Чтение онлайн

Я, конечно, сходил туда, но что там можно было обнаружить? Взрыв был такой мощности, что кое-какие куски долетели даже до моего корабля. Я не стал докладывать на Землю о трагедии, а прямиком отправился в грузовой отсек. В нём находилось то, чем не располагала предыдущая экспедиция…

Оранжево-красный песок был повсюду. Однообразные барханы вплоть до линии горизонта. Куда я летел, что искал? Где-то здесь была спрятана тайна, но где конкретно, и как она приблизительно выглядит, я не знал. Что я рассчитывал найти? Тела шестерых космонавтов в этой бескрайней пустыне? За четыре года их, скорее всего, замело песком. Песчаные бури здесь были не редкость. Я надеялся на удачу, на хоть какую-то зацепку в этом головоломном деле. Однако горизонт был чист и скучен, и не было ничего, что могло мне помочь…

На двери его городской квартиры был установлен наисовременнейший цифровой замок, который открывался при помощи специальной пластиковой карточки, но мне она не понадобилась. Я вошёл в довольно тесную прихожую, забитую целой грудой неряшливо сваленных вещей. Тут было несколько пар кроссовок, множество дорогих сверхмодных туфель, целый ворох разноцветных рубашек, кожаные куртки, плащи. Всё это хозяйство было небрежно всунуто на полки, развешано на перекошенных вешалках, набросано горой. Видимо, Аммагамма не отличался аккуратностью. Маленькая гостиная тоже не блистала порядком. На столе в пепельнице было полно окурков, рядом стояла почти пустая бутылка вина, заткнутая пробкой, на тарелке лежали засохшие объедки. Похоже, Редж холостяковал, гостей не приглашал, здесь бывал редко, и тутошний не

показушный интерьер его полностью устраивал. Он здесь расслаблялся.

Я покопался в буфете. Никакого интереса его содержимое для меня не представляло. Тогда я заглянул в спальню. Смятое неубранное постельное бельё, раскиданные по полу носки, снова пепельница, доверху заполненная выкуренными до фильтра сигаретами, стоящая на прикроватной тумбочке. Вся эта вопиющая неряшливость резко контрастировала с новейшим цветным телевизором, с лазерным проигрывателем последней модели и с очень бережно сложенными коробками компакт-дисков. Наверное, только именно к этим вещам Редж относился с достаточным уважением. Я пошарил под подушкой, под матрацем, полистал толстый телефонный справочник, находящийся по соседству с телефонным аппаратом, чей белый пластмассовый корпус был в трещинах и в жирных грязных пятнах, повыдвигал ящики тумбочки. Ничего, достойного внимания. Оставались ещё кухня, ванная и туалет, но и там я тоже обнаружил только запустение и беспорядок. Ни записных книжек, ни писем, ни каких-то бумаг, ни компьютера. Я опять вернулся в спальню, сел на краешек кровати и стал размышлять: «Не может быть, чтобы Редж не вёл никаких записей. А, с другой стороны, если он что-то знал, то он вряд ли бы делал их открыто. В этом случае он явно не желал бы, чтобы записи попали в чужие руки.

Значит, существует где-то хорошо спрятанная информация. Но где? В его скромной городской квартире я ничего не нашёл. Видимо, придётся отправляться в роскошный загородный дом Аммагаммы, у моря. Однако туда я уже опоздал, наверняка, там полно полиции». От нечего делать я взял стопку компактов и начал рассматривать их обложки. В основном это были концертные и студийные записи группы, плюс несколько альбомов других современных исполнителей, которые, скорее всего, вызывали симпатию у Реджа. Помимо аудиодисков были и фильмы. Пара-тройка ужастиков, шпионский боевик и какая-то неизвестная мне комедия. Я уже собрался уходить, не солоно хлебавши, когда заметил, что на обложке шпионского боевика на заднем плане среди прочих фотографий участвующих персонажей есть и моё изображение. Фотомонтаж был сделан мастерски.

Возможно, сам Редж его и сделал. Под моей немного грустной физиономией стояло имя какого-то второразрядного актёра.

Есть! Эврика! Нашёл! Да, ловко он придумал. Теперь главное, чтобы сам диск не обманул моих надежд. Я вставил его в проигрыватель. На одиннадцатой минуте фильм резко прервался, и на экране телевизора возникло заспанное лицо Реджа. Одет он был в чёрную футболку, на которой розовыми буквами было написано «Аммагамма». В поле зрения видеокамеры больше ничего не просматривалось. Редж сидел близко к объективу, поэтому, где производилась съёмка, сказать было сложно. Дата же в верхнем правом углу стояла. Запись была сделана девять месяцев тому назад. Аммагамма курил сигарету, и периодически во время своего монолога его рука с сигаретой исчезала из кадра. К концу записи я понял, что он не столько невыспавшийся, сколько выпивший – в конце речи в его руке появился стакан, на три четверти наполненный какой-то синеватой жидкостью, которую он одним махом вылил в рот, потом ухнул и, не попрощавшись, пропал навеки. Вот что я услышал:

«Привет, Алекс! Если ты смотришь эту запись, значит, меня нет среди живых. Значит, меня прикончили. А если смотрит кто-то ещё – будь он трижды проклят! Но я всё-таки надеюсь, что меня лицезреешь именно ты – Александр Сазонов, мой старый друг и

товарищ. Ты извини, приятель, что качество съёмки паршивенькое, но это всё же не концертное моё выступление и не интервью для телевидения даже. Просто любительское видео, сам себя фотографирую, без грима и прочей ерунды, какой я есть в обычной жизни – отёкшая рожа, жёлтые зубы, вонь изо рта… Правда, вонь изо рта ты почувствовать вряд ли сможешь… Ха-ха-ха! Ну да ладно… Короче… Все мы думали, что Изя Рокфильд помер давно, зверски замученный в Счастливой Башне Папы Амилькарского, ан нет – жив курилка, живее всех живых, и мало того – убирает «наших». Ну, Бродяг, Роверов, или как там мы себя романтически называли? Ты знаешь, когда Магараджа мне показал список, кто ещё остался цел, у меня глаза из орбит повылезали. Эта агасферовская сволочь потихоньку уничтожила почти двести бессмертных. И ты знаешь, зачем? Догадался?

Чтобы править миром. А как же! Эта гнида паскудная возомнила себя господом богом. Все мы для Рокфильда – конкуренты и потенциальная угроза. А ему нужна монополия и уверенность, что завтра у него монополию никто не отнимет.

Тех, кто рискнули вернуться в человеческие тела, побаловать себя натуральными чувствами, он убирал легко, с ними хлопот никаких не было, подсылал наёмных убийц, или сам становился убийцей, а вот с теми, кто побоялся расстаться с искусственным

организмом, ему приходилось возиться подольше – придумывал какой-нибудь изощрённый способ, устраивал ловушки, организовывал техническую катастрофу или даже стихийное бедствие. Но и в том, и в другом случае вёл дело так хитро, что смерть одного из нас выглядела как нечто естественное, само собой разумеющееся, без чьего-либо, а тем более его, участия. К тому же он ведь не сразу двести «сквизов» отправил к праотцам, а в течение нескольких столетий. Однако, как говорили русские, сколько верёвочки не виться, а кончик рано или поздно сыщется. Магараджа разоблачил Агасфера. Молодец, Ибн! Ты ведь знаешь, он у нас всегда отличался сообразительностью, недаром же Махариши в своё время миллиардное состояние сколотил, плюс его любовь к статистическим данным и к криминалистике помогла, да и самое главное – то обстоятельство, что он один связь со всеми бессмертными периодически поддерживал, когда нам приспичило рассеяться по белу свету, разбежаться в разные стороны. Ты спросишь меня, Алекс, что теперь делать? А ничего, брат, теперь не поделаешь. Поздно бороться с Изей. Нам стало известно имя преступника, но мы опоздали. Почему? Да потому что Рокфильд сейчас не просто Рокфильд, а Рокфильд-1, Рокфильд-2, Рокфильд-3 и так далее. Он размножился. Точнее сказать, клонировался. Он – везде. Под разными обличьями, в разных странах, но с одними и теми же мозгами, с мозгами Израэля Рокфильда. Может быть, ты, Алекс, подозревал что-либо подобное; не исключено, что даже вёл собственное расследование, а, узнав от меня правду, возможно, захочешь

отомстить за нас, «сквизов». Но я тебе не советую. Бесполезно. Один в поле не воин. Если быть честным, мы проиграли. Пока мы, образно говоря, нежились на солнышке, Изя не дремал, он нас всех поодиночке сделал. Мой тебе совет, Алекс, – сматывайся отсюда: из города, из страны, а ещё лучше – с планеты. Да-да, я не шучу, он ведь, пёс паршивый, и до Магараджи добрался. Не знал? Ибн в последнее время в Агентстве по освоению ближних миров председательствовал, так вот, отправился он однажды с инспекцией на космодром, а там вдруг ни с того, ни с сего возьми и взорвись резервуар с топливом, когда Махариши мимо со свитой проходил. Не слышал эту историю разве? Все газеты писали, и Ти-Ви показывало. Короче, осталось нас около десятка «сквизов», ты и я в том числе. Надо тебе, дружище, делать ноги, пока цел. И знаешь, куда я рекомендую рвать когти? На Марс, Алекс, на Марс. Что-то там происходит такое, что трудно понять. Экспедицию туда послали, а она без вести пропала. Разберись, слетай, я-то ведь не могу, мёртвый я уже. Ха-ха-ха!.. Либо «тарелку» возьми, либо, если не захочешь «светиться», и если будет такая возможность, постарайся попасть в состав второй миссии. Я тебе сейчас телефончик скажу, свяжешься с этим человеком, он друг Ибна, в той же конторе служит… (Редж

назвал номер.) Запомнил? Парень тебе поможет… Ну а я? Я умирать не боюсь. Не хочу всю жизнь прятаться от Агасфера, снова влезать в искусственное тело. Мне всё равно, прикончит он меня или нет. Ты не поверишь, но я устал от бессмертия, и смерть станет для меня логическим завершающим актом в этом великом мистическом рок-концерте, каковым была моя жизнь. Много ошибок я совершил за все эти годы, но, надеюсь, и кое-что хорошее оставил после себя. Возможно, некоторые из тех, кто приходили на представления, слушали песни и разделяли мои взгляды, изменят этот мир к лучшему, избавят человечество от агасферов и прочих подобных мерзавцев. Надеюсь, я не зря жил

на свете… Мне остаётся только помянуть раба божьего Реджинальда Мотерса, безвременно от нас ушедшего в мир иной. Светлая ему память! Покойся с миром! Как там по-русски? Пусть земля ему будет пухом! Он ведь был прикольный чувак, этот странный англичанин… «Далеко за полем колокол железный / Зазвонит по чьей-то жизни бесполезной»… Ха-ха-ха!..»

Если брать за центр место посадки ракеты, на которой он сюда прилетел, то Алекс двигался по спирали; так было больше шансов обнаружить людей, таинственным образом исчезнувших на Марсе. Это днём. Ночью же он выключил двигатели и мягко опустил машину на песок – в потёмках искать какие-то вещдоки пропавшей экспедиции он смысла не видел. Вещдоками могли оказаться очень маленькие по размеру личные предметы

космонавтов, но эти маленькие предметы способны были вывести Алекса на большой след, и он не хотел их ночью пропустить. Марсоход был оборудован по последнему слову техники. Тут имелось всё необходимое для длительного исследования планеты. Инженеры позаботились о том, чтобы экипаж не знал никаких проблем, как в плане работы, так и в плане досуга. Алекс спустился с мостика в кают-компанию, включил записанную накануне программу новостей, переданную с Земли, – по вспыхнувшему экрану плазменной панели поползла традиционная заставка. Симпатичная дикторша в строгом, но модном костюме стала рассказывать, что произошло в государстве и в мире за