Чтение онлайн

— Да выслушай же ты меня, в конце концов! — взмолилась Мариэль, глядя на него таким несчастным и умоляющим взглядом.

— Я выслушаю! Возвращаемся сейчас же в Ихтар, и там я попробую тебя выслушать и может быть когда-нибудь, простить.

— Я не могу пока вернуться домой! Теперь я правительница Азарона, мне надо вернуться к ним, я …

— Вернуться?!! — прервал её Орланд. — К ним?!! И после этого ты называешь Ихтар своим домом? Значит, ты отказываешься вместе со своим мужем, возвращаться назад? Я так понимаю, что совсем неожиданно на тебя свалилась власть, которая заменит тебе всё, всё, что между нами было?! Или ты сейчас же возвращаешься в Ихтар и остаешься со мной или убираешься навсегда!

— Как же ты жесток, Орланд! — с болью ответила Мариэль.

— Ты говоришь мне о жестокости? Ты? Отвечай! — с мукой и злобой в голосе закричал он.

— У меня нет права сейчас бросить их, — прошептала она.

— Прощай, Мариэль! Зато у тебя есть право растоптать меня! — жестко, но с наполненными до краёв болью и отчаянием глазами произнёс Орланд, и тут же развернув коня, он помчался от неё прочь.

Только мертвая тишина теперь окружала её, только убитые воины лежащие на земле и серое небо над ними были свидетелями её отчаянного, душераздирающего крика.

Небо плакало дождём вместе с ней, капли дождя и горьких слёз стекали струйками по её щекам. Мариэль тронула с места Грома и отправилась в лагерь охийцев, она ехала неспеша, полностью погруженная в свои мысли. Возле походного шатра первого лорда собрались несколько человек. Их спор сразу же стих когда Мариэль спешилась возле входа, охийцы отвели в сторону глаза и поспешили отойти от неё подальше. В небольшом дрожащем на ветру шатре находились только Нил и Ваас. Нил старательно стирал салфеткой кровь с разбитого лица.

— А вот и ты, Мариэль! Надеюсь, хоть ты меня бить не будешь? — полушутя спросил он.

— Что случилось? — нахмурилась Мариэль.

— Орланд избил его! — мрачно отозвался Ваас. — Вернулся и набросился с яростью дикого зверя, впятером еле оттащили его!

— Сначала я решил, что он хочет убить меня за то, что там, на поле я назвался твоим мужем! — продолжил Нил.

— А я пытался объяснить твоему Орланду, что Нил этим спас ему жизнь, отвлекая на себя этого гнусного правителя захватчиков! — вмешался Ваас.

— А Орланд, представляешь, разозлился как раз из-за того, что мы не дали ему умереть, обвиняя меня в том, что я отнял у него возможность честно покончить с этим кошмаром! — закончил Нил, бросая испачканную салфетку в сторону.

— А что произошло потом? — осторожно поинтересовалась она.

— Потом он собрал всех своих людей и немедленно отправился в своё поместье. Может, объяснишь нам, Мариэль как всё это понимать? — недовольно спросил Ваас.

— Именно поэтому я здесь. Может, хотя бы вы меня выслушаете, у Орланда это не получилось. Я никогда не обманывала ни вас, ни Орланда, все, что я сделала, я сделала ради вашего спасения и ради спасения этих чужаков. Приготовьтесь выслушать то, что открыли мне хаты.

И она подробно рассказали им всю свою историю о династии Сиязары. Нил и Ваас слушали её молча, не перебивая, и выражение их лиц мрачнело с каждой минутой. Когда она закончила, Ваас спросил первым:

— Зачем тебе всё это? Азарона больше нет, только люди, которые будут непосильной обузой! Ты же сама говоришь, что не представляешь, как править целым народом. Отдай власть этому ван Миду и пусть он делает с ней, что хочет подальше от Охии. Он отличный военный стратег и тактик, если он управляет целым войском, справиться и с остальными азаронцами. А сама поезжай в Ихтар!

— Это трудно объяснить и описать это словами, но я чувствую, что нужна им. Люди воспрянут духом и пойдут только за наследницей Сиязары, так они будут чувствовать себя под защитой своих предков. Только эта династия вправе властвовать над ними и это не должно прерываться, я не могу их бросить. Не знаю, что меня конкретно заставляет так поступать, но во мне проснулись — долг, ответственность, чувство, что эти люди связаны со мной, а я с ними неразрывно. Голос крови призывает меня к ним, а вот голос сердца … моё сердце, — судорожно вздохнула она.

— В какой-то степени я понимаю Орланда. Даже не знаю, как бы я поступил на его месте. Что ты намерена со всем этим делать? — задумчиво поинтересовался Нил.

— Хочу спросить совета у первого лорда. Азаронцам нужны земли, куда им идти? — Мариэль взглянула на Вааса.

— Возможно, если обойти весь наш мир, можно отыскать место для этих несчастных, но думаю ни сил, ни времени на это нет. А Охия не станет делиться своей землёй, сама понимаешь! — ответил, внимательно глядя на неё, первый лорд.

— Можно найти! — уверенно произнес Нил. — Единственно правильный выход для тебя — это находиться рядом с Охией и с нашими союзниками. За лесами хатов находятся степи кочевых народов, эти земли подолгу пустуют, кочевники покидают ее, отправляясь далеко на запад. Азаронцев можно отвести туда, пусть строят себе новый Азарон подальше от воды. Кочевники не станут сражаться за эти земли, они скотоводы, а не воины. Зато ты, Мариэль, будешь недалеко и в случае чего я, и надеюсь, Ваас поможем тебе.

— Как же добраться туда тысячам пеших людей? Через Охию? — с надеждой спросила Мариэль, посмотрев на размышляющего Вааса.

— Нет, Мариэль! Через Охию нельзя! — отозвался тот. — Пойми, то, как я лично отношусь к тебе это одно, а вот как первый лорд, правитель Охии, я не могу позволить людям, нашим врагам топтать мою землю. Землю, на которой азаронцы пролили кровь охийских воинов.

— Но ведь они не виноваты в планах жестокого деспота Пилатиона! Их заставляло отчаяние и страх! — вступилась Мариэль.

— Я это понимаю, но вдовы и сироты, оплакивающие погибших, пока что ещё этого не поймут. Не поймут этого и остальные лорды, потерявшие здесь своих людей. Нужно время, чтобы люди успокоились и во всём разобрались, тогда может быть, они переосмыслят эти печальные события.

— Если я не ошибаюсь, остаётся один путь. Следовать вдоль побережья, огибая Охию, а затем идти через леса хатов. — задумчиво произнесла девушка, — Значит, так тому и быть! Я отправляюсь к ним и очень надеюсь, что ничего не изменилось и не изменится между нами! — подытожила она.