Чтение онлайн

— Вы что–нибудь слыхали о похищении?

Ее темные глаза выдержали мой взгляд.

— Только то, о чем сообщили газеты.

— И все?

— Да.

— А Ник?

— И он не более меня. Ни за что в жизни он не ввязался бы в такую историю. Мы, возможно, и не всегда играем честно, но и все — больше нас нечем попрекнуть.

— Ник раньше попадал в такие переделки?

Ее глаза стали жесткими.

— Да, один или два раза.

— Он на примете у полиции?

— Возможно. Он оттрубил два года в Сан—Франциско и всего лишь четыре месяца, как вышел на свободу.

— А до того?

— Вы не находите свое любопытство чрезмерным?

— Мне надо знать обо всем, что может содержать его досье. Необходимо.

— За последние восемь лет он был осужден на шесть месяцев, затем на год и на два года.

— За жульничество в карточной игре?

Она утвердительно кивнула головой.

— А у него никогда не случались неприятности из–за мешка с песком?!

— Нет. Во всяком случае, на это никто не жаловался.

— А в отношении похищения, вы на все сто ручаетесь за свои слова? Не мог ли он каким–то образом участвовать в нем, не обмолвившись вам?

— Боже упаси! Ни за что! Эта работа не по нем. Вы мне не хотите верить?

Я поверил ей:

— Ладно, — сказал я. — Поглядим, что тут можно сделать.

Я снял телефонную трубку и набрал номер. Тотчас отозвался вежливый голос:

— Квартира мистера Франкона.

— Мистер Франкон у себя? Это Вик Мэллой…

— Да, сэр, сейчас передам трубку.

Спустя секунду я услышал Франкона:

— Алло, Вик, чем могу быть полезен?

— Час тому Брандон, в сопровождении двух сыщиков провел вылазку в одном из домов на авеню Джефферсон и арестовал некоего Перелли. Они учинили обыск и обнаружили револьвер, принадлежавший, если верить Брандону, убийце шофера Ли Дедрика. В общем, они арестовали Перелли по обвинению в организации похищения. Я просил бы вас, Джастин, принять на себя его защиту. Какой гонорар вы сочтете необходимым назначить, таким он и будет. Я прошу вас отправиться в полицию и изучить его дело. Они намерены его погубить и тут нельзя остаться в стороне. Ну так что, возьметесь, Джастин?

— Он принимал участие в похищении?

— Не знаю. Но его подруга, находящаяся в курсе всех его дел, уверяет, что нет. У меня сложилось впечатление, что все это подстроено. Каким образом Брандон, едва глянув на револьвер, смог определить, что это орудие преступления. Не исключено, что он притащил его с собой и подбросил или же попросту болтает наугад, хотя это же глупо!

— Ну это уж вы слишком! — Франкон был шокирован.

— Это частная беседа, мой давний друг. Вы ведь отдаете себе отчет, какой мощный козырь окажется в руках Брандона, если он сам решит задачу и натянет нос федеральным агентам! Тут уж его не остановить.

— Но все же расскажите мне, кто такой этот Перелли?

— Это карточный шулер–профессионал, на него имеется в полиции досье.

— Это осложняет дело. А почему вы им занимаетесь?

— Он однажды выручил меня в очень стесненных обстоятельствах. Если вы согласитесь его защищать, го этим окажете мне большую услугу, Джастин. Я прошу вас отправиться туда и не дать свершиться полицейскому произволу.

На другом конце провода воцарилось длительное молчание. Франкон, по–видимому, обдумывал ситуацию. Я решил предоставить ему такую возможность. Наконец, он сказал:

— Я не вполне уверен, что эта работа по мне. У Брандона, по всей вероятности, имеются в запасе более весомые аргументы, чем этот револьвер.

— Вполне возможно, но суть не в том. Вы не позволите ему навесить на парня убийство только лишь потому, что некогда он находился под судом.

— Естественно, нет. Ладно, Вик, договорились: я сейчас туда направляюсь. Но должен вас предупредить, если я сочту его причастным к похищению, то немедленно выхожу из игры. Эта история наделала слишком уж мною шума, и мне бы не хотелось оказаться на стороне проигрывающих.

— У меня отчетливое ощущение, что Перелли — жертва чьей–то злой шутки. И не поддавайтесь на уговоры… Со своей стороны, я тоже не оставлю своим вниманием это дело, Джастин.

— Ну хорошо. Посмотрю, что я тут могу сделать. Словом, жду вас завтра утром у себя.

— Я позвоню еще сегодня вечером, — и повесил трубку, не дав ему, на всякий случай, возразить.

Мира очень внимательно следила все это время за мной.

— Кто это?

— Джастин Франкон. Адвокат в суде присяжных — самый, пожалуй, умный среди коллег на всем побережье Тихого океана. Если он поверит, что Перелли обвиняют незаконно, он не успокоится, пока тот не окажется на свободе.

— Так он идет в полицию?

— Конечно! И Брандону тут несдобровать!

Она подкурила сигарету. Руки у нее дрожали.

— Ник поступил мудро, направив меня к вам.

Я скромно посчитал это комплиментом, допил виски, встал и поинтересовался:

— Где я могу вас найти?

— Авеню Монте—Верде, 245. Небольшой зеленый домик — поднимайтесь наверх, а затем — влево. Я живу там одна.

Пока я записывал адрес, она задала, в свою очередь, вопрос:

— Очевидно, потребуются значительные расходы?

— Я дал Перелли слово, что буду рад ответить услугой за услугу, как только это потребуется. Я — хозяин своего слова.

— Спасибо.

— И давайте больше к этому вопросу не возвращаться. Если бы не его помощь, мне бы выпустили кишки в полном смысле этою слова. Теперь я направляюсь в полицию. Ничего мало–мальски существенного я не смогу предпринять, пока не буду знать в точности все имеющиеся против него доказательства. Может быть, если очень повезет, мне удастся его повидать.

— Вы полагаете, вам разрешат это?

— Тут никаких гарантий дать не могу. Но один офицер из уголовной полиции — мой друг. Если он окажется в настроении…

На какую–то долю секунды глаза ее сделались мягче, а подбородок, испачканный в помаде, мелко задрожал.

— Поцелуйте его за меня, — только и сказала.

II

Весть об аресте Перелли уже облетела город, что мне стало ясно лишь только я очутился в районе Принцесс–стриг и Сентр Авеню.

Приблизиться машиной ближе, чем на полкилометра до здания полиции, просто немыслимо. Пытаюсь все же прорваться, но какой–то нервный шпик, багровея лицом, настаивает, чтобы я повернул назад, к Сентр Авеню. Еще трое сыщиков заняты остальными машинами, проскользнувшими в запретную зону.

Замечаю бурлящую толпу, запрудившую тротуары, и разворачиваюсь — на шоссе Принцесс–стрит, а затем добираюсь до Орчид Бульвар.

Оставляю здесь машину и возвращаюсь на прежнее место. Толпа перед зданием полиции разрастается буквально на глазах. Полицейские, с которых пот катит градом, громко ругаются и тщетно пытаются оттеснить людей. Они ведь пришли поглазеть на спектакль и сукиным детям полицейским им не помешать.

Солидная группа полицейских, с тщанием подобранных Брандоном, с дубинками наголо охраняет вход. Не вижу малейшего шанса проникнуть вовнутрь.