Человек – сейф
Шрифт:
Его, как никогда изъедала тоска, обернувшись спиной к двери, пиная, тут же сник перед приговором судьбы.
Он, сползая вниз по двери, сев на корточки со страхом посмотрел прямо перед собой с немым вопросом: «ЧТО ЖЕ БУДЕТ ДАЛЬШЕ?!»
Глава 4. Заполнение пустоты
…Темень вечера вошла в квартиру полновластной хозяйкой.
Свет, льющийся от бра, был приглушён. Эмма, в траурной одежде съежившись калачиком, лежала на угловом диване. Она тихо плакала. За окном через открытую форточку было слышно, как льет дождь, монотонно стуча по стеклам окна.
Женщина глядя в одну точку на фотки детей, лежащие рядом с ней, с нежностью трогала рукой, роняя на них слезы, беспрестанно спадающие вниз по щекам крупными каплями. На фото дети – здоровые и улыбчивые. Девочка, дочь, Аллочка, 10 лет, в новогоднем костюме «снегурочка». И сын, 8 лет, Артур, в матроске. На пол выпала третья фотография, мужа, пилота…
5 лет назад…
В зале на угловом диване сидели дети, Аллочка и Артур, смотрели по телику любимые мультики.
Аллочке стало неудобно лежать на диване, она никак не могла выпрямить ноги, чтобы свободно в своё удовольствие смотреть телик. Настырно сталкивала на пол Артура.
Малыш, хмурясь, зло дал сдачи, избивая сестру. Та, поднимая крик, как можно громче закричала, переходя на визг:
– Мам, а что он мне не даёт нормально посмотреть мультики! Достал уже! Выгони его отсюда!
Артур, тут же спрыгивая с дивана, усаживаясь на ковре, как ни в чём не бывало, продолжил смотреть телик, нервно клацая по кнопкам, меняя каналы.
Аллочка всё не унималась, продолжая выкрикивать:
– МА-А! Ну, что он мне мешает…
Открыв дверь, влетев, она, Эмма, одетая по-домашнему с выпачканными по локоть в муке руками, в испуге осмотрела комнату, думая о самом наихудшем, но: «Слава Богу, всё стояло на месте…»
Артур, вскакивая с места, с недовольством тут же бросил на пол пульт, быстренько садясь на одно из кресел. Она, разводя руками, возмущенно крикнула:
– Ну, что вы у меня, как маленькие! Не можете между собой договориться, ведь вы же – брат и сестра.
С укором глядя на дочь и сына, про себя мимолетно отметив, что те сидят, как ни в чем не бывало. Это уже хоть как-то немного успокоило.
Дочь, лежа на диване, свернувшись калачиком, как-то вдруг испуганно притихла, чтобы на неё мать обратила внимание и лишний раз заступилась за неё, это её манера «выходить сухой из воды», чтобы только ей не попало первой, как старшей.
Сын, поджав ноги, весь взъерошенный тоже не менее неё перепуганный, словно врос в кресло, замерев в ожидание.
Эмма, подойдя к лежащему на ковре пульту, взяв в руки, строго глядя на детей, несвойственно ей, не сдерживая гнева, в крик приказала:
– Всё! На кухню, будем обедать! С Вами не соскучишься! Вот папа приеде…
Нечаянно нажав на пульт, вздрогнула.
По телевизору показывали новости. На экране появилась картинка документальные кадры…
…Запись очевидца, выведенная с мобильного телефона: упавший самолет врезается в дом, последствие – клубы пыли, поднятые столбом к небу.
Эмма с нарастающей тревогой с напряжением всматривалась в кадры…
…Диктор, миловидная женщина лет 30, строго смотрящая прямо на Эмму, поставленным голосом, как – будто именно ей, докладывая обстановку, говорила:
– По информации источника СМИ: На одной из окраин города в 10 час утра самолёт, летевший чартерным рейсом, при невыясненных обстоятельствах упал на жилой дом, пассажирам спастись не удалось.
В самолёте находились шесть человек, во главе с пилотом Игорем Борисовым.
Эмма не понимая, стала клацать по кнопкам, прибавляя звук. Сухой голос доводил до сведения: «На месте ведётся расследование причин аварии…»
Не понимая, Эмма смотрела то на телевизор, то на ничего непонимающих детей. Те испуганно переглядывались, молча глядя на неё, боясь верить глазам и ушам.
Она на подкошенных ногах еле дошла до кресла. Обвисая плетью, буквально свалилась в него.
Дочь, сорвавшись с дивана, опрометью подбежала к ней с криком:
– Мама! Мамочка!..
Кивая головой в сторону телевизора, всхлипывая, закричала:
– Папа!..
Не сдерживая слёз, зарыдала.
Артур перелез через журнальный столик, который стоял между двумя креслами, целуя, обнял мать.
Эмма, рыдая, бормотала, монотонно повторяя:
– Он погиб… Он погиб. Не может быть!..
Сын, забрав пульт из рук матери, выключил телевизор. Обнимая мать, тихо заплакал, до конца возможно не понимая, что произошло все это именно с отцом.
Дочь глядя на зловещий чёрный квадрат экрана телевизора, громко рыдала, умывая лицо горькими слезами.
Мать, закрыв глаза, безутешно плача причитала:
– Да на кого ж ты нас покинул…
Мысленно стала искать ниточку ведшую к нему, нащупав, не хотела обрывать, она, силясь, всматривалась в своё прошлое…
…Тогда она, ещё совсем молодая девушка, едет в поезде в Москву, чтобы найти свой жизненный путь, обрести свою самодостаточность. Ей необходимо поверить в себя, доказать, прежде – всего, своим родителям, что судьба в её руках. Она уверенна, что молодость и желание добиться чего-либо в жизни – самый главный двигатель. Пусть, даже имея в руках навык профессии «штукатура – маляра», она сможет быстро освоиться в Москве, ведь там столько строительных компаний. А ей нравится преображать жилье из бетонной коробки в уютное «гнездышко», вкладывая своим трудом энергетику своей души.
И она, Эмма, ничуть не стыдится своей приобретенной профессии.
Не зря целыми днями и вечерами сидела перед компьютером в поиске квартиры в аренду, сделала анализ преимуществ жизни в Москве и кажется, уговорила родителей, заверив их, что там, вдали у нее большие шансы, чтобы начать самостоятельную жизнь.
Она по большому счёту, хочет стать дизайнером интерьера, непременно будет на него заочно учиться.
Мать в полном отчаянии. Отец – внешне суровый, волевой, ответственный человек, как – то ещё крепится.