Чтение онлайн

– Да потому, что ты один из них.

– Из кого – из них?

– В общем – чекисты – это не профессия. Это нация.

– Нация?!- удивился я.

– Да. Чекисты это нация. Вспомните – сколько эта нация перебила наших людей? Они нам за что-то мстят. Розенблат, за ЧТО вы нам мстите?

– Я – то причём?

– Кто твой отец? Кем работает?

Комсорг покраснел.

– Семён, а кем работает твой отец?- зачем- то полюбопытствовал и Сашка.- Вот мой папа – токарь. Мама учительница по истории. Дедушка кузнецом работал. Бабушка – уборщица на том же заводе, где работает отец и дедушка.

– Мой папа - майор госбезопасности и что?

– А сколько он наших людей расстрелял?- нахмурился Черниченко.- Сень, а ты из какого города? Я забыл - где твоя родина.

Этот разговор мог бы продолжаться до бесконечности, но к нам подбежал мой тёзка и радостно заговорил:

– Товарищи! Я надеюсь, что вы знаете – кем мне приходится товарищ генерал-лейтенант Кузьменко?

– Да. Мы в курсе этих событий,- ответил комсорг.

– Но вы не знаете другого. У меня есть правнуки, которые гордятся своим прадедом- ветераном Второй мировой войны. Представляете – я двадцатилетний прадедушка.

– Ветеран Второй мировой войны,- задумчиво проговорил Вовка.

– Может, я тоже прадедушка?
– сказал Арсланбек.

– Да откуда я это знаю.

– Товарищи красноармейцы,- услышали мы голос товарища Дынского,- боевая тревога. Фашисты рвутся к тоннелю и могут вломиться в настоящее. Всем в казарму за оружием.

Бегом в оружейную комнату. Быстро напялили на себя бронежилеты и каски. Из оружия - только автоматы и патроны.

– Машины у выхода из казармы,- крикнул товарищ полковник.- Ребята, продержи- тесь полчаса. Очень прошу. Потом подойдёт подмога с бронетранспортёрами и гранато- мётами.

– Есть продержаться полчаса,- козырнул комсорг и скомандовал,- Товарищи красноармейцы, всем в кузов машины.

Мы заняли места на лавочках в кузове и нас повезли.

– Интересно, немцы вышли из тоннеля или застряли на входе в перестрелке с наружным постом?- выразил мысли вслух мой тёзка.

– Приедем, посмотрим, - ответил Сенька.

БТР из пушки стрелял в тоннель.

– Я представляю - сколько немцем там навалили,- Блинов кивнул на подземный ход.

– А я представляю – сколько фашистов завалил наружный пост,- проговорил я.

Кто-то уже набил патронами обоймы, чем облегчил нам жизнь. Один магазин я вставил в автомат, а четыре засунул в подсумок.

Грузовик затормозил, и мы покинули кузов.

Равиль, раненый в руку и ногу, махнул мне, подзывая к себе. Я подбежал к нему.

– Антон,- зашептал раненый.- Немцы с помощью собак нашли вход в тоннель. Они шли по вашему следу.

– Но они не могли найти тоннель. Мы не шли. Мы ехали на машине.

– Значит, собаки взяли след от машины.

– Но это невозможно.

– Не знаю, как такое получилось. Может, у них собаки особой породы. Или кто-то из немцев вас видел. Фашисты могут сюда прорваться, и тогда ход истории будет другим, то есть не в нашу пользу.

– Не бойся Равиль. Товарищ Вещагин нас попросил хотя бы полчаса продержаться, а потом подмога подойдёт с гранатомётами. Всех фашистов уложим. В живых ни одного врага не оставим.

– Мы не сможем прорваться в прошлое, чтобы повредить немцам. По ту сторону тоннеля, Я уверен,- фашистов полным-полно.

– Равиль, всё будет нормально. Нас здесь тоже скоро станет полным-полно. К тому же мы в бронежилетах и привезут гранатомёты. А враги через тоннель не смогут прота- щить даже самую малокалиберную пушку.

– Это радует,- улыбнулся раненый.

Хоть противники из подземного хода не показывались, но всё равно наши хлопцы заняли оборону.

Подъехали два грузовика с вооружёнными солдатами. Из кабины первой машины вылез товарищ полковник, а из кабины второй - товарищ генерал-лейтенант, который сразу же кинулся к моему тёзке:

– Отец, почему ты не остался в казарме?

Антон смутился и опустил голову, а мне стало смешно, потому что у меня сложилось впечатление, что шестидесятилетний сын нянчится со своим двадцатилетним отцом, как с маленьким ребёнком.

– Я не могу отстать от своих товарищей,- ответил мой тёзка.- И дезертировать с поля боя - это тоже не для меня.

– Молодец, сынок!- старший Кузьменко похлопал по плечу младшего и тут же спохватился.- Ой, извини, отец.

Хотя как посмотреть, кто из них старший, а кто младший.

– Не надо называть меня отцом. Зовите просто - Антон.

– Хорошо. Антон, так Антон,- согласился товарищ генерал-лейтенант и улыбнулся. Потом нахмурился, - а почему ты меня на «вы» назвал? Я же твой сын.

– Потому что я моложе и по возрасту, и по званию. Хотя…

Договорить мой тёзка не успел, потому что из тоннеля начали стрелять. Хоть, пули никого не задели, но всё равно ощущение опасности почувствовалось сразу же после первого выстрела. Могли ранить, а то и убить.

БТР снова выстрелил из пушки и вражеская стрельба прекратилась.

– Кто-нибудь с передового поста в живых остался?- громко спросил товарищ Вещагин.

– Сюда никто не выходил, - ответил товарищ майор.

– Как – никто не выходил?
– командир части испуганно посмотрел на товарища генерала-лейтенанта.
– На передовом посту у бойцов были автоматы и пулемёты Калашникова и гранатомёты. Почему никто из них сюда не вышел и не принёс… Да что там говорить-то. Надо что-то делать. А если немцам удалось захватить заряженный гранатомёт, то они смогут быстрее изобрести свой фаустпатрон. За ЧТО мне всё это? За что?

– Надо собирать группу, сказал сын моего тёзки.- Другого выхода нет. Найти, выкрасть и доставить сюда всё наше оружие.

– Опять в плен сдаваться?- громко спросил Тугаев?

– Какой плен? О чем ты говоришь?- скривился товарищ Вещагин.

– Чтоб найти фашистский штаб и напасть на него,- ответил я.- Это товарищ полковник, была у нас такая хитрость.

– А-а, если хитрость такая, тогда ладно. Вам виднее.- Потом посмотрел на Равиля,- а ты, простреленный, чего тут сидишь? Быстро в машину и в санчасть. Бойцы, помогите раненому взобраться в кабину.