Чтение онлайн

Бейбулат создает постоянный отборный отряд, состоящий из тургаков, в количестве 500 человек, который должен собираться «где будет назначено и быть в постоянной готовности».

Через старшин и тургаков в основном осуществлялись такие распоряжения Бейбулата, как изготовление тулупов, заготовка бревен. Каждый двор должен был заготовить по два бревна для создания линии укрепления в долине Ханкала. Бейбулат собирался проложить новый ров, загораживающий дорогу через Ханкальскую долину. Он принимал также меры для оснащения горских отрядов военным снаряжением: изготавливались специальные лестницы для осады крепостей, передвижные дубовые туры на колесах, с которых вели обстрел, придвигая их к рвам крепостей. Бейбулат собирался создать и свою артиллерию из трофейных орудий, к которым были бы приставлены беглые русские солдаты.

В агитационной и административной деятельности Бейбулат и его помощники широко использовали прокламации и письменные распоряжения на арабском и чеченском (на основе унифицированной арабской графики «аджам») языках.

Бейбулат Таймиев на территории Чечни и на территории горских народов Кавказа пытался создать сильное независимое республиканское государство с самоуправлением, соответствующим быту, нравам, религии и обычаям народа.

После постройки двух больших укреплений в Ташкичу и в Амир-Аджи-юрте Ермолов делает подготовительные распоряжения к зимнему походу, намереваясь пройти по Чечне огнем и мечом. В сентябре—октябре 1825 года царское командование готовится к будущим активным действиям: подтягивает дисциплину, приводит в порядок укрепления и усиливает новыми полками гарнизоны крепостей. Сорочан уничтожает аул Шовда у Ханкальской горы (современный поселок Гикало).

В свою очередь Бейбулат в октябре 1825 года проводит операцию по уничтожению нефтяных колодцев и захвату в плен племянника брагунского князя Устархана Джембулата Актулова, которому эти колодцы принадлежали.

20 ноября Ермолов выехал из станицы Червленной в Кабарду. Узнав через разведчиков о поездке генерала, Бейбулат с небольшой группой лучших наездников бросается к Тереку с отчаянной целью пленить главнокомандующего. Он подстерегал Ермолова за Тереком, но сгустившийся туман помог генералу избежать плена. Проблуждавший в тумане, отряд Бейбулата появился на дороге лишь спустя полчаса после проезда Ермолова.

Вскоре при помощи шамхала Тарковского Ермолову удается разъединить силы горцев. Шамхал добился того, что аварский хан увел дагестанские отряды из лагеря Бейбулата. Это был сильнейший удар по силам сопротивлявшихся царизму горцев.

Бейбулат, понимая, что царское командование готовит большой военный поход в Чечню, пытается заключить перемирие с царским командованием, чтобы отвести удар. В ноябре—декабре 1825 года Таймиев начал переговоры с Ермоловым через посредничество Сорочана.

Ермолов на переговорах обещает Бейбулату забыть его «грехи» и дать новые привилегии, предполагая таким образом отстранить его от восставших и обезглавить движение. Он приглашает Бейбулата в свой лагерь, гарантирует безопасность, но имеет цель обманом захватить его. Бейбулат же, поняв хитрую игру генерала, делает вид, что соглашается с его доводами, и старается оттянуть время до конца весны, когда повстанцам легче будет действовать. Перемирие не состоялось, переговоры закончились неудачей. И только восстание декабристов в Петербурге в 1825 году ненадолго отложило поход российских войск в Чечню.

В январе 1826 года, дождавшись неудобного для жителей Чечни периода, когда из-за морозов трудно стало укрывать семьи, Ермолов начинает большой карательный поход в Чечню. 26 января выйдя из Грозного, он занял аул Большая Атага. Часть отряда Ермолов двинул на новую резиденцию руководителей восставших аул Чахкери, но в нем ни населения, ни Бейбулата не оказалось. Аул подожгли, и отряд стал уходить. На марше он был атакован конными и пешими чеченцами во главе с Бейбулатом. Царские войска понесли потери, но весь отряд повстанцам уничтожить не удалось, и Бейбулат увел свои отряды за реку Аргун. Ермолов же с войсками отступил к крепости Грозной.

5 февраля Ермолов двинулся к Аргуну и занял аул Белгатой. Вскоре сюда прибыли старики из селений Шали и Герменчук с просьбой не разорять их села. 8 февраля было «очищено» от жителей селение Алда, «один из самых буйных и мятежных аулов». Начались 20-градусные морозы, заставившие даже царские войска приостановить карательную экспедицию. Но уже после 17 февраля войска Ермолова разорили и уничтожили аулы Малой Чечни — Урус-Мартан, Рошни, Гехи, Белакай, Даут-Мартан и Шельчихи. Об этих «подвигах» Ермолова генерал Дубровин писал: «Во время Ермолова главным образом объектом нападения наших войск служили не горские воинственные аулы, откуда нечего было взять, а мирные, дружественные к нам зажиточные селения, расположившиеся на равнине рядом с русскими станциями и крепостями и ведущие с нами торговлю. Старшие офицеры, до утра промотавшись в карты, поднимали роту и делали разбойничьи нападения с единственной целью наживы, что при Алексее Петровиче всячески поощрялось».

Пытаясь спровоцировать столкновение между чеченцами и ингушами, Ермолов насильно собирал ингушей в милицию и направлял их вместе с царскими отрядами против чеченских аулов. Однако ингуши отказывались идти против своих сородичей и соратников по борьбе, дезертируя из милиции.

В конце февраля Ермолов приостановил экспедицию, и войска вернулись за Терек. После похода, как писал Н. А. Волконский, «чеченцы были, так сказать, оглушены, но не покорены». Понимая, что одними репрессиями потушить пламя борьбы нельзя, 20 февраля 1826 года Ермоловым была составлена и разослана по чеченским аулам «Прокламация».

Восставший народ сбил спесь с надменного «проконсула Кавказа». В «Прокламации» уже отсутствовали угрозы, присущие «Обращению» 1818 года, типа «село будет сожжено, женщины и дети будут зарезаны» и т. д. Если в «Обращении» содержались лишь перечень обязанностей чеченцев и угрозы в их адрес, то теперь, в «Прокламации» перечислялись и обязанности «российских начальников» по отношению к чеченцам, льготы в виде свободы передвижения по торговым делам, более частой замены одних аманатов другими, улучшения их содержания, более свободного общения с ними приезжающих родственников.

Ермолов отлично понимал, что такое мощное и продолжительное восстание горцев не поднимает его авторитет перед новым императорским двором. У Николая I складывалось мнение, что неоправданная жестокость Ермолова и его подчиненных вызывает недовольство кавказских народов. И кроме того, командир Кавказского корпуса Ермолов, лично руководящий войсками, дополненными резервами, не может справиться с плохо вооруженными простыми чеченскими крестьянами.

В апреле Ермолов продолжил военные действия против чеченцев. С 12 по 24 апреля были заняты селения Курчали, Гизи, Алхан-юрт, Гехин-кале, Малая Рошни. 25 апреля Урус-Мартан был превращен в развалины. Однако Бейбулат со своим отрядом дал вторичный бой в Урус-Мартане. 27 апреля в жестоком бою Урус-Мартан был вторично сожжен дотла царскими войсками. Под Белгатоем, защищая аул Шали, Бейбулат дал еще один сильный бой царским войскам. «Огонь был жестокий, неприятель имел дерзость броситься в шашки на одну егерскую роту», отмечалось в донесении. В начале мая были сожжены селения Шали и Ставнокол. 11 мая царские войска сделали набег на аул Малая Атага, а 16 мая напали вторично и разорили его.

18 мая была завершена экспедиция Ермолова в Чечню. Были уничтожены цветущие селения, вырублены прекрасные фруктовые сады, сожжены поля, угнан скот. Убиты люди, взяты в плен женщины и дети. Бейбулат со своими соратниками и толпами беженцев ушел в горы. Люди умирали от голода, холода и болезней. После возвращения войск в крепость Грозную Ермолов послал отряд из 500 казаков на Даут-Мартан. Селение было разорено и ограблено. «Борьбой горной и лесной свободы с барабанным просвещением» назвал Грибоедов поход Ермолова в Чечню.

16 июля 1826 года 30-тысячная иранская армия вторглась в Закавказье, что крайне осложнило положение царских войск. То, что Ермолов своими недальновидными действиями спровоцировал и прозевал вторжение персиян, явилось последним доводом для царя, весной 1827 года сменившего неугодного сатрапа генералом И. Ф. Паскевичем.

Еще в августе 1826 года из Кисловодска на левый фланг Кавказской линии командиром был переведен генерал-майор Е. Ф. Энгельгардт, пробывший здесь три с половиной года; он сразу же взял ориентацию на более разумный, либеральный курс по отношению к горцам.