Чтение онлайн

И тут же в замке залязгал ключ — дверь отворилась. «А ну, заходи.» — раздался гнусавый голос Гориллы.

В комнату, опущенно волоча ноги, вошла Таня.

Прошедшие со дня их расставания четыре месяца оставили свой отпечаток: щеки ее ввалились, зеленые глаза, казалось, занимали больше половины лица, невесомое тело утопало в мешковатом комбинезоне. Длинные волосы, так нравившиеся Францу, были коротко острижены; серьги, кольца, бусы (Таня раньше носила много украшений) — все это исчезло. Увидев ее, Франц попытался встать, но лямки пыточного кресла отбросили его назад.

— — Пройдите сюда, заключенная. — Женщина указала рукой на кресло, где сидел Франц. — Виктор, освободи подследственного и усади на табуретку. Заключенную пристегни вместо него.

Горилла подошел, отстегнул лямки и рывком вздернул Франца на ноги; «Слышал, что тебе сказали?» — прогнусавил он. С трудом переставляя ноги, Франц отошел в сторону и сел на табурет. «Сюда.» — без выражения приказал охранник Тане.

Не сводя отчаянного взгляда с лица Франца, та опустилась в кресло. Горилла пристегнул ее и встал у стены.

Женщина прошлась взад-вперед по комнате, остановилась рядом с Францем и мягко положила руку ему на плечо.

Тишину нарушал только мерный звук капель, падавших из плохо закрученного крана.

— — Я организовала эту встречу для того, — сказала Женщина, обращаясь к Тане, — чтобы вы помогли следствию повлиять на вашего бывшего возлюбленного — поверьте мне, в его же собственных интересах. Если вы убедите его рассказать правду, то спасете от тяжких физических страданий. — Она вздохнула. — Нам больше ничего и не нужно — только правдивый рассказ о том, что произошло.

Выдержав паузу, Женщина сняла тяжелую, как камень, ладонь с плеча Франца и села за стол — Таня проводила ее непроницаемыми рысьими глазами.

— — Давайте, я расскажу вам обстоятельства дела. — Женщина откинулась на спинку стула. — Полтора месяца назад в 21-ом Потоке мужской половины Яруса произошло ужасное преступление: Наставник, два охранника и двадцать три заключенных были зверски убиты. В живых остался лишь один человек — ваш бывший возлюбленный Франц Шредер — и о том, что там произошло, мы можем судить только по его словам. Согласно его показаниям, один из заключенных совершил все эти убийства в припадке умопомешательства, а потом был убит сам — вашим возлюбленным, который якобы защищал свою жизнь. История эта, полная противоречий и натяжек, казалась маловероятной с самого начала — а в свете собранных нами вещественных доказательств стала выглядеть попросту невозможной. Не полагаясь, однако, на субъективные суждения, мы подвергли имеющиеся данные компьютерному анализу — который показал, что слова подследственного правдивы с вероятностью лишь 0.47%, а потому, согласно Уставу, считаются неистинными … — Женщина говорила без выражения, будто читая текст по бумажке.

— — На меня не рассчитывайте. — вскинула глаза Таня.

— — Почему?

— — Я вам уже говорила.

— — Вы тогда не знали, что речь идет о вашем возлюбленном.

— — Я отказалась тогда, сейчас откажусь тем более. — Танино лицо покраснело, глаза дерзко сузились. — Вы просто сука.

Женщина рывком встала со своего стула и шагнула по направлению к Тане.

— — Что вы от нее хотите? — хрипло спросил Франц.

— — Разве я не сказала? — обернувшись, Женщина ненатурально, с усилием улыбнулась, — Чтобы она на вас повлияла.

— — Она на меня повлиять не может.

— — Я в этом не уверена. — Женщина подошла, наклонилась, заглянув в лицо, и снова положила ладонь ему на плечо. — Вы же не хотите заставить ее страдать?

Передернувшись от запаха самки, Франц сбросил ее руку — некоторое время Женщина стояла без движения, раздувая тонкие ноздри. Потом резко распрямилась и повернулась к Горилле:

— — Виктор.

Охранник отделился от стены.

— — Начинай. — она указала рукой на Таню.

Горилла грузно повернулся вокруг своей оси, взял со столика рядом с пыточным креслом пластиковый поднос с неиспользованными хирургическими инструментами и с грохотом свалил его в раковину умывальника. Потом вытащил из шкафа поднос с новым комплектом и аккуратно перенес его на стол. Подключив к розетке паяльник, он повернулся к Тане, бережно поправил неуклюжими пальцами ее волосы, поколебался немного и выбрал один из инструментов.

Таня полузадушенно вскрикнула и отшатнулась насколько позволила спинка кресла. Горилла подносил к ее лицу тонкий, на вид очень острый, хирургический скальпель.

Господи, неужели ничего нельзя сделать?

Франц повернулся к Женщине — та смотрела, не отрываясь, на Виктора и Таню. Лицо ее искажала то ли улыбка, то ли гримаса; она тяжело дышала, впитывая происходившее. И вдруг, с неслышным никому, кроме самого Франца, фотоаппаратным клацанием прямоугольник его взгляда сфокусировался на широком ремне, охватывавшем талию Женщины. Потом — с новым щелчком — кадр сузился до висевшей на ремне кобуры; и, наконец, — щелк! — крупным планом на рукоятке пистолета.

"Нет, не получится — слишком просто. Как в плохом приключенческом фильме.

Господи, да решайся же, наконец!"

Несколько тысячных долей секунды Франц готовился к тому, что сделает, — а потом, выбросив вперед руку, коротким движением вынул пистолет из кобуры. Женщина схватилась рукой за пояс и резко повернулась, но было поздно: Франц сдвинул предохранитель, вздернул затвор, поднял пистолет на уровень глаз и спустил курок.

Грохнул выстрел — в черном мундире на спине Гориллы образовалась дырка. Сунувшись вперед, охранник чуть было не повалился на Таню … затем повернулся и шагнул к Францу.

Тот вскочил с табуретки и выстрелил еще раз.

Пуля ударила Гориллу точно посередине груди и отбросила назад — несколько мгновений охранник бессмысленно топтался на месте, потом выронил скальпель и с тяжелым ударом рухнул на цементный пол. Глаза его остались открыты и выражения не изменили — то есть, выглядели, как две стертые серебряные монеты.

Все действительно оказалось очень просто.

Франц медленно повернулся к Женщине — краска с ее лица исчезала по мере того, как она пятилась назад.

— — На пол, лицом вниз. — приказал он, и Женщина без колебаний подчинилась.

На мгновение Франц задержался, ошарашенно разглядывая распростертую перед ним фигуру в черном комбинезоне — ситуация изменилась фантастически быстро, и продуманного плана действий у него, конечно же, не было. (Эхо громовых ударов сердца гулко резонировало в груди. В ногах появилась пьянящая легкость — сила тяжести, казалось, уменьшилась в шесть раз. Слабость, озноб и боль, чувствованные Францем еще десять секунд назад, исчезли без следа.)

Он бросился к Тане, отстегнул лямки и освободил ее из кресла.

— — Быстро … забрать у них ключи. — он подтолкнул ее по направлению к лежавшей на полу Женщине, а сам склонился над мертвым Гориллой.

И тут же отшатнулся — а вдруг тот жив?

И тут же наклонился опять — реальность не может походить на приключенческий фильм до такой степени.

Франц наклонился и стал торопливо расстегивать медный карабин, крепивший ключи к поясу охранника, как вдруг Горилла, перехватив его за руку, притянул к себе.