Чтение онлайн

Эйдан Колвин и Криста Грессер воплощали всем своим видом отношение Остании к окружающим — отрешенные, не обращающие никакого внимания на недовольно поглядывающих на них набелитов и арраканцев, сдержанные, они рассказывали о своих семьях, которые стали Малыми Домами буквально сто пятьдесят зим назад. Я невольно хмыкнула — для Домов, которые производят ткани и металл, выглядели останцы довольно скромно: простые наряды без украшений и каких-либо излишеств, почти как у сервитуариев.

А вот представители набелитских Домов были их полной противоположностью. В восточных землях их было около двадцати, и набелиты намеренно подчеркивали свой статус и напускное превосходство. Вся их одежда была вычурно дорогой, а украшения с драгоценными камнями не чурались носить не только девушки, но и парни. У Рамира Калантри так вообще на каждом пальце было по золотому перстню. А Джасс Амир носил кольца в ушах и носу, скрепленные тонкими позолоченными цепочками. Извечно таскающиеся за Адой подруги — Нара Сарей и Атали Амир, сестра-близнец Джасса, не старались подражать своей госпоже и вели себя несдержанно и несносно, то и дело кривя лица насмешках.

По мере того, как каждый рассказывал что-то о себе, набелиты намеренно ухмылялись, что не могло не вызвать возмущений, и теперь, когда очередь дошла до них, арраканцам и останцам не терпелось ответить из взаимностью на столь «любезное» отношение.

— Ну, я бы хотел побольше узнать о Набелите… — начал Камиши, словно бы не замечая, как растет напряжение между представителями провинциальных династий. — Ваш край славится крайне необычными традициями, которые многие жители других регионов считают… кхм… устаревшими.

— Вы о многоженстве? Или о работорговле? — напрямую спросила Ада без какого-либо стеснения, делая глоток чая.

— И том, и том, — улыбнулся Десай. — С тех пор, как Империя объединила под своей властью все наши провинции, вы — единственные, кто смог сохранить почти все свои обычаи.

— Рабы нужны всем, — пожала плечами Атали. — Просто не все готовы называть вещи своими именами. В Нортланде есть трэллы, в Арракане — каста невольников. По сути своей — они те же рабы, вот только вас за это никто не осуждает.

— Не скажи, — возразил Кай. — Невольники попали в такое положение вследствие долгов или нищеты. Они сделали свой выбор сами. Между жизнью в цепях и смертью человек всегда выберет склонить голову. Был ли у народов най-джара выбор, когда вы увозили их с их островов?

— Вы разводите их в резервациях, как скот, а потом перевозите и продаете, — гневно поддакнул Юн. — И считаете это чем-то нормальным!

— Что-то не помню, чтобы Дом Сонг-Чи возражал против нашего «скота», когда мы обеспечили вас камнетесами и крестьянами после вашей этой эпидемии, — усмехнулся Рамир, чей Дом и занимался работорговлей.

— Это было столетие назад! — яростно возразил он. — Наш Дом следует всем догмам Имперских Истин.

— О как заговорил-то, — оскалился Джасс. — Неужто боишься, что если не будешь подлизываться, то вас посчитают изменниками так же, как и предателей из Великого Дома Амашито?

— Вздор! — Юн подался вперед, но Кай Ше’нааль удержал его, положив руку на плечо.

— Те события всем нам показали, что каждый из нас должен занимать свое место в Империи, — сказал Кай, и Камиши согласно кивнул ему. — Предательство осталось в прошлом, как и наши расприи с Империей.

— Слова крысеныша, который выбрал не ту сторону в свое время, а затем так же ловко переметнулся к победителям, — фыркнул набелит, которого разгорающийся конфликт, казалось, только забавлял.

Теперь уже даже Ада хмуро смотрела на парня понимая, что еще одно его слово, и вечер закончится настоящим скандалом.

— Думаю, многоуважаемый Амир не хотел обидеть никого из присутствующих, — она вмешалась в разговор, испепеляя парня взглядом. — И мне, как представительнице Дома Набелит, стоит принести извинения за необдуманные слова. Арракан пережил немало трагедий за свою историю, и этот прекрасный край не выжил бы, не прими ее Дома сложные решения, необходимые для блага и процветания. Не будем осуждать никого за то, что происходило десятки, а то и сотни зим назад.

Джасс неохотно кивнул, не решаясь перечить Аде. Арраканцы же заметно успокоились.

— Вам доводилось уже бывать в Арракане, госпожа? — внезапно спросил Камиши. — Говорите так, словно бы вам уже довелось посетить нашу провинцию.

На лице Ады промелькнуло странное выражение, словно бы она осознала, что сказала лишнего.

— Да, я путешествовала в детстве, вместе с матушкой. Это было много зим тому назад, однако высокие скалы, на которых раскинулись целые города, я до сих пор помню очень хорошо.

— Да, поэтому наши мастера до сих пор так ценны, — с гордостью кивнул Кай, словно бы он сам лично причастен к этому.

Стараниями Камиши острые углы, которые то и дело норовили вылезти в беседе, сглаживались. Он мастерски перехватывал инициативу в беседе, когда собеседники уже готовились выцарапывать друг другу глаза, где-то переводя в шутку, где-то уводя тему в другое русло, где-то без стеснения извиняясь. Но все же пара сотен зим перемирия между провинциями не перекроет тысячелетия кровавой вражды, а потому и вскоре разговор все равно свелся к очередным недовольствам и взаимным колкостям.

— Поражаюсь, насколько воистину великодушен Император, позволив вам сохранить столь варварские традиции, — фыркнул Эйдан, когда зашел разговор об особенностях семейных укладов и Нара Сарей, которая только что рассказывала о гареме своего отца, опешила.

— То же можно сказать и о церкви Единоликого, которую Империя почему-то до сих пор не запретила, — девушка сузила подведенные сурьмой и яркими тенями кошачьи глаза. — А даже мы не позволяем себе такой дерзости, как открытое поклонение Императору как богу.

— Чушь! — резко отрезал Эйдан, вид у него был крайне оскорбленный. — Единоликий бог — воплощение Имперских Истин, а наши святые — великие герои, заслужившие славу и почет своими праведными деяниями, а потому и удостоенные увековечивания в наших писаниях.

— К тому же, Остания всегда была верным союзником Империи, — сухо заметила Криста. — Наша вера — награда за века преданности и сотрудничества наших народов. А что же можно сказать про набеги набелитских ханов? Я слышала, что кочевники очень любят преподносить своим богам в жертвы в животных и даже людей…

— То, что Империя позволяет Набелиту сохранять наш уклад тоже своего рода награда, — усмехнулся Рамир. — Вернее даже уступка, чтобы умилостивить ханов. Однажды наши предки уже чуть не покорил весь континент, и Император не допустит недовольств на наших землях, ибо знает, чем это обернется.

Ниоши Курои, казалось, до последнего не верил в услышанное.

— Так это все правда? И кочевые племена, которые когда-то были Великим Набелитским Ханством, до сих пор существуют?

— Конечно, — кивнула Ада.