Чтение онлайн

– Да.

– Стреляли?

– Да, – с некоторой усталостью проговорил Долгов.

– По бутылке?

– Да.

– Попали?

– С первого выстрела.

– И что бутылка?

– Вдребезги.

– А расстояние?

– Метров десять, может, пятнадцать...

– Что же вы молчали?! – воскликнул пробужденный Анпилогов.

– Я молчал?!

– Ну не я же, – примирительно сказал Анпилогов. – Так, – повторил он и на этот раз опустил растопыренные свои ладони на стол с легким хлопком. – У меня к вам один вопрос... Вы кому-нибудь об этом говорили?

– Нет.

– Жене, любовнице, приятелю, собутыльнику, соратнику, попутчику? Говорили?

– Нет, вы первый.

– Ха! Как приятно даже в таких делах быть первым, – пробормотал Анпилогов. – И не говорите никому. У вас есть собака?

– Дворняга.

– Даже ей! Вы меня понимаете? Даже собаке, несмотря на ее беспородность, ни слова. Кстати, беспородные собаки умнее всех прочих. Еще неизвестно, на кого она работает.

– В каком смысле? – не понял Долгов.

– Может, у нее датчики за ушами! – сказал Анпилогов с совершенно серьезным видом.

– Шутите? – настороженно спросил Долгов.

– Если тема не допускает шуток – это несерьезная тема, – ответил Анпилогов. – Ну, что сказать... Будем брать ребят.

– Как?

– Для начала скажите им, что вы согласны дать деньги. С колебаниями, ужимками, заиканиями... Другими словами, вы должны дать понять, что решение это далось нелегко. И в зависимости от того как, где, когда, каким образом они захотят получить деньги, мы будем принимать решение. Получить деньги – это очень непростое дело. Опасное и чреватое. Посмотрим, что они придумают. И в зависимости от этого будем подключаться.

– А мне готовить деньги?

– Приготовьте куклу... Хотя нет, не надо. Не сумеете. Наши ребята сделают куклу. Как раз на тридцать тысяч долларов. Дадите им только две сотни долларов.

– За что? – вскинулся Долгов.

– Не за что, а для чего... – поправил Анпилогов. – Для куклы. Чтобы кукла и сверху, и снизу имела приличный вид.

– А, понял... Извините.

– Да ладно... И еще... Даже в этом здании, даже в этом здании... Никому ни слова.

– Вы думаете...

– Оборотни! – зловеще прошептал Анпилогов, приблизившись к самому уху Долгова.

– Здесь?!

– Особенно здесь! На каждом шагу! Видимо-невидимо!

– Как же вы...

– Приходится вертеться, – Анпилогов беспомощно развел руки в стороны. – У вас свои проблемы, здесь свои.

– Значит, я мог нарваться...

– Запросто, – кивнул Анпилогов с серьезным видом.

Такой вот разговор состоялся перед тем, как простодушный Михась с закадычным другом Аликом попали в ловушку, устроенную хитроумным Анпилоговым.

Попались, куда им деваться.

Не учел Михась, что вниз шли два эскалатора. Выбрав час пик, когда метро переполнено, он тем самым не усложнил задачу Анпилогову, а упростил – оперативник имел возможность спускаться по соседнему эскалатору в нескольких метрах от вроде бы обреченного Долгова и, конечно же, видел неуклюжие телодвижения Алика, когда тот выдергивал пакет с куклой из-под мышки у Долгова, когда, сбежав на несколько метров вниз, сунул этот пакет Михасю, а тот, суматошливо озираясь, спрятал его за пазуху.

Смешно все это и бестолково.

Один оперативник пошел за Аликом, второй стерег Михася, а еще двое подстраховывали одного и второго. Надежно сработал Анпилогов Иван Иванович, грамотно, можно даже сказать образцово-показательно. На курсах повышения квалификации эту его операцию наверняка будут разбирать по косточкам и учить юных оперов, как надо работать.

Но вся эта блестяще проведенная операция оставила Анпилогова в состоянии спокойном и даже несколько скучающем – уж слишком все оказалось простым, если не сказать примитивным. Однако, когда Михась в его кабинете заговорил о таинственном заказчике, которого он никогда в глаза не видел, заказчике, который вооружил их, вывел на клиента, так и не показавшись ни разу, – с подобным Анпилогов не сталкивался. Это было что-то новое, доселе невиданное, о подобном он не слышал даже.

И Анпилогов впал в азарт.

Походка его сделалась не просто легкой, можно даже сказать – стремительной. Войдя наутро в свой кабинет, он с такой силой потер ладони друг о дружку, что, окажись между ними спичка, она бы вспыхнула от той температуры, которая возникла между анпилоговскими ладонями.

Сначала он позвонил Долгову.

Тот оказался на месте.

– Здравствуйте, Николай Петрович! Анпилогов на проводе.

– Здравствуйте, Иван Иванович... Есть новости?

– Вы можете говорить?

– Да, я один.

– Как себя чувствуете?

– Терпимо.

– Это хорошо. А что касается новостей... Есть новости. Подъезжайте. Прямо сейчас.

– Через час буду, – ответил Долгов.

– И еще... Вы не увлекаетесь фотографией?

– Так чтобы очень, то нет... Мыльница у меня... Щелкаю иногда... Праздник, шашлыки, рыбалка... На таком вот уровне.

– Захватите снимки, на которых есть ваши близкие.

– Да я, в общем-то, только близких и снимаю...

– Жена, дети, соседи, сотрудники?

– Так примерно.

– Вот всех их и тащите ко мне. В смысле – снимки.

– Вы думаете...

– Постоянно! И только о вас, Николай Петрович.

– Неужели...

– Все возможно. И еще... никто не должен знать, что вы куда-то отправились со снимками.

– Но жена...

– Особенно жена.

– Ей-то я верю...

– И правильно делаете. Жене надо верить. Но не более того. Для всех у вас деловая поездка, вы скоро вернетесь, часа через два. Встреча с клиентом или, как вы там называете своих покупателей, поставщиков... Кстати, в отпуск у вас никто не собирается?

– Да поговаривают некоторые... Лето, Иван Иванович.

– Жду через час, – и Анпилогов, положив трубку, опять с силой потер ладони друг о дружку. Этим движением он как бы подводил итог каждому своему шагу. – Мы встретимся с тобой, дорогой, мы обязательно встретимся! – проговорил Анпилогов вслух, и опять глаза его сверкнули огнем, который кроме как сатанинским и не назовешь.

Зазвонил телефон.

– Слушаю! – сказал Анпилогов, сорвав трубку – он теперь все делал легко и порывисто.

– Наташа? – прозвучал в трубке неуверенный мужской голос.

– Какая Наташа... – растерялся Анпилогов. – Меня зовут Иван Иванович!

– Значит, Наташа.

– А! – вспомнил Анпилогов. – Михась?

– Нет, я Паша.

– А! – опять озаренно закричал Анпилогов. – Как опер ты, оказывается, лучше меня!

– Какой есть...

– У тебя новости?

– Звонил наш приятель...

– И что?

– Торопит.

– О чем договорились?

– На этой неделе я пообещал совершить смертоубийство.