Чтение онлайн

— «Враг»...

Конрат ощутил вкус слова на своем языке.

Враг. Чей же?

Враг Проклятого Императора? Выходит, Артур Газ сражался вовсе не против остальных государств?

— ...То есть нам в этом спектакле с самого начала не отводилось места?

— Все это — лишь мои предположения, — отозвалась Карен… но ее слова ничуть не утешили Конрата.

Машина «Светлана» ехала вперед, тихо гудя двигателем.

За рулем сидела, конечно же, Чайка. Пусть машины и не похожи на гундо, и те, и другие — магические двигатели, которыми могут управлять только маги. Точнее, вести-то машину может кто угодно, но маг все равно должен быть подключен к машине.

Понятно, что по ходу движения Чайка не могла отдыхать.

Накапливающаяся усталость может привести к сонливости и спровоцировать аварию, так что рядом с ней чаще всего сидели Тору или Акари.

Вот и сейчас Тору уселся возле Чайки и взглянул на ночное небо.

К слову, с другой стороны Чайки разместилась Нива. Голову она положила Чайке на колени, словно заискивающая кошка. Может показаться, что Нива спит, но ее разноцветные глаза широко распахнуты.

Поскольку площадка водителя рассчитана на двух человек, втроем здесь тесновато.

— ...Тору, — вдруг заговорила Чайка, будто что-то вспомнив.

— Чего?

— На острове. Про фейл. Про нас. Про… отца, — тихим и немного беспокойным голосом перечислила она.

Раз за разом им приходилось сталкиваться с невообразимыми фактами.

С тем, что фейлы оказались «неудачами», созданными кем-то.

С тем, что люди на самом деле — восьмая, «удачная» попытка.

И с тем, что эта тайная истина каким-то образом связана с императором Газом.

Примкнувшая к ним Нива — инструмент, способный убить неубиваемое.

Однако император Газ, разработавший ее, уже мертв.

— Я…

Поначалу она просто собирала останки отца, чтобы похоронить их.

По крайней мере, она сама так говорила. Именно по этой причине она отправилась в поистине безрассудное путешествие. Она говорила, что в противном случае не сможет вырваться из плена прошлого и пойти вперед.

Ее глодало чувство вины за то, что она не проводила отца.

Ее глодало чувство вины за то, что она осталась жива.

Лишь уладив эти счеты, она открыла бы дорогу в свое будущее.

Казалось бы, очень простая и искренняя причина.

Но… чем дальше они заходили, чем больше останков собирали, тем отчетливее становилось чувство, что на свет вылезает нечто сложное, запутанное и несоизмеримо большее, чем терзания одного человека. И если встречи с множеством девушек, что называют себя «Чайками» еще можно переварить… то после немыслимых рассказов об истоках фейл и людей Чайка начала считать, что ее упрямые чувства и решимость — просто бессмысленная мелочь…

Скорее всего, это и есть ход ее мыслей.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, — не дал договорить ей Тору и вздохнул.

Он понимал ее без подробных разъяснений.

Ведь он и сам хотел перерубить оковы прошлого и наконец-то устремить взор в будущее.

— Ты боишься?

— … — Чайка не ответила и не кивнула, но, скорее всего, это знак согласия.

Она волнуется из-за того, что ее действия каким-то образом связаны с чем-то немыслимым, и при этом не знает, что именно произойдет.

— Тору. Сожалений. Нет?

— Нет. Никаких. Наоборот, я мечтал о таком, — Тору ухмыльнулся. — Ты забыла? Моя мечта — изменить, практически уничтожить мир.

— …

— Я понимаю, ты нервничаешь из-за масштабов происходящего. Но я благодарен за это. Я не хочу просто родиться, жить и умереть, сгинув в неизвестность и ничего не совершив. Поэтому я надеялся на то, что вокруг тебя поднимется шумиха.

— Тору…

— Это же будет шедевр, — Тору дерзко улыбнулся. — Всего лишь один человек. Один хрупкий, легко гибнущий комок плоти, костей и крови может изменить мир собственной решимостью, замыслами и чувствами. Может повлиять на все мироустройство. Ты, Чайка, можешь заставить содрогнуться мир, что окидывает нас безжалостным взором. И моя сокровенная мечта — помочь тебе в этом.

— … — Чайка моргнула.

Наверняка такие мысли ей в голову не приходили.

— Я… есть смысл. Ради. Тебя?

— Да, конечно, — подтвердил Тору. — Поэтому не думай об этом. Мы с тобой оба — люди. Можешь считать, что для нас нет большего удовольствия, чем расшатывать сами устои мира. Хотя, конечно, если ты хочешь заниматься чем-то еще, я не стану тебя заставлять.

— … — Чайка замотала головой.

И тогда со стороны ее колен…

— ...Останки надо собирать непременно, — вдруг сказала Нива. — Ведь Чайка не может по-другому. Моя… хозяйка… я столько ждала тебя.

С такими словами она принялась тереться лицом о ее ноги.

— А… ай, что?..

— Прекрати, ты нас убьешь!

Чайка принялась извиваться, и «Светлану» начало швырять из стороны в сторону, словно вслед за ней. Тору тут же попытался отцепить Ниву, но та крепко обхватила талию Чайки и отвязываться от нее не собиралась.

— Я же сказал, ты нас так убьешь!

— ...Моя хозяйка — Чайка, — Нива посмотрела на Тору исподлобья, будто добавляя слова «а не ты».

— Понял, понял, потом можешь с ней сколько захочешь баловаться, а пока отпусти!

— Тору?! Без моего согласия?!

— А что я еще могу сделать?!

Повисшая было тяжелая и вязкая атмосфера развеялась. Виляющая «Светлана» ехала дальше по ночной дороге.

Утренний воздух содрогнулся от глухого лязга, с которым открылись ворота.

Прекрасно оборудованная застава, через которую может проехать даже самая крупная машина. Единый комплекс с воротами составляла и площадь за ними, где стояли солдаты, проверяющие всех, кто въезжает в княжество.

Здесь с въезжающих собирают пошлины и разворачивают подозрительных людей. За солдатами располагались еще одни, внутренние ворота, и именно проезд сквозь них означал настоящий въезд в страну. Саму заставу организовали на основе бывшей военной крепости — пробиться через нее силой было бы тяжело даже целой армии.

— ...Хм?

Николай Автотор вышел из «Эйприл» и достал пропуск, чтобы показать приближающимся солдатам… но затем нахмурился.

Как уже было сказано, эта застава занимается не только сбором пошлин, но и устранением всех подозрительных гостей. Другими словами, всех сомнительных личностей быстро выводили из очереди на въезд и уводили в комнату для допросов, где их уже ждали солдаты.