Чтение онлайн

Он не собирался улыбаться или смеяться. Он воспринял случившееся абсолютно спокойно. Что случилось, то случилось. Непоколебимое, крепкое сознание… еще один шаг на пути к воинскому совершенству.

Но…

— Ваше Величество! — раздался со спины похожий на вопль крик. — Я привела принцессу…

Стефану не потребовалось даже оборачиваться. Голоса и предчувствия хватило для того, чтобы понять, кто именно вбежал в комнату, а также оценить рост и вес нового противника… Меч Стефана сверкнул в воздухе и отрубил хозяйке голоса голову.

Ощущения оказались привычными и знакомыми.

Разрубаемая кожа, разрубаемая плоть, разрубаемые кости. Те самые ощущения, что он испытывал столько раз.

Но раз так… то что за беспокойство он ощутил, когда сразил Проклятого Императора?

Стефан развернулся, продолжая размышлять об этом.

Он увидел обезглавленный труп фрейлины.

И…

— ?!

То, чего они совсем не ожидали встретить.

Миниатюрную девушку с серебристыми волосами и фиолетовыми глазами.

На вид ей где-то 15 или около того. Она выглядит хрупкой и нежной, совершенно ничего не знающей об окружающем ее мире. Она подобна безымянному цветку, который на поле боя должны были растоптать в первые секунды битвы, но…

— Дочь Проклятого Императора?! — изумился кто-то из них.

— Значит, у Дьявола была дочь?.. Впервые слышу.

— Но нам приказали убить всех, кто встретится в замке.

— Раз так, ее ждет та же судьба. Командир?

На Стефане собрались взгляды, ожидающие его приказа.

— …

Какое-то время он ошарашенно разглядывал девушку.

Он не знал, почему. Просто в тот момент, когда он ее увидел, все его тело пронзило какая-то дрожь.

Его терзало какое-то невыносимое чувство.

Стефан превратил себя в машину для убийств, которая выходила на поле боя с мечом в руках и равнодушно уничтожала противников самыми оптимальными способами. И поэтому это ощущение оказалось ему незнакомым. Каждый день он тренировался от заката до рассвета, но никогда еще в глубине его груди не появлялось такого чувства.

Будь он обычным человеком, то мгновенно бы понял, как оно называется.

Но Стефан далеко не обычный человек, со всеми вытекающими последствиями.

Он подавил возникшую в душе рябь усилием тренированной воли.

Его дух закален так же тщательно, как и тело.

Крепкая психика, способная не дрогнуть перед лицом внезапных и подлых атак, — сильное оружие. Умение сохранять кристальную ясность сознания, которое, подобно водной глади, отражает все, что происходит вокруг, помогает обрести абсолютную силу, не подводящую ни при каких обстоятельствах.

Непреклонный разум важнее благородного имени и закаленных умений.

Поэтому он научил себя в любой ситуации думать лишь о том, как оптимальнее всего убивать.

Не делать различий между мужчинами и женщинами. Между молодыми и старыми. Между богатыми и бедными. Между добрыми и злыми.

Неважно, попадется ему злодей или святой — он убьет любого.

Именно это — путь к вершинам воинского мастерства…

— Неважно, что она ребенок. Мы должны жить с уверенностью в завтрашнем дне, — сказал Стефан, шагая вперед.

Плоды суровых тренировок, воспитавших его тело и разум, сами управляли его телом, не обращая никакого внимания на чувства Стефана.

— …

Невинные фиолетовые глаза смотрели на него снизу вверх.

— Не проси о пощаде, дочь дьявола.

Стефан подавил то чувство, что извергалось из глубин души, и вскинул клинок.

То самое оружие, что обезглавило ее отца и фрейлину.

— Ты можешь реветь и ненавидеть нас сколько угодно, но пришла пора покинуть этот мир.

— ...

Наверное, если бы девушка завопила, осыпала его оскорблениями или сделала хоть что-то, будущее Стефана сложилось бы по-другому. Но она ничего не говорила и ничего не делала, стоя перед Стефаном и даже не думая защищаться.

Меч опустился.

Разрубаемая кожа, разрубаемая плоть, разрубаемые кости и…

— !..

Когда через лезвие клинка Стефану передалось ощущение отобранной жизни, он, наконец, понял… что только что сделал нечто непоправимое.

— !..

Стефан с воплем вскочил.

Он неровно дышал и обливался потом.

Все его спокойствие куда-то улетучилось.

— Ха… ха… ха-а…

Тело Стефана содрогалось так, что под ним поскрипывала кровать.

Спальня его погружена в полумрак, и лишь благодаря просачивающемуся через окна лунному свету можно разглядеть очертания комнаты. Верхний этаж его замка. Знакомая, привычная спальня.

— Ха-а… ха-а… ха-а…

Казалось бы, именно здесь Стефан должен ощущать себя спокойнее всего, но сейчас он обхватил свое тело и дрожал, словно маленький ребенок, которого бросили в незнакомой земле. Он уже совершенно не похож на военного человека, выстроившего себе блестящую карьеру. Теперь это лишь жалкий мужчина, которого собственные эмоции терзают с такой силой, что даже сон уже не приносит ему умиротворения.

— А-а… а-а-а-а…

Прошло уже больше пяти лет, но ошибка, которую он допустил, до сих пор не дает ему покоя.

Даже сейчас он продолжал мысленно ругать себя.

Но… тогда, посреди крови и пламени, Стефан ни за что не смог бы понять, что за чувство ощутил. Перед ним стояла юная дочь только что поверженного врага. Она была куда моложе его. За то короткое время ему бы ни за что не пришло в голову, что он влюбился в нее с первого взгляда, и что она стала его «первой любовью».

Именно поэтому Стефан собственными руками убил свою первую любовь, отрубив ей голову.

Он верил, что воинское искусство состоит как раз в том, чтобы вести себя подобно мечу — ни о чем не думать, ничего не чувствовать.

— Все хорошо.

Вдруг дрожащую голову Стефана обхватили маленькие бледные ручки.

Справа. И слева. Они заключили ее в свои объятия…

— Все хорошо…

— ...Папа.

Качнувшиеся серебристые волосы щекотнули щеки Стефана.

— О-о… о-о-о…

Он прижал к себе девушек, лежавших по бокам от него, и несколько раз кивнул.

Эти девушки прощали его. Они щадили его. И они правы. Все хорошо.