Частная детективочка или кодекс локального апокалипсиса
Шрифт:
– Ольга, я не говорила при всех о том, за чем охотились морлоки. Чем меньше людей будут знать о сканере, тем меньше возможностей, что кто-то воспользуется им во зло. Ваш муж сломал тот прибор, над которым он работал у морлоков. Я забрала его и починила.
Ольга молчала. Тогда я решила ничего не говорить про тот, что был у Вдовы.
– Вы знали, что он продолжал исследования? Я же видела его возле парикмахерской. Вы не могли не узнать мужа. Значит он нашёл вас в доме вашей сестры, когда бежал от морлоков. Прибор в рабочем состоянии, но я не знаю кода для управления. А он может помочь мне уничтожить эту мерзкую компанию, которая травит наркотой таких девочек как Ксеня и какой была ваша дочь.
– Судя по твоему рассказу, моя дочь не была такой уж паинькой. Но смерти она не заслуживала. Муж взорвал помещение под лабораторией, потому что там были запчасти и технологические возможности, чтоб сделать ещё сотню таких же сканеров. Он говорил, что, если его найдут и заставят заняться производством усовершенствованных моделей, то он не позволит им попасть к морлокам в руки. Но, знаешь, он столько перенёс, что выглядел не совсем здоровым... Это мягко сказано.. Он всегда был зациклен на своей работе. И его рассказы были похожи на бред сумасшедшего.
– Скажите, Ольга, он был аутистом?
– В лёгкой форме. У него были некоторые признаки аутичного поведения, но, когда он пришёл ко мне после всего этого ужаса, то временами впадал полную прострацию, а временами был почти прежним. Я не знала что из его слов было правдой, а что фантазиями. Я кормила его, но он не хотел оставаться у меня, а всё бродил в округе и искал наших девочек. А тут стали появляться эти мёртвые дети. И я испугалась, и совсем не знала, что думать. Когда он пошёл за тобой, меня просто окатило ужасом. Но ты ушла и я опять не могла себе представить моего мужа убийцей.
– Так ты поверила в его рассказы только, когда услышала взрыв?
– Я не сразу связала одно с другим. Но, когда он больше не пришёл.. Я плакала, но это были уже не те слёзы. Прошлое было уже похоронено. Гораздо раньше. Это скорее были слёзы облегчения. Мне казалось всё теперь закончилось окончательно. Но прошлое имеет свойство возвращаться пока мы живы. Он не хотел убивать дочь. Хотел предотвратить другие смерти. Но она погибла фактически от его рук. Я не хочу больше слышать об этих сканерах. Они принесли мне столько боли. Обе мои девочки мертвы.
– Как их звали? Я так и не узнала имя.. Вдовы.
Это было не совсем честно. Но я должна была воспользоваться хотя бы такой возможностью, если она не захочет мне помогать.
– Её звали Лариса. А сестру Людмила. Мы решили назвать обоих в честь наших матерей. Ларочка и так всю жизнь чувствовала себя брошеной. Людочке нужно было больше внимания и заботы. Она совершено не могла себя обслуживать. И муж.. Он не умел открыться полностью. Видимо из-за своей болезни, которая роднила его с младшей. Он пытался сделать так, чтоб поняли её, но хотел понимания и для себя. Я потеряла всю свою семью и совсем не хочу, чтоб ты погибла доверившись этому проклятому сканеру. Я сегодня и так чуть не стала причиной твоей гибели.
– Глупости. Это меня они искали.
– Они искали чёртовы приборы. Думали муж мне что-то рассказал. О тебе они у меня не спрашивали. Говорили между собой, что если я ничего не знаю, прийдётся искать сканер у девчонки. Я даже представления не имела, что говорят о тебе. Но ты чуть не погибла, потому, что хотела меня спасти.
– Ну, так не делайте мою жертву напрасной. Я всё равно буду бороться с морлоками. Просто с прибором это, возможно, будет легче. Мои друзья диггеры могут пострадать от них. Скорее всего меня наймут выяснить нет ли у них нового оружия и уничтожить его. Хоть они мне и друзья, но даже близкие не все знают о сканере. Я умею хранить тайны. А за работу эту возьмусь, чтоб не появлялось больше таких Ксюх. Я хочу уничтожить это гнездо. А также и освободить людей, которым задурили голову главари морлоков. Они могут стать одним из диггерских кланов. Без убийственных планов "очищения подземки для нового вида людей".
Ольга задумалась надолго. Мне даже показалось, что она заснула. Её опухшие глаза были закрыты. Когда я совсем уж решила, что разговор закончен, она посмотрела прямо на меня.
– Хорошо, я помогу тебе. Но ты должна пообещать, что сканер не попадёт в чужие руки. Мне прийдётся самой имплантировать его тебе. Чтоб никто не смог отобрать его у тебя даже после смерти. Ты готова на это.
– Я готова и на большее. Вы даже не представляете, Ольга, на что. Боюсь, я и сама этого ещё не знаю.
– Тогда тебе прийдётся достать кое что для местной анастезии и взять мои медицинские инструменты. У тебя есть кого послать за ними ко мне, так, чтоб он не привёл сюда морлоков. Кроме того, ты не забыла о трупе в парикмахерской?
– Не переживайте.. Тимур,..я упоминала в рассказе о нём, знает о сканере, так как сам участвовал в операции в зоне. Но он не сказал никому. Даже его начальник, с которым Тима дружит и дочь которого убил тот маньяк, не знает о приборе. Мы решили, что не хотим говорить о нём официальным властям, чтоб он не попал к особистам. Но я могу обратится к ним, от вашего имени. Вы же, в отличие от меня и напавших на вас морлоков, чипмеченая гражданка. И всё можно представить как убийство при самообороне. Смерть морлока даже расследовать не станут. Вам только прийдётся сдать пистолет Бэя, как свой. А под видом расследования, Тимка принесёт нам нужные вещи.
– Хорошо. Но они могут наблюдать..
– Морлоки не станут следить за полицейскими. Особенно, если они примчатся туда, как кавалерия, с сиренами и мигалками. Они подумают, что вы обратились в полицию. И не станут больше искать вас. Станут искать только меня. А я скоро навещу их сама. И вам лучше выставить парикмахерскую на продажу. Не думаю, что её купят, но это покажет морлокам ваше намерение не возвращаться в зону. А, там, дальше, как сложится.
– Ладно. Договорились. Тогда тебе надо действовать как можно быстрее.
– Бэй ещё здесь я надеюсь. И он собирается сегодня вернуться сюда. Я попрошу его свозить меня к Тимуру.
– Но ты ранена.
– Не смертельно,- улыбнулась я, всем видом показывая степень собственного героизма.
Всё запланированное прошло как по-маслу. Я даже успела заскочить к Китайцу за подарками. Канг получит кошелёк, как я и хотела. Мало того, я смогла купить для Тимуркиной малышки чудное покрывалко с вышитым котёнком. Как живой! Потратила всё, что у меня было. Но отказаться от такой красоты была не в состоянии.
Мы с Ольгой уже пару дней пропадали у меня в комнате, мотивируя тем, что ей нужен уход, а я, вроде как, его обеспечиваю. Ксеня носила нам еду и лекарства. Но в моё самоотречение верила слабо. Гера, я думаю, тоже. Поэтому на третий день он попытался выяснить что к чему.
Я сделала лицо попроще и даже извинилась за своё поведение. Боль стала поменьше, и ко мне вернулось присутствие духа.
– Врушка ты,- не поддался Гера,- что-то ты темнишь.
– Люди, которым по душе мои прекрасные качества, должны мириться и с моими мелкими недостатками,- со своей обычной наглостью заявила я.