Чтение онлайн

– Нет, - мотнул головой тот, - но я там был, можно сказать, я там вырос, пока не вернулся обратно в Королевство Вольных Земель.

– Как ты там очутился?

– Этого он не рассказывает, - пробурчал Юджин.

– Отец отдал меня странствующим актёрам, я был самым младшим в семье, нас было много и на всех еды не хватало. Те спустя какое-то время продали меня на границе с Царством ромеев одному купцу. Тот отвёз к себе в город.

– Куда? – осторожно поинтересовался Лукреций.

– Византия.

Лукреций помрачнел, этот город имел недобрую репутацию.

– Ничего он со мной не сделал, я помогал ему по делам, точнее был мальчиком на посылках. Там я и получил своё новое имя, и решил оставить его. А однажды представился случай бежать, я им воспользовался, и теперь я тут. Готово.

Флавий разлил чай. Юджин с недоверием взял свою чашку и принюхался.

– Я могу отпить первым, - произнёс Флавий.

– Будь добр, - протянул чашку магистр.

И тут Лукреций сделал глоток, Марфин внутренне сжался, если этот выскочка послушник ошибся, то Лукреций умрёт, и тогда проблем с Царством ромеев, как равно и с королевой Ольгой не избежать.

– Чудный вкус, ты и вправду талантливый алхимик, - сказал Лукреций.

– Талант ни при чём, главное знания, - Флавий спокоен и уверен в себе.

– Настоящие знания ценятся больше чем талант, - Лукреций держал небольшую чашку в ладонях, - ибо талант даётся от природы…

– И человек которым им обладает, не может в полной мере оценить этот дар, - легко перебил Флавий Лукреция, - поэтому может никогда им не воспользоваться либо предать забвению по собственной глупости.

– А человек который сумел пробиться благодаря полученным знаниям, ценен тем, что не свернул с избранного пути и доказал что достоин большего, чем дала ему жизнь, - Лукреций сделал глоток. – Ты знаком с трудами Семерых Мудрецов?

– Читал две книги из семи.

– Даже в Царстве ромеев не каждый образованный человек осилит одну из них.

– Я провожу много времени в библиотеке.

– И сейчас мне кажется слишком много, - проскрипел недовольный голос магистра Юджина, с едва различимыми нотками ревности. – Марфин, если этот послушник так много знает, не рискуем ли мы тем, что он уже узнал больше чем ему положено?

Марфин глядя на Флавия недовольно покачал головой – Вполне возможно.

– Меня интересует лишь алхимия, - поспешно произнёс Флавий, боясь гнева со стороны магистров.

– Книги Семерых Мудрецов не про искусство алхимии, - Лукреций поставил пустую чашку на стол, и Флавию показалось что она как-то по особенному гулко стукнула.

– Это книги древних мастеров слова, - лицо Марфина приобретало мрачный оттенок, зато лицо Юджина исказила гримаса довольной улыбки.

Флавий понял, тучи над ним вот-вот сойдутся в грозовое облако, и поэтому решил переключить внимание магистров.

– Я решил прочесть их из-за Грэхема, - выпалил он. – Как вы знаете магистр Марфин, ему с каждым днём всё хуже, головные боли становятся сильнее, видения всё чаще.

– Что с Грэхемом? Он болен? – спросил Юджин.

– Видения? – заинтересовался Лукреций. – Что за видения?

– Видения о надвигающихся тёмных днях, - Флавий чувствовал немалое облегчение, понимая что уловка удалась.

– Темные дни? – переспросил Лукреций. – Полагаю речь идёт о затмениях?

– Так вы зовёте их у себя на родине, - произнёс Марфин поглаживая бороду, - у нас другое название, тёмные дни.

– И что за видения у твоего друга?

– Грэхем мне не друг.

– Но ты взял заботу о нём, насколько мне известно ты использовал алхимию, чтобы помочь ему заснуть, - заметил Марфин.

– Наши комнаты находятся рядом, и порой мне самому трудно уснуть от его криков, - ответил Флавий.

– И ты залез в книги Семи Мудрецов чтобы найти пояснения о его видениях? – Юджин думал в правильном для Флавия направлении.

– Именно, - кивнул тот, - подумал может кто-то уже сталкивался с этим и есть лечение от подобного.

– Глупец, - презрительно фыркнул Юджин, - ещё мгновение назад я был лучшего мнения о твоих способностях. От видений что возникают накануне тёмных дней нет лечения.

– Но говорят что одно всё же есть, - не согласился Флавий.

– То не лечение, - нахмурился Юджин, - но к нему можно прибегнуть, с печальными последствиями для Грэхема.

– Грэхем не готов к этому, - быстро заявил Флавий. – Пока не готов.

– И я его понимаю, - покачал головой Юджин.

– Так что за видения у этого таинственного Грэхема? – настаивал на своём Лукреций. – Что такого он видит в наступлении тёмных дней?

– Конец.

– Конец? Конец света? – не сдержал саркастической ухмылки Лукреций.

– Конец всему, людям, этому миру. Грэхем говорит что из тьмы выползут самые страшные кошмары или демоны что сожрут и уничтожат наш мир. Настанет долгая ночь и восторжествует луна, а когда вернётся солнца, мир изменится до неузнаваемости. Не будет больше царств, не будет королей и народов, страны попросту исчезнут.

– То есть люди вымрут?

– Нет, они просто станут другими, как изменились те, кто был до нас.

– А кто был до нас? – продолжал выпытывать Лукреций.

– Откуда мне знать, - пожал плечами Флавий, - Грэхем говорит, их наследие то, чем мы пользуемся сейчас, и не догадываемся о том, кем это построено. Как те, кто придёт после нас не будут знать, кто был перед ними.

Лёгкий ветерок ворвался в библиотеку и бегло пронёсся по пустынным залам, оставляя после себя едва слышимый гул. От него задрожали огни на свечах и заплясал огонь на факелах. Ветер принёс с собой непонятный и неприятный озноб пробирающий до костей.

– Передай своему другу, не стоит боятся затмений, - Лукреций вида не подал, что от этого ветерка у него у него тревожно на душе. – Солнце уйдёт на тридцать дней и вернётся. Так было из века в век, так и будет. Это астрономическое явление, луна закрывает солнце и её тень падает на землю, вот и всё. И ничего понятно или тревожно в этом нет.

– Я передам, но вряд ли это поможет избавиться ему от головной боли и видений. Я могу идти? – вовремя обратился Флавий к магистрам.

– Ты свободен, - разрешил Марфин.

Попрощавшись и поклонившись, Флавий поспешно покинул библиотеку.

– Стало быть ничего непонятного в тёмных днях для вас нет? – спросил Марфин Лукреция.

– Вы слышали моё мнение, а оно подкреплено наблюдениями наших учёных, что собирали данные из века в век, как вы книги в библиотеку.

– Порой вера только в знания затуманивают разум, ты начинаешь верить в то что видишь.