Чтение онлайн

С самых первых дней своего присутствия в стране, ЦРУ пыталось привлечь племена на свою сторону. Эти усилия мало что дали по целому ряду причин. Операция в 2004 году в Фаллудже отравила общественное мнение значительной части сельских жителей Анбара. В форме бригады Фаллуджи, сформированной из бывших баасистов, она также временно дискредитировала возможность вооружения местных суннитских ополченцев. Они просто перешли на сторону повстанцев. В 2005 году ожесточенные бои в верховьях Ефрата привели к расколу, особенно между местными общинами и иностранными боевиками, но «Аль-Каида» была настолько успешной в убийстве или изгнании любого общинного лидера, который выступал против них, что контакты оставались неуверенными.

В течение мая Фрай в своем офисе в «Зеленой зоне» принимал пару важных делегаций. Первая прибыла из Абу-Грейб, а вторая из Диялы, провинции к северо-востоку от столицы. Характер этих встреч означал, что они должны быть тайными. Вожди племен были доставлены в закрытых машинах для транспортировки в «Зеленую зону». После обсуждений, они были возвращены в незаметный пункт сбора. Эти начальные обсуждения оказались безрезультатными: шейхи были вежливы и мягки, но казались неуверенными в отношении того, сколько людей они могли бы выставить в качестве ополченцев или когда они действительно могли бы это сделать. Но, примерно в то же время, когда Питер Девлин опубликовал докладную записку о безнадежности ситуации в Анбаре, была организована встреча с некоторыми ключевыми людьми из этой неспокойной провинции. В выявлении этих людей сыграл важную роль начальник резидентуры ЦРУ в Багдаде, как и иракский губернатор. Один деятель, участвовавший в ранних обсуждениях, организованных Робом Фраем, отмечал: «Последними в них приняли участие люди из Анбари, но у них была гораздо большая сплоченность, чем у других». Коалиция и некоторые влиятельные лица из Анбара внимательно присмотрелись друг к другу, и казалось, что они могли бы вести дела.

Было очевидно, что эти суннитские шейхи встречаясь с генерал-лейтенантом Фраем или американскими офицерами, рисковали своими жизнями. Попытка в конце 2005 организовать фронт против «Аль-Каиды» под названием «Народный совет Анбара» привела к интенсивному насилию. Местные видные деятели помогли обеспечить проведение выборов в декабре 2005 года, но после этого, как написал Девлин в своем секретном отчете, «Столкнувшись с этим вопиющим вызовом их гегемонии, АКИ уничтожили Народный совет Анбара… с помощью высокоэффективной и всеобъемлющей кампании убийств». Переход на сторону американцев часто означал не только смерть, но и пытки, обезглавливание или осквернение вашего тела, а видеозаписи этих действий поступали в продажу на базарах Рамади.

Шейх Абу Али аль-Джассим выступил с обещанием ввести своих людей в иракскую полицию, и история, казалось, повторилась, поскольку он стал мишенью «Аль-Каиды». Они похитили его и убили, пряча тело в течение четырех дней, прежде чем сообщить родственникам, где его найти. Это нарушение исламских принципов, касающихся обращения с умершими, зашло слишком далеко. Рамади пережил вспышку насилия после падения Саддама, не в последнюю очередь, в результате кампании по обеспечению безопасности, начатой Макфарландом в июне того года. Бесчисленные здания были разрушены, а шальные американские пули и бомбы унесли жизни сотен, если не тысяч, к тому времени, когда шейх Джассим был убит. Несмотря на этот перечень ужасов, и точно так же, как взрыв в Самарре, именно символический акт осквернения, совершенной «Аль-Каидой», оказался таким мощным.

Шейхи поговорили за стаканами чая на диванах в их семейных резиденциях, с салфетками наготове, чтобы вытереть брови в безумную жару и их взгляды начали совпадать. Халас — достаточно. Некоторые из них были людьми, которых обрабатывало ЦРУ, офицеры Макфарланда или ячейка стратегического взаимодействия, но многие не являлись таковыми. Они вышли к общественности 9 сентября 2006 года.

Недавно основанная организация «Сахва Аль-Анбар» или «Пробуждение Анбара», объединила двадцать различных племен под председательством шейха Ситтара абу Риши. Величественная фигура, чья ухоженная борода и мантия придавали ему вид старше его фактического возраста. Дед Ситтара участвовал в антибританском восстании 1920 года, а его отец сражался с ними в 1941 году. В западной части Рамади, откуда он был родом, он пользовался репутацией мелкого шейха и крупного контрабандиста, чье влияние возросло из-за убийств или эмиграции более влиятельных фигур. Учитывая родословную его семьи в националистическом сопротивлении, он был маловероятным партнером для управляемой британцами ячейки стратегического взаимодействия, но те, кто принимал в этом участие, подтверждают, что именно им он и стал. Менее чем через месяц после пессимистической записки Питера Девлина в крупнейшей провинции Ирака произошли изменения стратегического значения. Первоначально «Пробуждение» отправило в полицию 1300 человек, но военные отчеты США свидетельствуют, что в Анваре фактически присоединилось около четырех тысяч человек во второй половине 2006 года.

Столкнувшись с этим контрреволюционным выступлением, «Аль-Каида» ответила как агитацией, так и насилием. В середине октября они объявили о создании Исламского государства Ирак со столицей в Рамади, но эта попытка реализовать видение Абу Мусаба аз-Заркави и других джихадистов, была предпринята слишком поздно. Телеканал «Аль-Джазира» и другие арабские сети показали публичные празднования образования отколовшегося суннитского государства. Оно включало в себя не только введение строго соблюдения шариата, но и преднамеренное расчленение страны. Изначально консервативные иракские националисты, такие как шейхи, не хотели иметь к этому никакого отношения, и им было нетрудно убедить в тщетности следования примеру «Аль-Каиды» свой народ. На улицах и в деревнях усилилось насилие по принципу «око за око» по мере обострения кровной мести между племенами и джихадистами. В нескольких решающих моментах к их наступлению присоединились американские танки и авиация, защищая своих новых союзников - «полицейских». Официальное число погибших в районе операций полковника Макфарланда в Рамади в период с июня 2006 по февраль 2007 года составило 750 убитых повстанцев (за тот же период восемьдесят пять военнослужащих США погибли и пятьсот были ранены). Это могло бы стать причиной «официальных» боев, но слухи и мрачные анекдоты окружают то, что произошло между теми, кто принял чью-либо сторону после формирования «Пробуждения Анбара».

В ходе ожесточенных боев октября и ноября 2006 года в Рамади, «Аль-Каида» была в значительной степени ликвидирована. Когда я спросил одного высокопоставленного офицера Коалиции, как это произошло, он ответил без колебаний: «Ситтар и его парни вышли и убили их». По повстанческой организации начала распространяться паника. Иностранные боевики особенно выделялись, и люди из «Пробуждения» часто знали, где их найти. Некоторые предположили, что этот разгул убийств был спровоцирован убийством и обезглавливанием нескольких подростков из племен, входящих в «Пробуждение». Один американский лейтенант, служивший в Рамади, объяснил:

– Мечети в городе сошли с ума. Имамы из громкоговорителей кричали о джихаде. Мы поднялись на крышу аванпоста и приготовились к крупному штурму. К нам присоединился наш переводчик. «Подожди», - сказал он. «Они не кричат о джихаде против нас. Они кричат о джихаде против повстанцев».

Остается открытым для обсуждения вопрос, насколько этот инцидент с обезглавлением спровоцировал последующие события. Фактически, в период с июня 2006 по начало 2007 года в Рамади исчезли пять тысяч членов «Аль-Каиды». Сотни людей бежали. Группы боевиков появились в течение следующих недель в Багдаде и других местах. Другие, во множестве, возможно снова влились в общество, поскольку «Аль-Каида» всегда полагалась на постороннюю помощь при закладке бомб или обстреле снайперами патрулей. Но остается подозрение, что погибло гораздо больше, чем официально объявленные 750 человек. Сотни, возможно, тысячи, были ликвидированы «Пробуждением» и лежат в безымянных могилах в пустыне.

К октябрю Британия сменила своего старшего офицера в Багдаде, в рамках столь раздражающей американцев шестимесячной ротации. На место Роба Фрая пришел Грэм Лэмб, вернувшийся в Ирак после своих визитов в качестве начальника сил специального назначения и командира британской дивизии в Басре. Лэмб обладал особым талантом ладить с американскими командирами, многих из которых он знал по предыдущим поездкам. В компании с некоторыми из более сдержанных «кузенов» Лэмб даже смягчил ругательства, с которыми был так хорошо знаком его личный штаб. Как следует и этих формулировок, он был особенно агрессивным генералом, чей опыт работы в SAS и дружба со Стэном Маккристалом привели его к особому взгляду на дело, начатое его предшественником.

При Лэмбе ячейка стратегического взаимодействия значительно активизировала свою деятельность. Встречи с вождями племен стали более частыми. Некоторые из них проходили в богато украшенном «диване» в Мод-Хаусе, военной резиденции рядом с посольством, где остановился генерал. Несмотря на это очень британское название, здание было обставлено в стиле иракского влиятельного вельможи, приемная изобиловала позолоченными диванами, полированными мраморными полами и люстрами. Другие встречи проходили неподалеку, в доме заместителя премьер-министра Ирака в районе, известном как «Маленькая Венеция», районе роскошных домов, где искусственные каналы давно зацвели и смердели. Некоторые из них проводились в собственных домах шейхов. Помня об обязанностях арабского хозяина, Грэм Лэмб, находясь дома, старался лично подавать своим гостям чай.

Лэмб вскоре увидел потенциал для стратегии объединения племен и «промышленной» антитеррористической кампании ОКСО. Один из присутствовавших на встрече, вспоминал, как один иракский вождь, активный участник сопротивления, сказал британскому генералу: «Иракцы — просто овцы. Ты должен найти пастухов». Шейхи были отличными источниками разведданных о том, кто кого убивал в их родных краях. В некоторых случаях, также связь конкретного соседа или деревни с джихадистами не позволяли дружественному вождю объявить о присоединении к «Пробуждении». Если бы удалось свергнуть местного эмира АКИ, одним махом боевикам в округе был бы нанесен удар, был бы устранен элемент запугивания и шейх мог бы заявить о себе как о новой поддержке правительства. Лэмб кооптировал в ячейку стратегического взаимодействия майора SAS, офицера, первоначально возглавлявшего эскадрон «В» во время вторжения, чтобы он выступал связующим звеном между его очарованием и ущербом от наступления ОКСО.