Чтение онлайн

«Почему мне так тяжело было уезжать?»

Ведь после приезда Джона настроение было такое преподнесенное, она с нетерпением ждала нового путешествия, радовалась, что будет с братом — с единственным родным человеком. Но затем большое расстояние стало тяготить.

Её звали назад леса Охии. Здесь она не слышала шепота трав, здесь всё казалось таким чужим.

Мариэль, глядя в мигающее звёздное небо, вспоминала такие же мигающие огоньки в глазах Орланда. Она чувствовала, что как бы ей ни хотелось увидеть новый мир, она должна была остаться и помогать ему дальше:

«Ведь я же поклялась себе довести всё до конца. Зус так надеялся на меня, а я их бросила. Но с другой стороны, я ведь скоро вернусь. С Орландом это может растянуться на годы, и он постоянно отбрасывает все мои попытки помочь, так что можно сделать небольшой перерыв».

Мариэль улыбнулась своим мыслям, в памяти всплыло лицо Нила, когда он услышал, что Орланд разорвал помолвку. Они были так не похожи с Ваасом.

Ваас был благороден не только по происхождению, у него была благородная душа закаленного великого воин, он был прирожденный лидер с сильным и властным характером.

Не то чтобы Нил был менее благороден в душе, но он был полной противоположностью своему брату. Нил был романтичным и чувственным, ему проще было подчиняться приказам, чем руководить самому, его нерешительность и страх перед отцом являлись для него большой преградой, хотя его красота очень привлекала. Мариэль давно поняла, что кроме человеческой симпатии она уже не сможет испытывать к нему нечто большее, не такого человека она представляла возле себя в своих мечтах.

Её мечта …тоже смотрела на неё охийскими глазами, но …этот сказочный принц был пока «заколдован», и просто поцелуем его не освободить из этой чудовищной шкуры. Но то что это он, она вдруг поняла в ту ночь, когда он пришел на Карловое озеро. Его можно было полюбить и за его жизнь стоило бороться. Но сейчас мысли об Орланде причиняли ей такую болезненную тоску! Но и это было не всё!

Наконец, она догадалась. Причина была не только в ней и её личных переживаниях. Всё дело было в силе. Хаты открыли у неё возможность принять в себя и пользоваться этим даром, на подсознательном уровне они влили в неё столько информации, что иногда она сама себе удивлялась. Они укоренили её силу в земле Охии, вплели в неё энергетические потоки, исходившие от всего, что её там окружало. Другое дело, что она до сих пор не умела толком этим пользоваться и, уехав из Охии, она потеряла возможность чувствовать эту силу, пользоваться ею. «Вот, что зовёт меня назад!».

— Мариэль, что-то ты загрустила! Путешествовать это же так здорово! Это же абсолютная свобода! Здесь не нужно ни виз, ни паспортов! — вклинился в её очередные размышления Джон захлёбываясь от восторга.

— Ага! Главное оружие при себе иметь и запас сухарей! Когда мы уже приедем, путешественник? Становиться ужасно жарко!

— Скоро, ворчунья! Каких-то пару часов и ты увидишь! Жизнь охийцев похожа на жизнь нашего мира, ну, по крайней мере, была такой в прошлые века, согласись, охийский строй напоминает феодальный. А в Дивах уже всё иначе. Знаешь, что обозначает это название? Миражи! Дивы переводятся как миражи, а Ят — как предок.

Охия, это прошлое нашего мира, а Дивы, наверное, будущее!

— Нет, Джон, у них совсем другая история и не надо их сравнивать с нашим миром. Что же тебя так поразило в этих Дивах? Только и слышно — Дивы, Дивы, Дивы!

— Их возможности! Взять хотя бы то послание, которое ты получила от меня. Они умеют запечатывать информацию в такую оболочку и мгновенно её передавать.

— Значит, шарик не блуждал по свету, а сразу оказался возле меня? — удивленно подняла брови Мариэль. — Типа эффекта электромагнитной волны?

— Да! Представляешь! Я сказал, а ты через минуту это увидела. Ещё дивийцы обладают неимоверно быстрой, долговременной и объемной памятью. Они просто полиглоты. Знание для них превыше всего. Дивийцы знают все языки и наречия их мира и теперь даже знают английский. Пока я там был, они и его выучили. А самое поразительное — они обладают левитацией. Летают как птицы, поэтому у них нет животных для верховой езды, — восторженно делился своими впечатлениями Джон.

– Ты хочешь сказать, что наши лошади будут там большой достопримечательностью? И, наверняка, они вегетарианцы!

— Да! А как ты догадалась? Вот сейчас, как ты это сказала, таким тоном, знаешь, кого ты мне напомнила? — засмеялся Джон, — Седьмого лорда Охии!

— Пф! Вовсе нет! Орланд в своём духе неподражаем, но ты обещал мне не заговаривать о нём. А ещё братец, я думаю, что ты приукрашаешь Дивы и вся твоя превознесенность из-за какой-то прекрасной дивы. Вот почему этот край так тебя манит! Признайся!

— Откуда ты это взяла? Ты же в этом ничего не понимаешь! — слегка смутился Джон.

— Может, в любви я мало понимаю, но зато я отлично знаю тебя. Ты влюблён! Твой взгляд, блуждающая улыбка и вот это — «Ах Дивы, ох Дивы!». Как её зовут? — искоса взглянув на брата и улыбнувшись уголками губ, спросила Мариэль.

— Ну ладно, сдаюсь. Права! Её зовут Вуа и все очень серьёзно.

— Боже, мой! Серьёзно! — Мариэль прыснула со смеху.

Обогнув каменный выступ, перед ней вдруг раскрылась удивительная картина. Это были белые пески бескрайней пустыни! Но дорога была четко обозначена, стоящими в ряд огромными статуями и конца этой каменной аллее не было видно.

— Смотри, Мариэль, дорога в Ят! Эти статуи очень древние, каждая из них уникальна. Это изображение королей Див, они называют это аллеей теней. Скоро от статуй лягут тени, и мы без труда проедем, солнце не будет так безжалостно палить, — проговорил за её спиной Джон.

— Ты привез меня в пустыню, Джон? И это, по-твоему, прекрасно? — обернулась она к нему.

— В пустынях бывают и оазисы. Тебе ещё будет чему удивляться.

На рассвете они добрались до последней статуи. Солнце снова нестерпимо пекло, запасы воды закончились ещё вечером, лошади выбились из сил, их, так же как и путников мучила жажда.

— Это мне кажется или я вижу стены? — спросила Мариэль, вглядываясь вдаль из-под руки.

— Да, это город-мираж. Город, охраняющий оазис.

Белый песчаный горизонт сливался с такими же белыми, достающими до неба стенами древнего города. Стены такой высоты закрывали город от любых песчаных бурь и недоброжелателей.

Наконец, пустыня осталась за воротами. Дороги здесь были вымощены белым камнем, а стены белокаменных домов были обвиты цветущими лианами. Первым путников встретил колодец. Джон достал воды и протянул кувшин сестре. Вода была такая холодная и вкусная, Мариэль показалась, что вкуснее этой воды она никогда ничего не пила. Гром пытался тоже всунуть свою лошадиную морду в кувшин с водой, вырывая его зубами у неё из рук.

— Гром! Вот ты весь в своего хозяина! Джонни, будь добр, напои лошадей! — устало произнесла Мариэль, брызгая себе водой на лицо.