- даже слегка переигрывая, нервно оскалилась я.

Двери захлопнулись, и пришлось шлёпнуться на скамейку, потому что фургон сорвался с места. Теперь он, так же шустро, скрывался за поворотом, и я почувствовала колюченькую друзу кристалликов страха, разрастающихся у меня под диафрагмой, быстро, как в компьютерной графике.

Мы стояли в самом начале зоны. Дальше машины не заезжали. Мы с Тимкой остановились даже раньше, когда заскочили оставить моё барахлишко под охраной Синджа. Для тайничка я выбрала самое руинистое здание в начале промзоны. Огромный, холодный и продуваемый, даже в этот летний день, старый гальванический цех. Ряды облупленных ванн и монорельсы с, висящими над ними, тельферами, позванивающими, от гуляющего ветра, цепными подвесками с крюками. Как в старых ужастиках.. Я была уверена, что жильцов здесь не будет. Нет небольших помещений с крепкими дверями, где можно обезопасить себя от нападения. Вряд ли тут есть уютные места. Но, из неуютных, это самое гадкое.

У меня вспотел лоб. Кружилась голова. Всё потому, что я решила, хоть через не могу, но попробовать привыкнуть к своему "собачьему носу". Тут он реально может жизнь спасти. А плохое самочувствие выглядит вполне нормально по моей легенде наркоманки, находящейся долгое время без дозы. Вон, девчонка совсем скрючилась.

– Эй, ты давай не подыхай, подруга,- я сжала её плечо довольно грубо,- мне напарник нужен. По одному не выжить. Надо же спать когда-то.. Посиди тут, конфетку дам.. Тебя как зовут?

– Ксеня,- пролепетала она.

– Ну, вот, не тошни, Ксеня, я тут кое-чего припрятала. Такие как мы всегда в зоне кончают, если спрыгнуть не удастся. Я пробовала.. не вышло. А я, о себе любимой, хоть как, а позаботилась. Больше некому.

– Ты что, сирота?- через силу попыталась изобразить интерес моя новая подруга.

– Тебе что за дело?- не стала я выдавать лишние подробности из биографии. Забудешь что-то, выкручивайся потом.. А моя злобность, для ломки, так естественна, что девочка даже не среагировала.

Я юркнула в цех, подозрительно оглядев округу, и вскоре вернулась с потрёпаным рюкзачком. Синдж ободряюще глянул на меня из-за груды мусора и понятливо фыркнул, когда я болезненно скривилась от, намертво въевшегося в стены, едкого запаха химикатов. В куче поблёскивали, до сих пор не потерявшие покрытия, никелированные детальки. Синдж тоже блеснул глазом и скрылся из вида. Но я почувствовала, что не одна, и страх начал таять.

Фляга в моей руке была открыта и я хлебнула из неё, как будто только что закинулась и, оглядываясь и прикрывая Ксеню своим телом, впихнула ей в руку таблетку. Потом подала воду. Девчонка поняла. Торопливо, делая вид, что отирает лицо, сунула в рот стимулятор и стала жадно пить. Мне пришлось отобрать фляжку.

– Тормози,.. надо сначала найти где можно её снова наполнить.

Девочка восхищенно и благодарно посмотрела на меня и быстро закивала. Дальше она плелась за мной, как на поводке.

Когда сидишь дома, рядом с теми кто любит тебя и заботится о тебе, очень легко ёрничать и строить из себя крутого перца. Я даже не думала, что присутствие Герасима так изменит меня. Появилось то чувство защищённости, на которое я, при своём образе жизни, не имела права. Рассчитывать только на себя - вот что должно мобилизовывать мои мозги. Теперь приходилось втискиваться в слегка подзабытые рамки.

Голова моя вертелась флюгером по ветру, точнее, против ветра. Человеческий след, вот что мне было необходимо. Проигнорировав терпкие мужские запахи, я выбрала специфично женский оттенок, чуть сладковатый. Хотя оба следа изобиловали кислой вонью немытого тела с едкой химической составляющей. А вот ещё один. Я остановилась, как будто ударилась в стену. В нём добавилась затхлость и прелая влажность. Методом исключения можно предположить, что так могут пахнуть морлоки. Это был запах подземки. Чтож, теперь я узнаю одного из врагов.

Окружающий меня пейзаж нашёптывал мне в ухо насколько сырой наш план.

– Тимур,- мысленно протестовала я,- твой профессиональный опыт может быть хорош и правилен, но сейчас мне почему-то совсем не хочется добровольно служить приманкой для, не вполне психически нормального, убийцы. Когда-то его, может, и судить не стали бы. Лечили бы в дурке, заботливо и может даже с толком. Но и отказаться, струсить, тоже как-то не по мне. Как же узнать его, как выследить?

За всеми этими, не слишком ободряющими, мыслями, я вдруг почувствовала, что женщина, по следу которой мы шли, где-то близко.

Она мыла под тонкой струйкой воды, бегущей из кривой трубы, вялые картофельные клубни с белёсыми ростками. Её лицо, бледное до синевы, с тонкой сухой кожей, нездоровой и шелушащейся, не выразило никаких чувств, когда мы неожиданно появились из-за угла блочного забора.

– Здрасьте,- с глуповатой вежливостью ляпнула Ксеня. Она уже отошла, глазки заблестели, появился лихорадочный румянчик.