Чепешев-супермен
Шрифт:
– Вань, что там с Зеленым переулком, определились? – после некоторой заминки спросил Стас.
– Мне передают. Экспертиза, само собой, показала причину смерти острую сердечную недостаточность, – Стас покоробился от неграмотной формулировки, а Иван невозмутимо продолжал. – И хотели уже отказывать в возбуждении. Но тут явился банкир, – Иван потер нос ладонью и переключился на затылок. – Принесла нелегкая!
– Что, по поводу снятия денег проинформировал?
– Точно! А ты откуда знаешь?
– Нашлись добрые люди – поделились информацией.
– Ну да. Вот, теперь готовлю постановление о возбуждении дела.
– И с чего начнешь?
– Племянница под подозрением, – скучно сказал он. – И на месте происшествия засветилась, и вроде деньги ей на счет ушли. Точно не могу сказать. Подписку с нее возьму. Ну а дальше – посмотрим…
– Ясно! Ну, давай, успехов тебе! – Стас пожал ему руку и отправился в бухгалтерию…
Деньги приятно холодили нагрудный карман, на крыльце ярко светило весеннее солнце и Чепешев, набрав в легкие свежего хрустального воздуха, вдруг подумал, что даже не знает, как с толком распорядиться всей этой неописуемой лепотой.
По своей природе он – ясное дело! – был эстет и вполне был способен оценить внешнюю красоту, вот только времени на ее осмысленное созерцание катастрофически не хватало. Причины понятны – работа, суета сует, что для него, в общем, одно и то же. И тут уже не важно – ты украл или у тебя украли, а время безвозвратно прошло.
Он еще немного постоял, наслаждаясь тем, что сейчас-то уж точно никуда не спешит и решил по такому случаю нагрянуть к девчонкам.
Девчонки – это бывшая жена и дочка, не чаяли его увидеть. Всю прошлую неделю у него надрывался телефон с предложениями насчет пообедать. Аленка знала, на что надавить. Ведь он, само собой разумеется, был еще и гурман. Да и как могло быть иначе? Вкусовые пристрастия ничуть не хуже всех остальных. А значит, нет никаких оснований не лелеять их точно так же, как и прочие.
Обо всех остальных его замечательных наклонностях бывшая может и догадывалась, но такого рода подробностями себя не утруждала. А вот что касаемо того, что он любил покушать, знала наверняка. И не раздумывая этим пользовалась. Да и чего тут раздумывать? – свои же люди!
Отношения с Аленкой, вопреки расхожему мнению, что все следаки разводятся со своими женами из-за работы, были прекрасные.
Они поженились, когда учились на четвертом курсе юридического. Вскоре родилась Машутка, и жизнь пошла своим чередом. Стас поступил на службу в милицию, Алена – в адвокатуру. Тепленькое местечко ей обеспечил отец. Он был полным теской Чепешева. То есть не полным, конечно же, но Станиславом Георгиевичем все же был. Вряд ли это послужило главной причиной их дружеских отношений, но какую-то роль, наверное, сыграло. А по большому счету они были очень дружны. До смешного. Несмотря на шестнадцатилетнюю разницу в возрасте и социальное неравенство. Ведь тесть у Чепешева был настоящий олигарх! И здесь «повезло».
Так вот. Жили они с Аленой жили, и в один прекрасный момент вдруг выяснилось, что чувства их уже не те, жизнь ушла вперед, а сами они чрезвычайно повзрослели и от тех, кто в свое время сочетался законным браком ровным счетом ничего не осталось.
У Аленки в это самое время случился бесшабашный роман, и она честно обо всем призналась мужу. Как близкому человеку, от которого не может быть секретов. И развод их стал таким же легким и естественным, как и вся их совместная жизнь.
Столь высокие отношения, казалось бы, должны были отразиться и на отношениях с тестем. Но как бы ни так! Оба Станислава как находились на одной волне, так на ней и оставались. Прямо как в кино. Даже подаренная богатым родственничком квартира и роскошный автомобиль остались за Чепешевым без лишних разговоров. Что было очень странно, учитывая его щепетильность.
Стас притормозил у хорошо знакомого ему подъезда и вышел из машины. Оставалось только подняться на второй этаж. И тут он заметил молодую эффектную особу, нарезающую круги вокруг такого же, как и она сама, модного автомобиля.
Женщина была явно в расстроенных чувствах и растерянно заглядывала куда-то под низ машины. Пройти мимо Стас, разумеется, никак не мог.
– Проблемы? – подойдя поближе, доброжелательно и в то же время полушутливо поинтересовался он.
Владелица машинки, не ожидавшая, видимо, ниоткуда никакой помощи, тем не менее, быстро сориентировалась и, благодарно взглянув на Стаса, с готовностью подтвердила:
– Вы не поверите!
– В самом деле? – все в том же снисходительно-шутливом тоне притворно удивился Стас. – И что же такое у вас стряслось?
Женщина обескураженно покачала головой и выдала целую тираду:
– Ключи завалились под машину. Под самый центр. Никак не могу достать! И как так получилась – ума не приложу…
– Только и всего? – Стас огляделся по сторонам, зацепил в палисаднике какую-то корягу и ловко просунул ее под автомобиль. – Ну, вот он, ваш ключ, – он добродушно усмехнулся и протянул счастливой обладательнице ее бесценную утрату.
– Поверить не могу! – женщина заметно повеселела и обдала Станислава бесконечно щедрой улыбкой. – Всего-то и делов?! Спасибо вам большое! Уж и не знаю, что бы я без вас делала?!
– Больше не роняйте! – участливо посоветовал ей Стас и взял курс по направлению к подъезду.
Незнакомка ему вслед еще раз выразила свою благодарность и, довольная, уселась, наконец, в свой шикарный автомобиль.
А Стас зашел в подъезд и поднялся по лестнице.
На звонок за дверью зашелестели легкие шаги, и уже через мгновение послышались звуки отпирающихся замков. Дверь широко распахнулась.
– Папочка! – от неожиданности заверещала появившаяся на пороге Машутка и тут же опрометью кинулась прямо ему на шею. – Вот это сюрприз!
Папочка поставил дочь обратно на пол, прошел во внушительных размеров прихожую и, радостный, разулыбался ей в ответ своей лучезарной улыбкой.
– Привет, дочур! – оптимистично сказал он, а заодно прикинул, как бы так легко и непринужденно приписать себе в заслугу свой же спонтанный визит. Соображал он, как известно, быстро, поэтому продолжил без запинки. – Ну, вот видишь?! Чуть свет, уж на ногах, и я у ваших ног.
– Да, – засмеялась Машутка, – ты у нас известный литератор! Только меня не проведешь! – она то с сомнением во взгляде на него посматривала, а то крепко прижималась, желая, видимо, удостовериться, что это не сон и что все и правда происходит на самом деле.
– А чего так? – весело подмигивая, подыграл он ей в тон.
Вместо ответа дочура загадочно улыбнулась его же, почти клонированной, улыбкой и, потянув за рукав, повела за собой:
– Ма-ам, – игриво позвала она, – тут у нас Станислав Георгиевич-младший говорит, что ради нас все бросил и примчался, как и обещал. Ты веришь?
– Так ведь он всегда говорит правду и только правду, – послышалось из кухни, – как тут не поверить? – Аленка вышла им навстречу из кухни в нарядном фартучке и, аккуратно вытерев об него руки, подошла к Стасу, кокетливо подставив ему щеку. – Ну-ка, рассказывай, что это у тебя за шашни с Сашей Заварзиной?
– С кем, с кем? – удивился Стас.
– Не придуривайся – я все видела! Только что, у подъезда…
– Так это Саша Заварзина была? Племянница Симаковой?
– А то ты не знал?! – выговорила она с апломбом.