Чернокнижник из детдома 3
Шрифт:
Колян вздохнул, но спорить не посмел. Дисциплина в отряде была почти военной, и все это понимали.
Третье задание оказалось самым выгодным, хоть и самым противным. Ликвидация гнезда огромных муравьёв-мутантов, облюбовавших старый бункер в сопке. Муравьи, размером с крупную собаку, плевались кислотой и действовали скоординированно, как единый организм. Пришлось применять дымовые шашки и ставить мои порталы.
Бой затянулся на полтора часа. Дважды группа магов откатывалась на перезарядку, сменяясь стрелками. Я лично вытаскивал из-под обстрела кислотой одного из бафферов, который замешкался и чуть не получил струю в лицо. Артефакты Исцеления сработали отлично, ожоги затянулись за пару десятков минут.
— Ну их в баню, этих мурашей, — выдохнул Никифор, когда последняя тварь была насажена на Каменные Шипы. — Руки чешутся, даже помыть охота.
— Терпи, — отрезал я. — До Базы ещё четыре часа. Собирайте трофеи. Хитин и железы внутренней секреции — самое ценное. Не упустите ни одной тушки.
Набив пространственные карманы под завязку вонючей, но ценной добычей, мы двинулись обратно. В салоне стоял специфический запах, но никто не жаловался. Все были довольны: три дня работы, шесть выполненных объектов (вместе с бонусным муравейником, который мы оформили, как отдельное задание) и ни одной серьёзной травмы.
Возвращение на Базу, где нас встречали, как победителей. Малышня высыпала во двор, разглядывая выложенные ради них наши трофеи с благоговейным ужасом. Девчонки-целительницы тут же принялись осматривать парней на предмет скрытых повреждений. Тамара, делая вид, что проверяет пульс Никифора, задержала пальцы на его запястье чуть дольше положенного.
Я сделал вид, что не заметил.
Ночь отдыха пролетела как один миг. Утром, едва рассвело, мы снова грузились в Крузак. Второй этап — четыре дня, и главный приз в конце: Пробой ранга В.
Первый день второго этапа прошёл ровно, без сюрпризов. Два заказа, один мелкий Пробой — всё по накатанной. Парни работали как часы, без моих подсказок. Я лишь фиксировал результаты и подписывал бумаги.
На второй день случилось ЧП. Не у нас, у соседей.
Когда мы подъезжали к месту третьего задания, Гришка, дежуривший у рации, вдруг подскочил:
— Санчес! Сигнал бедствия от группы Охотников! Километров двадцать от нас, в сторону Хабаровского тракта. На них напала стая каких-то тварей, они запросили подмогу у Гильдии, но ближайший отряд «Цезарей» будет только через три часа!
Я замер. Вмешиваться в чужие разборки — не в наших правилах. Но и бросить людей на верную смерть… не по-людски.
— Координаты давай, — коротко бросил я. — Парни, готовность номер один. Едем на помощь.
Крузак взревел мотором, резко меняя курс на ближайшем же повороте с тракта.
Через пятнадцать минут мы были на месте. Картина открылась жуткая: пятеро Охотников, прижатых к скалистому обрыву, отбивались от стаи тварей, похожих на помесь росомахи и медведя — огромные, когтистые, с горящими красным глазами. Двое лежали без движения, трое едва сдерживали натиск.
— Работаем! — скомандовал я. — Группа магов — с фланга, подавить основную массу! Стрелки — прикрываете! Бафферы — дебафф на самых крупных!
Мы ворвались в бой, как нож в масло. Слаженность, отработанная на десятках тренировок, дала результат мгновенно. «Каменные Шипы» проредили строй нападающих. «Ледяные Копья» добили раненых. Стрелки сняли тех, кто пытался обойти с тыла.
Через двадцать минут всё было кончено. Твари лежали грудами окровавленного мяса. Охотники, живые, смотрели на нас с таким изумлением, будто мы были инопланетянами.
— Вы… вы кто? — прохрипел их главарь, мужчина лет сорока, с глубокими царапинами на лице.
— Отряд «Феникс»? — уточнил я, хотя знал ответ. Эмблемы на их куртках были чужие.
— «Цезари» мы, — поправил он. — Второстепенный состав. Спасибо… вы нас вытащили.
— «Цезари», — повторил я, и в моём голосе проскользнула усмешка. — Ну надо же. А мы — тот самый детдомовский отряд, который у вас рейтинг увёл. Приятно познакомиться.
Главарь «Цезарей» дёрнулся, но промолчал. Двое его подчинённых переглянулись.
— Лечите раненых, — я кивнул нашим целительницам, которые тут же подбежали к пострадавшим. — У нас есть артефакты. Дадим попользоваться. Бесплатно. В качестве жеста доброй воли.
Через час, когда «Цезари» были приведены в порядок и готовы к эвакуации, я подошёл к их главарю.
— Запомните этот день, — сказал я тихо, чтобы слышал только он. — Мы могли проехать мимо. Но не проехали. Передайте своим, что мы не враги. Мы конкуренты. Если хотите — те же спортсмены в соревновании за рейтинг. Но даже конкуренты могут иногда помогать друг другу. Если, конечно, у них хватает мозгов не пакостить исподтишка.
Главарь отряда «Цезарей» смотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом. Потом протянул руку.
— Борислав. Если что — должник я ваш. И мои ребята тоже.
Я пожал руку.
— Санчес. Живите долго.
Мы разъехались.
На третий день второго этапа мы закрыли ещё два Пробоя и задание. Работали как проклятые, на пределе, но без сбоев.
На четвёртый день — финал. Пробой ранга В.
Это было старое русло реки, перекрытое завалами деревьев и камней. Внутри, по данным разведки, обитала целая колония тварей, похожих на гигантских жаб, но с длинными языками, способными пробить человеческое тело насквозь. Твари были хитры, осторожны и очень опасны.
Мы готовились к этому бою всю неделю. И сейчас, стоя на краю завала, я чувствовал, как напряглись парни.
— Пошли, — скомандовал я.
Бой длился почти четыре часа. Мы выкуривали тварей из нор, заливали огнём, травили дымом, давили магией и свинцом. Дважды я лично вступал в дело, когда ситуация становилась критической. Мои новые Печати работали безупречно — Щит держал удары языков, а порталы отправляли самых наглых особей прямиком в скалы в полукилометре от нас.
К вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, последняя жаба рухнула, пронзённая десятком «Каменных Шипов».
Мы стояли, тяжело дыша, посреди поля боя. Трофеев было — завались. Языки, ядовитые железы, шкуры, которые ценились у артефакторов на вес золота.
— Ну что, — выдохнул я, оглядывая уставшие, но счастливые лица своих ребят. — Мы сделали это. Пробой ранга В закрыт. Возвращаемся на Базу.
Обратная дорога прошла в полусне. Все вымотались до предела, но настроение было приподнятое. Гришка пытался травить байки, но его быстро укачало, и он заснул, привалившись к плечу Никифора. Тот тоже дремал, но сквозь сон улыбался чему-то своему.