Чтение онлайн

– Да сэр! Есть исполнять приказ, Сэр! – шутливо отозвался форс на фразу Мартина, и по-солдатски выпрямившись во весь рост, гордо подняв подбородок выровнял руки по швам.

Мартин только улыбнулся в ответ и уходя повторил:

– Я пришлю матроса, он поможет тебе с уборкой.

На главной палубе к этому времени шторм уже разошелся не на шутку. Огромные волны с грохотом обрушиваясь на палубу разбивались вдребезги и неспешно и умиротворенно расстилаясь по ней вновь утекали восвояси. Озябшие матросы, одетые в желтые непромокаемые плащи с отражающими полосами шустро, суетились по палубе перекатывая бочки, задраивая люки и лазы и убирая с палубы все что может быть смыто за борт. Завершив все дела, вскоре и сами матросы покинули главную палубу оставив ее в полное распоряжение бушующей стихии.

Штурман с капитанского мостика через бинокль вглядываясь куда-то вдаль иссиня-черных тяжелых туч доложил капитану что надвигается гроза.

– Ну вот— Вдумчиво произнес капитан. – Только этого нам и не хватало. С нашим весом в шторм нас и так мотает как щепку, а тут еще и гроза. Если мы останемся без навигации это будет катастрофа.

– Штурман ничего не ответил, а только сочувственно-беспомощным взглядом посмотрев на капитана развел руками как бы расписавшись в своем бессилии перед стихией.

Вскоре судно вошло в грозовой фронт и в добавок к бушующему шторму его накрыл сильный, продолжительный ливень, сопровождаемый раскатами грома и ослепительными, в сумраке наступающей ночи, разрядами молний, которые словно побеги огненного дерева мгновенно прорастали от небосвода до самой воды.

В каюте форса было зябко и сыро и он, закутавшись в два шерстяных одеяла, всю ночь, ворочаясь в кровати и стуча зубами от холода, пытался уснуть. Шторм стих только к утру, и только с появлением первых лучей солнца, начинающих припекать борт судна с той стороны где находилась каюта Форса, в ней немного потеплело, и Форс уставший от холода и бессонной ночи, изможденный уснул "без задних ног".

Во сне, два высоких, чернокожих солдата в какой-то странной военной форме и светло-коричневых беретах с автоматами наперевес вели его, закованного в кандалы, куда-то под руки по узкому, плохо освещенному тоннелю которому казалось не было ни конца, ни края. Форс не знал куда его ведут, и кто эти люди, а только чувствовал в груди неприятное ощущение того что происходит что-то неправильное, ошибочное, то чего не должно происходить. Он чувствовал, что здесь есть какое-то недоразумение и он находится в центре всего этого. Сон был настолько реалистичен что Форс мог видеть мельчайшие детали. Он видел траву мелкой порослью прорастающую между брусчаткой, которой выстлан был тоннель, нашивки на рукавах военных, хоть он и не мог разобрать их, и тусклый свет от лампочек, висящих под низким, сводчатым потолком, и слепящий глаза в тот момент, когда он проходил мимо них.

Внезапно все исчезло, и тоннель и военные, и он оказался посреди ночного, заснеженного леса стоящим на каком-то деревянном помосте окруженный белыми, запорошенными снегом ёлками.

Вот елки начали шевелиться. Сначала одна, потом другая как бы стряхивая с себя переливающийся в свете луны снег. И стряхивая с себя снег елки начали принимать облик белых рыцарей в белоснежных остроконечных колпаках, и белых плащах с белым крестом на фоне красного круга. Это были рыцари Ку-клукс-клана. Лица их были закрыты белыми масками с горизонтальными узкими прорезями для рта и глаз. Каждый держал в руке по зажженному факелу. Они горели так ярко что Форс мог видеть отражение их пламени в глазах рыцарей.

Обходя со всех сторон, они начали медленно окружать помост, на котором он стоял.

Из толпы прямо перед ним вышел юноша, в облачении белого рыцаря и пристально посмотрел на Форса так как будто пытался его опознать.

Рыцарь снял маску и Джейкоб, к своему невероятному удивлению обнаружил что это был чернокожий мальчик, с очень знакомыми ему чертами лица.

Это был тот юноша которого застрелили полицейские в Бруклине.

– Это он. – указал юноша пальцем на Форса. – Это он меня убил.

Ужас словно стальной саркофаг сковал все тело форса, и он почувствовал, как его бросило в холод.

–Я не виноват; это какая-то ошибка – в ужасе пытался выговорить Джейкоб, но язык его не слушался и вместо этого выходило лишь глухое, протяжное мычание.

Форс стоял на подмостях и беспомощно наблюдал за тем как рыцари один за другим начали снимать маски и все они были чернокожие, что, впрочем, почему-то нисколько его не смущало. Последним снял маску высокий крепкий рыцарь, который своим ростом и телосложением более всех выделялся из общей массы и Форс узнал в нем своего, теперь уже покойного, отца.

Он укоризненно смотрел на Сына как бы говоря ему: "Как ты мог? Я не учил тебя этому."

Джейкоб хотел было что-то сказать в свое оправдание, но язык по прежнему его не слушался, и он снова глухо и протяжно замычал.

Один из рыцарей опустил маску на лицо и начал подниматься на помост, на котором стоял Форс. И только сейчас Джейкоб понял, что это не просто помост, это эшафот, и его сейчас будут казнить. Просто линчуют за то чего он не совершал.

– За что боролся на то и напоролся! – словно ведьмино проклятье задребезжал над его головой высокий женский голос.

Белый рыцарь подошел к Форсу сзади и демонстративно взяв его за волосы обвел толпу вопросительным взглядом.

Все рыцари как по команде, разом вытянули правую руку вперед и резко вывернув кисть руки выбросили большой палец вниз как бы говоря палачу свое решительное "Убей"

Палач накинул Форсу на шею петлю из толстой пеньковой веревки и затянул ее так сильно что Джейкоб почувствовал, как он медленно начинает задыхаться.

Где-То совсем рядом послышался ритмичный бой барабана и… он проснулся.

Кто-то со всей силы барабанил в дверь его каюты.

"Долбят так как будто хотят выломать дверь" подумал Джейк и скинув с себя шерстяные одеяла медленно, зевая на ходу поплелся к двери.

– Зачем так долбить? – ворчал он недовольно, открывая дверь. – Так можно и дверь выло…

Едва приоткрыв дверь, он не успел договорить как оглушительный удар прикладом автомата в лицо сбил его с ног.

Уже лежа на полу он почувствовал, как теплая струйка крови сочится, откуда-то со лба, по его носу и монотонно капая на верхнюю губу попадает в рот оставляя после себя солоноватый привкус. В голове помутнело; его немного подташнивало.

Форс слегка приподнял голову и увидел двух чернокожих людей с автоматами Калашникова в руках, нависавших над ним.

Они были похожи на тех военных, которые во сне вели его по тоннелю только вместо военной формы на них были какие-то грязные лохмотья с белесыми пятнами, оставшимися то ли от пота, то ли от соленой морской воды.

Один из них – худой, высокий, с очень отвратительным выражением лица, которое в добавок ко всему было изуродовано шрамом, простирающимся от правого глаза до края верхней губы, ткнул Форсу в грудь дулом ржавого автомата и спросил что-то на непонятном языке.