Чтение онлайн

Анджи направила фонарь на Камерон и сказала:

— Зови на помощь, я побуду с ней.

«Мэри Энн погибнет! Мэри Энн погибнет, и по моей вине! Она пошла сюда из-за меня, потому что я забеременела, как последняя дура, и теперь она погибнет или лишится ноги».

Камерон бежала по туннелям, по которым они проходили совсем недавно, — бежать было опасно, это противоречило всем правилам поведения в пещерах, но ситуация была чрезвычайной. Мобильный лежал у нее в рюкзаке, но он заработает только наверху, на стоянке. Может быть, там окажется кто-нибудь из смотрителей заповедника, или лучше сразу позвонить в зоопарк? Нет, она позвонит 911, а потом уже в зоопарк.

Камерон вытащила телефон из рюкзака и бросила рюкзак у выхода из пещеры, а потом из последних сил побежала на стоянку, на бегу открыв телефон, в нетерпении ожидая сигнала.

— Ого, не так быстро!

Она с разбегу налетела на какого-то высокого мужчину. Господи, да это Грэхем Корбет. Испытывающий ужас перед змеями Грэхем Корбет и с ним его матушка.

— Грэхем, случилось несчастье! Мэри Энн придавило камнем. Я жду, когда заработает чертов мобильник!

— Где она?

— В пещере Большого Джима. Но не ходите туда. Вы все равно не сможете помочь.

Он смотрел, как она бежит дальше и длинные волосы, выбившиеся из-под шлема, летят за ней, словно знамя.

— Может быть, все же можно помочь? — спросила мать. — Что нам делать?

— Я пойду, — проговорил он и услышал свой голос словно бы издалека. — Камерон вызовет спасателей и вернется. — Почему он не спросил ее, где находится пещера? Он плохо знал эти пещеры. В детстве он никогда в них не ходил из-за своего безотчетного страха перед змеями. Ему казалось, что в пещерах они просто кишат.

— Ступай вперед, — сказала его мать, — а я пойду за тобой следом. Пещеры ведь помечены, да? Ты только не потеряйся, Грэхем.

— Ни за что, — обронил он и двинулся в путь.

Когда на дороге ему попался рюкзак Камерон, он сообразил, что у него с собой нет даже фонарика. Но Камерон должна была захватить лишний, ведь это одно из правил спелеолога.

Фонарик нашелся в наружном кармане рюкзака, Грэхем включил его и вошел в пещеру. Сразу же ему бросились в глаза свежие следы нескольких ног, ведущие в глубь пещеры. Грэхем направился туда и крикнул:

— Эй!

Вроде бы издали послышались голоса. Грэхем шел вперед, продолжая окликать девушек. Вот и белый известковый туннель, и летучие мыши на потолке, словно гроздья винограда…

Мэри Энн придавило камнем.

Вид у Камерон был ужасный, а в том, как она сказала: «Вы все равно не сможете помочь», ему послышалось что-то жуткое, Что-то бесповоротное, непреодолимое. Он продолжал идти вперед и время от времени кричал: «Эй!»

И вдруг совсем рядом заговорила женщина:

— Мы здесь! Сейчас я посвечу, — но голос был не Мэри Энн.

— Я уже иду! — крикнул Грэхем в ответ. Он вышел на широкую площадку, заваленную камнями разной величины, и увидел свет фонарика. Потом различил среди валунов хрупкую фигурку девушки — она махала ему фонарем.

— Стойте там, — приказал он.

— Слава богу, это мужчина!

Никогда еще Грэхему не приходилась слышать, чтобы кто-то так горячо превозносил его пол. Ему показалось, что он расслышал другой голос, что-то тихо говоривший.

— Мэри Энн? — окликнул он.

Мэри Энн сразу узнала его голос. Блестящие кольца рядом с ней шевельнулись, но она снова сказала себе, что Камерон права. Змеи не воспринимали ее как добычу. Если только лежать неподвижно, у них не возникнет желания ее ужалить.

А теперь здесь Грэхем! Он сможет сдвинуть камень.

Вдруг ей пришло в голову, что он не отважится спуститься на дно пещеры из-за змей. «И тогда я, наверное, разлюблю его», — промелькнула глуповатая мысль.

— Только не свети мне в лицо фонарем, — попросила она.

Он молча отвел фонарь, и по выражению его лица, едва различимого в темноте, она поняла, что он увидел змей.

— Ей придавило ногу камнем, а мне его никак не сдвинуть, — объясняла Анджи ситуацию. — Я только отодвинула парочку змей, чтобы расчистить место, но до самого конца еще не спускалась. Если мы спустимся вместе, я отодвину и других.

— Хорошо.

Мэри Энн увидела, как луч фонаря осветил спуск на дно пещеры, который Анджи уже преодолевала дважды. Грэхем передал фонарь Анджи.

— Посветите, чтобы я видел, куда наступаю.

И он опустил ногу.

Он спускается в змеиное логово! Конечно, вовсе не из-за нее. Это всего лишь джентльменское поведение. А она лежит на камнях, страдая от боли и собственного недомыслия, и даже пошевелиться не может, потому что тогда ее сразу же вырвет. И вдруг ногу уже не спасти?..

Но Мэри Энн не плакала и не собиралась плакать. Вместо этого она сказала:

— Камерон считает, что они сейчас все сонные, потому что зима. Они почти не шевелятся. Только иногда начинают шуметь.

Грэхем и сам заметил, что гремучие змеи производят немалый шум.

— Не бойтесь, ребята, я постараюсь не нарушать ваш сон.

Он старался не вспоминать когда-то виденную фотографию змеи с открытой пастью и двумя смертоносными, странно изогнутыми клыками. Известно, что, если змея решает напасть, она делает это молниеносно…

Хотя едва ли ядовитые зубы прокусят его сапоги, да и холщовые брюки достаточно крепкие.

Впрочем, с ним происходило нечто странное, нечто не имеющее отношения к его страху перед змеями. Змеи были тут, и много, но они не имели значения. Кроме одной, большой, у самой головы Мэри Энн, бренчавшей, как и другие, своей погремушкой.

Одно плечо Мэри Энн было как-то неестественно подогнуто. Анджи Уокман, которой оказалась вторая девушка, говорила без умолку: что Мэри Энн думает, что нога сломана, что плечо вывихнуто… Он прервал ее:

— Дайте мне ваш фонарь.

Фонарь оказался в его руке, и он осветил устланное змеями скальное основание. Если они не поползут, он сможет встать на горку камней как раз между ними. Грэхем посветил на камень, придавивший ногу Мэри Энн. Тот был размером примерно с ведро, и Грэхем прикинул, что сумеет с ним справиться.

Он ступил на поверхность между двумя блестящими клубками и схватился за камень.

— Детка, если я его приподниму, ты сможешь из-под него выбраться?

— Не знаю…